Борис Эбзеев. Фото: http://kremlin.ru/news/6992

27 сентября 2010, 11:37

Борис Эбзеев (президент Карачаево-Черкесии): "Население КЧР истосковалось по законности и порядку"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Глава Карачаево-Черкесской Республики Борис Эбзеев в беседе с главным редактором "Кавказского узла" Григорием Шведовым рассказал о преодолении транспортной тупиковости КЧР, приоритетных и "отложенных" проектах экономического развития, молодежных программах, проблемах занятости населения, задержек зарплаты, борьбе с коррупцией, экстремизме, межнациональных отношениях и других важных задачах, стоящих перед республикой.

С короткой версией интервью Бориса Эбзеева можно ознакомиться здесь.

Григорий Шведов (Г.Ш.): Вы держите уразу?

Борис Эбзеев (Б.Э.):
Сказать о том, чтобы я очень строго держал пост, в течение 28 дней, – конечно, этого нет.

Г.Ш.: Работа, наверное, сложная – держать уразу. Но, в целом, придерживаетесь? Всё-таки Вы человек государственный, светский, или...?

Б.Э.:
Светский. Что, однако, не мешает мне относиться с глубоким уважением к той традиционной религии и вере, в которой я состою. И точно с таким же уважением отношусь ко всем авраамическим религиям, имея при этом в виду, что корни и нравственные принципы этих религий – одни и те же. Я думаю, что сила всякой авраамической религии – религии единобожия – в том, что и Моисей, и Иисус, и Мухаммед дали великие нравственные заповеди. Другое дело – в какой степени человечество сумело усвоить этот закон. Но я надеюсь на то, что мы движемся именно в этом направлении.

Дорога на Сухум прервет транспортную тупиковость республики

Г.Ш.: Я надеюсь к теме религии вернуться позже. У Вас на днях было совещание с Левитиным по трассе через Архыз, или Военно-Сухумской дороге. Я знаю, что в этом вопросе пока не принято решение, и ваша позиция была озвучена. С точки зрения развития Карачаево-Черкесии дорога через Архыз вроде бы больше соответствует задаче всестороннего развития этого курорта. С другой стороны, Военно-Сухумская дорога разгрузит Адлер, Краснодарский край и может придать импульс развитию Карачаево-Черкесии с точки зрения освоения новых объектов.

Б.Э.: А с чего Вы взяли, что дорога через Архыз обязательно выходит на Адлер? Не выходит она туда. Она выходит на озеро Рица и затем уже напрямую - на Сухум. И в данной ситуации, действительно, встает вопрос – вопрос выбора: либо восстановление Военно-Сухумской дороги, либо прорытие туннеля через Архыз. Я имею в виду именно Архызское ущелье. И с этой точки зрения самый главный вопрос – вопрос "рацио" 1.

Что касается лично меня, для меня эта дорога - в любом её варианте - чрезвычайно значима. Постольку, поскольку преодолевается транспортная тупиковость Карачаево-Черкесии. И с этой точки зрения я мог бы даже сказать о том, что Карачаево-Черкесия становится приморским субъектом Российской Федерации. Из этого кабинета, если считать расстояние до Сухума, 274 километра по Военно-Сухумской дороге. И где-то километров на 30-40 меньше, ежели будет избрано архызское направление. Таким образом, в данной ситуации речь идет о "рацио". Любой вариант этой дороги для Карачаево-Черкесии чрезвычайно важен и интересен с точки зрения социально-экономического развития. Обратите внимание, - если дорога пойдет по Военно-Сухумской дороге, т.е. речь пойдет о восстановлении именно этой дороги, то в районе Гоначхира действительно могут быть востребованы уникальные инвестиционные площадки. Удивительной красоты места. Там достаточно просторно и несколько выше Домбая. И катание на лыжах на пару месяцев дольше. С этой точки зрения, возможностей развития курортного дела там значительно больше.

Что касается архызского направления, то я думаю, что развитие дороги по нему весьма серьезно скажется на поднятии всего зеленчукского направления, включая станицу Зеленчукскую, Зеленчукский район, и, разумеется, Даусуз, Нижнюю и Верхнюю Ермоловки, и поселение Архыз. Я еще раз повторю: данная дорога для нас будет одним из локомотивов социально-экономического развития.

С этой точки зрения, я хотел бы обратить внимание на то, что мне этот подход чрезвычайно импонирует. Федеральный министр, - в данной ситуации я имею в виду Игоря Евгеньевича Левитина, - говоря о "рацио", имел в виду, в том числе, и социальную составляющую самой проблемы дороги. Дело в том, что перед нами обычно стоит дилемма: экономика для прибыли либо экономика для людей. Простите великодушно, я человек старой формации и, поскольку являюсь главой субъекта Российской Федерации, для меня, конечно же, первична экономика для людей. Я бы хотел обратить внимание на одно серьезное, значимое обстоятельство: Карачаево-Черкесия в течение десятилетий была автономией в составе Ставропольского края. Так вот, я бы хотел сказать о том, что пребывание в составе Ставрополья, конечно же, позитивно сказалось на социально-экономическом развитии нашей республики. Я думаю, что вся Карачаево-Черкесия ощущает чувство благодарности Ставропольскому краю. Но возьмите 1980-е годы, возьмите лихие 1990-е годы: финансирование по остаточному принципу. И как раз тогда было заложено отставание социальной сферы нашей республики. И когда говорят: "Эбзеев, каковы же приоритеты социально-экономического развития Карачаево-Черкесской Республики?", я неизменно отвечаю: "Обратите внимание – социально-экономическое развитие!" С этой точки зрения приоритет – социальная сфера.

Г.Ш.: У Гоначхирского моста нужно расширение дороги от 4 до 9 метров на протяжении 30 километров. О каких вложениях идёт речь? Называли суммы около 10 млрд. Просчитаны ли они?

Б.Э.: Докладываю: ещё в конце октября прошлого года, в связи с обращением в Минрегионразвития России, соответствующие документы, касательно начала проектирования этой дороги, были представлены в федеральное министерство. Должен, однако, заметить, что, действительно, встала дилемма: либо Гоначхир, либо Архыз. В связи с этим министр Игорь Левитин принял решение направить сюда группу специалистов, которые могли бы самым тщательным образом рассчитать оба направления.

Г.Ш.: Когда?


Б.Э.: Они уже буквально на днях должны прибыть.

Г.Ш.: А результаты какие?

Б.Э.: И поручение есть председателя правительства России Владимира Владимировича Путина. Вся эта информация должна быть готова не позднее 1 декабря этого года. Обращаю внимание, что речь идёт о принципах государственно-частного партнёрства.

Г.Ш.: Платная дорога?


Б.Э.: Да, платная дорога. При этом плата совершенно умеренная. Представьте себе: если отсюда до Сочи 600 вёрст 2, ну и оттуда до Сухума порядка 100 вёрст, не меньше. Так получается?

Г.Ш.: Чуть больше.

Б.Э.: Либо даже больше. Либо до Домбая, Архыза 120 км отсюда, ну и оттуда, сколько там остаётся?

Г.Ш.: Да, это, конечно, очень упростит доступ. Но тут нельзя не спросить про жителей республики: если для автомобилиста из Центральной России это будет, действительно, подспорье, он, может быть, готов будет платить, то будет ли доступна платная дорога местным жителям, тем, кто хотел бы попасть на море быстро, а не ехать через перевал, через Адыгею?

Б.Э.: Будет доступна, разумеется. Игорь Евгеньевич особо проговаривал. Конечно, речь не шла о сумме платы в 100–200–300 рублей. Но то, что это будет доступно, в т.ч. для всех жителей Карачаево-Черкесии, – в этом не сомневайтесь.

Г.Ш.: Замечательно. Примерных прикидок по ценам обоих проектов пока нет?

Б.Э.: Я бы не стал сейчас делать прикидки, поскольку встаёт вопрос, откуда считать? Скажем, от минераловодского аэропорта и Невинномысска, как ближайшей ж/д станции? А если оттуда пойдёт скорый поезд до Усть-Джегуты? Вот эта логистика транспортной инфраструктуры должна быть просчитана именно специалистами. Но я бы хотел обратить Ваше внимание на одно обстоятельство: дорога и прерывание вот этой транспортной тупиковости нашей республики. С этой точки зрения Архыз – 25 тысяч туристов в каждый данный момент пребывания. Представьте себе обслуживающий персонал – он тоже весьма значителен.

Г.Ш.: А в год сколько?

Б.Э.: Ну, 25 тысяч человек давайте мы помножим и получим то, что мы получим. Если верить статистике, Росстату, в прошлом году в Карачаево-Черкесии побывали более 500 тысяч туристов. Хурзук – более высокогорного селения, более отдалённого от всех красот и благ цивилизации, пожалуй, нет. Также в Архызе, где действует лагерь молодёжи, приехавшей из самых разных уголков нашей страны. Та же самая картина - Домбай. Я иногда думаю: "Господи, Боже ж ты мой! Почему люди не хотят понять, что Карачаево-Черкесия - спокойная республика?" И при том, этот вот покой обеспечивается, прежде всего и главным образом, не властями, не правоохранительными органами, а мудростью наших народов. Слава Богу, в КЧР, - я знаю это твёрдо, - мы любим нашу землю, мы не хотим, чтобы на этой земле лилась кровь и гремели взрывы. Конечно, есть люди, ориентированные и на это. Но это уже другая песня. А что касается такой общенациональной психологии – это психология неприятия зла и ненависти. Вот это самая главная гарантия безопасности.

Г.Ш.: Психология власти?

Б.Э.: Я говорю только о Карачаево-Черкесии. Так вот, традиционная психология - я имею в виду поведенческие стереотипы людей, которые были во власти: "Эти дикари точат друг на друга зубы и кинжалы. И лишь только благодаря нашим неустанным усилиям удаётся... А вы нам за это денег дайте". Я считаю, что это оскорбительно и для республики, и для народов, населяющих республику. Такая позиция оскорбительна и для меня.

Я ставлю этот вопрос в такой плоскости: наша республика, наверное, один из немногих субъектов РФ, которая не имеет своего аэропорта. В Ставрополье есть даже два аэропорта: Ставрополье и Минеральные Воды. Зачем аэропорт в КЧР? Карачаево-Черкесия – это где-то более полумиллиона человек. Будет дорога – я вас клятвенно уверяю, эта цифра очень здорово умножится. В связи с этим, я лично ставлю вопрос: нам нужен аэропорт.

Обратите внимание на ещё одно важное обстоятельство. Мы много говорим о туристско-рекреационном кластере. Лаго-Наки, Красная поляна, Архыз, Приэльбрусье, Матлас, Мамисон. Обратите внимание на уникальность географического положения Карачаево-Черкесской республики. Здесь, за хребтом - Лаго-Наки и Красная поляна. Рядышком - Приэльбрусье. Тут – Мамисон. Ну, Дагестан, Матлас - чуть подальше. С этой точки зрения, аэропорт – нужен, да, международный. Разумеется, и вертодром. Если хотите создать курорты мирового класса, тогда, простите великодушно, и уровень сервиса должен отвечать мировому стандарту.

Г.Ш.: По воздуху не так уж долго.

Б.Э.: Двадцать минут до Красной поляны. Двадцать минут до Приэльбрусья. Полчаса до Мамисона. Лёту, конечно. Я имею в виду вертолеты. Само собой, речь не идет о самолетах. Ну, не умеют пока самолеты садиться на склоне Эльбруса. Кстати, я хочу сказать о том, что журналисты часто пишут, будто Эльбрус – это, видите ли, КБР, 5642 м над уровнем моря. Меня не то чтобы это обижало, КБР - братская республика. Но высочайшая вершина Европы все-таки находится на территории Карачаево-Черкесской Республики.

Г.Ш.: Вы коснулись сервиса, но нельзя не вспомнить аналитическое интервью "Кавказскому узлу" Сергея Багапша, мы говорили о том, что, при всех достоинствах Сочи, Абхазия отличалась в лучшую сторону - кавказским даже не обслуживанием, а гостеприимством. За последние год-два Абхазия больше стала напоминать Сочи. Именно, к сожалению, недостатками своими в области сервиса. Планируется работать как-то с кадрами?


Б.Э.: Вы сказали – кавказское гостеприимство. Я думаю, что решение о создании туристического кластера, о котором мы говорим, во многом было обусловлено учетом ментальности народов Кавказа. Я думаю, что этим многое объясняется. Те есть не только красотами природы, но и психологией народов, живущих на Кавказе. Я думаю, что эта психология тоже бралась в расчет, когда принималось соответствующее решение о создании туристско-рекреационного кластера. Так, например, решение создать Архыз - я имею в виду всесезонный горный курорт - было принято в 2007 году. В 2008 и 2009 годах мы самым активным образом работали над снятием инфраструктурных ограничений, развитием.

Г.Ш.: "Мы" - это кто?

Б.Э.: Я имею в виду генерального инвестора – группу "Синара" – и, конечно, нашу республику. Создание данного курорта было включено в программу "Юг России". В 2008-2009 годах, и в этом текущем году, конечно, мы самым активным образом работали над снятием инфраструктурных ограничений: дорога, газ, высоковольтка, канализация, водоснабжение и т.д. и т.п. Я как-то рискнул сказать о том, что мы, пожалуй, года на два опередили другие объекты, если их можно так назвать, этого кластера в своем развитии. И один из руководителей СКФО заметил: "Борис Сафарович, Вы очень скромны. Вы года на четыре опередили", - сказал он. Ну, я оговорился, что скромность, – вообще, черта Карачаево-Черкесии (смеется).

Г.Ш.: С такими оговорками – уже под вопросом... Вы сказали, что дорога через Рицу пойдет. В Абхазии на Рицу ведет тоже платная дорога. Но она заканчивается озером, и дальше уже дорога недоступна для легкового транспорта, только на специализированном можно проехать. Этот вариант - через Рицу, - он интересен, но строить и строить там.

Б.Э.: Григорий Сергеевич, дело в том, что Военно-Сухумская дорога – это перевал 2700 метров. И возникают вопросы селей, снежных обвалов и т.д. - несмотря на все новейшие технологии дорожного строительства. Именно поэтому сегодня ставится вопрос – не через перевал, не преодолевая вот эти самые горы, в том числе и на Архызе.

Г.Ш.: То есть речь идет про туннель?

Б.Э.: Разумеется. С данной точки зрения, дорога Черкесск–Сухум – это для нас как раз выход на те самые платные дороги, которые ведут на Рицу. Кстати, я имел общение после визита к нам министра транспорта России с президентом Абхазии Сергеем Васильевичем Багапшем. Мы договорились. В том, что касается всех этих предварительных документов, необходимых для адекватной оценки линии прохождения этой дороги, работаем в самом тесном взаимодействии.

Г.Ш.: И есть рабочая группа или планируется её создать?

Б.Э.: Соответствующее поручение я дал со своей стороны. Сергей Васильевич, полагаю, тоже со своей стороны дал правительству соответствующее поручение. Ну, и при этом мои коллеги по правительству общаются с членами правительства Абхазии, которые непосредственно занимаются этой проблематикой.

Г.Ш.: Туннель, конечно, был бы выходом с точки зрения опасности перевала. Но нельзя не вспомнить, что лично Владимир Путин обращал внимание, на протяжении многих лет, на ремонт Гимринского туннеля в Дагестане, который не делается с надлежащей скоростью. Жителям приходится преодолевать большое расстояние в объезд, что создает социальную напряженность. К ней приковано внимание, но скорость низкая и напряженность подпитывает боевиков. Туннель в качестве сложной задачи – Рокский, в Южную Осетию – тоже планируется ремонтировать, многие годы его латали. Везде это долгострой, короче говоря. Вы думаете, есть вероятность, что здесь такого долгостроя не возникнет?

Б.Э.:
Я не случайно в самом начале отметил, что речь идет о частно-государственном партнерстве. Есть компании - называть не буду, дабы не создавать ажиотаж и ненужную конкуренцию, - так вот, серьезные компании, которые на этом рынке, в этом бизнесе уже давным-давно, зарекомендовали себя самым положительным образом. Здесь, поверьте, в выборе этих компаний государство будет особенно осторожно и внимательно.

Г.Ш.: Вы упомянули туристический комплекс. Такое туристическое кольцо на юге России напоминает один из удачных советских проектов с "Золотым кольцом". Не знаю, как Вы к нему относитесь, я считаю, что государство, к сожалению, забыло об этом проекте. Лучшие издания о "Золотом кольце" – это издания советских времен. Помните, желтенькие такие книжечки – "Памятники архитектуры", они есть и в вашем регионе 3. Планируется ли методологическое обеспечение туристических центров, "Золотого кольца Кавказа"?


Б.Э.: Григорий Сергеевич, мне приходилось проезжать по "Золотому кольцу". Вспоминаю Суздаль, монастырь женский. Да и вот эти самые деревянные домики для туристов, которые могли там отдыхать после знакомства с достопримечательностями Суздаля...

Г.Ш.: Нужно и здесь создать аналогичную инфраструктуру, организовать научное обеспечение, обучение, которое необходимо для того, чтобы были новые путеводители, возможно связующие воедино Северный Кавказ на горизонтальном уровне, не через Москву.

Б.Э.: Вот Вы сказали: людей надо учить. Абсолютно с Вами солидарен. В 2008 году я дал соответствующее поручение: "Дорогие друзья, давайте будем готовить специалистов!". Так вот, соответствующая специализация осуществляется и Карачаево-Черкесской технологической академией, и Карачаево-Черкесским госуниверситетом. Я имею в виду, людей, которые сведущи в турбизнесе. Правда, при этом, Вы можете задать мне вопрос: "Хорошо, а вот эти вот специалисты насколько хороши сегодня?". Конечно, о качестве подготовки многое можно говорить. Можно, наверное, говорить в позитивных тонах, - что, слава Богу, дело сдвинулось с мертвой точки. Но можно, наверное, говорить и о том, что уровень подготовки недостаточно высок. Тем не менее, эта работа началась. И я полагаю, что мы будем ее активизировать, синхронизируя со строительством этого комплекса на Архызе, имея в виду потребности Домбая.

Г.Ш.: Качественные кадры республике, конечно, очень нужны. По части дорог – есть большой проект на Абхазию, очень важный, не только для Карачаево-Черкесии, но для всего региона, - а есть дороги на Адыгею, положим. Дороги республики получат импульс развития, если сюда приедет больше людей на автомобилях. Они захотят ездить по Карачаево-Черкесии. А что с Зеленчукским, Урупским районами?

Б.Э.: Именно о них и был разговор на совещании в республике и на совещании в Минеральных водах.

Г.Ш.: На прошлой неделе?

Б.Э.: Да, совещание, которое проводил федеральный министр Игорь Левитин. И хотел бы сказать о том, что, пожалуй, впервые вот эта проблема была поставлена столь обнажено. И была проявлена готовность принять активное участие в решение этой проблемы, о которой Вы говорите. Я полагаю, Вы не случайно упомянули Зеленчукский и Урупский районы Карачаево-Черкесии. Могу Вам сказать, что в 1991-м году нашлись умники, которые явочным порядком, не имея к тому ни малейших оснований, исключили дорогу, от станицы Зеленчукской и на Майкоп, и на Краснодар, из числа федеральных дорог. Отсюда соответствующее финансирование. Я, помимо всего прочего, поставил вопрос перед Игорем Евгеньевичем: надо вернуть вот этот участок дороги, соединяющий центры даже не двух, а трех субъектов Российской Федерации, отсюда и в Нальчик. Вы правильно говорите о так называемом "Золото кольце Кавказа".

Так вот, такое кольцо необходимо замкнуть и на Майкоп, и на Краснодар. Речь должна идти, в том числе, и о некоторых других дорогах, я встретил понимание федерального министра по этому вопросу. Возьмите, скажем, Кисловодск и Домбай, Кисловодск и Архыз, и, с этой точки зрения, две живописнейшие дороги через хребет. Меня в данной ситуации интересует не проблема видов живописных, меня интересует то, что, ежели дорога будет приведена в порядок, одновременно будут сниматься инфраструктурные ограничения. С этой точки зрения, для нас значимый проект – Мара. Это от Кисловодска - 55 километров, от Карачаевска - где-то 40 километров. Есть там человек, энтузиаст этого дела, Пиляров Али. Он поставил с десяток бугелей 4, и поэтому там такая очень маленькая "канатка", и люди имеют возможность кататься на лыжах. Заметьте: 55 километров от города Кисловодска, дорога приличная. Назвать ее хорошей я не могу, но дорога вполне приличная. Так вот, на хорошей машине по этой дороге ехать, ну, полчаса. Но я при этом обращаю внимание на то, что сегодня много говорят: высота 5642 м. Так вот, отсюда, от этого комплекса Мара, до Эльбруса, до его основания, подножия, как раз до той самой горы, - там всего-то около 50 километров.

Г.Ш.: Т.е. это мог бы быть такой узел, хаб 5 связующий?

Б.Э.: Разумеется. Но при этом из Кисловодска до Карачаевска – всего-то 90 километров. И поэтому вы либо едете в объезд – Кисловодск, Железноводск, Пятигорск, Лермонтовск и потом в республику, либо вы едете через перевал. При этом перевалы абсолютно доступны в любое время года.

Г.Ш.: А вот Мара, Вы упомянули, рядом с Гоначхирским мостом, озерами, - там есть потенциал для развития "канаток". Может быть, использовать можно как резерв к Олимпиаде?

Б.Э.: Нет, я бы не хотел говорить о том, что это резерв к Олимпиаде. Я хочу сказать о том, что строительство "канаток" очень дорогое. И, по общему принципу, для того, чтобы это окупилось, требуется лет 20. Самые новейшие технологии, самые универсальные, принятые во всем мире, и то – по минимуму – лет 10 надо, чтобы это окупалось. Надеяться на то, что найдется сегодня инвестор, готовый вложить колоссальные средства в развитие еще и этого курорта, - я имею в виду Гоначхир, - конечно, было бы наивно. Здесь необходимо очень серьезное участие, но потенциал у этой площадки и республики в целом – колоссальный.

Приоритеты экономического развития КЧР

Больница и школа: "Сроков нет, финансирование клятвенно обещали"

Г.Ш.: Те четыре проекта, которые были признаны приоритетными 6 Хотелось бы про два из них поговорить особенно подробно. Строительство школы и реконструкция республиканской больницы, которую Вы показывали Александру Геннадьевичу Хлопонину. Вы хотели продемонстрировать, как реально обстоят дела, а не просто потемкинские деревни. Он увидел, как реально обстоят дела. Проект больницы был поддержан. Какие сроки по нему?

Б.Э.: Надеюсь, что в следующем году финансирование будет. Мы говорили о сумме порядка полутора миллиардов рублей. Речь идет о полной реконструкции и оборудовании для республиканской клинической больницы.

Не дожидаясь этого финансирования, республика активно занимается медициной в течение последних двух лет. Конечно, я мог бы показать полпреду и более прилично выглядящие корпуса республиканской клинической больницы, но староват я для того, чтобы пытаться на кого бы то ни было производить впечатление. Мне нужно было показать реальную картину, в том числе и в тех корпусах, на которые сил у республики может не хватить.

В 2009 году Карачаево-Черкесская Республика из собственного бюджета была вынуждена платить бюджетам иных субъектов, а это, знаете ли, более 140 млн. рублей. За что? За оказание высокотехнологичной медицинской помощи. А почему? А потому, что у нас нет соответствующего оборудования. Естественно, возникает вопрос: либо мы отсталость социальной сферы, в частности нашей медицины, консервируем, либо мы её решительно преодолеваем. Мною принято решение о создании республиканского диагностического центра. Я говорю "мною", потому что речь идёт и о закупке медицинского оборудования. Я думаю, мы с Вами слышали совершенно справедливый гнев президента России, когда он говорил о том, что некие посредники зарабатывают 200-300% на перепродаже медицинского оборудования, включая и томографы. Я принял это решение, я его принял давно. И в течение довольно длительного периода времени соответствующие переговоры велись и ведутся. Более того – объявлен конкурс. И поверьте – на Карачаево-Черкесии посредники не заработают.

Но при этом возникает вопрос. Помните "Принца и нищего" Марка Твена? Когда в руках героя книги оказалась большая королевская печать, он не нашёл ничего лучшего, как этой печатью колоть орехи. С этой точки зрения, я поставил такие условия: "Дорогие друзья! Мы покупаем. Вы устанавливаете, и вы обучаете наш персонал. Зная уровень образования сегодня, в т. ч. медицинского, я думаю, подобная постановка вопроса является разумной. Если хотите по-хозяйски подойти к трате наших денег, с тем, чтобы эти траты давали потом позитивный, хороший результат".

Г.Ш.: Полтора миллиарда, которые будут выделены на реконструкцию республиканской больницы, позволят экономить те 140 млн. рублей, которые, как Вы ранее сказали, сейчас уходят другим субъектам? Когда она будет построена?


Б.Э.: Это проблема республиканского диагностического центра. К сожалению, в республике нет приличного современного томографа. Поэтому наши люди выезжают - соответствующие договоренности есть - в Ставрополь, в Краснодар и Астрахань. Сегодня уже, там же, вот в этом клиническом городке, строится сосудистый центр. Считаю это архиважным. Периодически бываю там, чтобы убедиться, что графики соблюдаются и строительство ведется с должным качеством.

Г.Ш.: Один из материалов нашего корреспондента Беллы Ксаловой, расследование убийства которой мы обсуждали до интервью, - был про туберкулезный диспансер. Известно, что строительство нового помещения во многом закончено, но, тем не менее, пока функционирует старый, внутри города.


Б.Э.: Григорий Сергеевич, дело в том, что по этому поводу были обращения, я бы сказал, разновекторные. С одной стороны – общественность, люди науки, специалисты в области медицины, разумеется, говорят про ограничения на размещение вблизи жилых кварталов подобных лечебных учреждений. С другой стороны – люди, которые пользуются услугами этого лечебного учреждения, ну и, разумеется, люди, которые в нем работают. Опять-таки, дилемма: либо то, либо другое. В данной ситуации, считаю необходимым соблюдать те санитарные нормы и правила, которые существуют в России.

Г.Ш.: Второй поддержанный проект - со школой в 1260 мест. Там какие-то сроки есть?

Б.Э.: Сроков нет. Финансирование клятвенно обещали. Хотел бы обратить внимание на то, что президент РФ принял решение о выделении более 10 млн. рублей на реконструкцию школы №1 в городе Карачаевске.

Г.Ш.: А по этой школе пока сумма не определена...

Б.Э.: Я думаю, сумма будет определена в том числе, по итогам визита Дмитрия Анатольевича в нашу республику, который состоялся в феврале этого года.

Г.Ш.: Т.е. по строительству школы пока точных сумм и сроков не определено?


Б.Э.: Нет.

Туризм: развитие курортов vs сохранение культуры

Г.Ш.: Еще один проект, в рамках одобренных. Мы уже касались всесезонного курорта Архыз. Какая была бы голубая мечта, связанная с курортом? Ведь есть элементы туристические, направленные на зарабатывание денег, а есть наследие, культура. Если посмотреть на сами эти памятники, наиболее древние христианские памятники в России, то они находятся в Архызе, и за хребтом, уже в Абхазии. Развиваем туризм – страдает наследие, по естественным причинам. Люди, наши люди, - мы знаем, как они себя ведут на туристических, пусть древних, объектах. Планируется развитие, поддержка наследия или только туризма?

Б.Э.: Наверное, все мы наблюдали где-нибудь на скале или на памятнике культуры надпись "здесь был Вася". Я надеюсь, что мы этого не допустим. Памятники наследия культуры, древней культуры, подчеркиваю, аланской культуры, существуют именно для того, чтобы с этими памятниками знакомились. Эти памятники - я имею в виду храмы христианские - были построены задолго до крещения Руси. Ну и, разумеется, задолго до деления христианства на православие и католицизм. Они уникальны. Как, впрочем, уникален и весь комплекс этих храмов. Это порядка 65 гектаров земли. Есть и новострой. Например, непосредственно под ликом Спасителя, который был обнаружен на горе, на скале где-то лет 12 тому назад, построен храм Христа Спасителя. Республиканские власти принимали участие - разумеется, не из бюджета - в возведении этого храма.

Условия для окормления верующих, в том числе в Архызе, конечно же, есть. Хотел бы обратить внимание еще на одно обстоятельство, и здесь, мне кажется, иногда абсолютно неадекватную информацию люди недобросовестные пытаются распространять. Так вот, много лет тому назад для организации служб Домовая церковь аланского государя была передана Русской православной церкви, и поэтому в течение многих лет служба там ни на день не прерывалась. Поэтому многочисленные паломники, которые приезжают в Архыз для того, чтобы поклониться лику Спасителя, имеют возможность отправлять свои религиозные потребности, в том числе, и в этом древнейшем христианском храме. Нет более древнего храма ни в Москве, ни во Владимире, ни в Суздале.

Г.Ш.: Я хотел бы задать конфликтный вопрос. Мы знаем, в России есть такие жемчужины культуры и религии, христианской культуры, по которым в последнее время позиция государства довольно однозначная. Мы помним Соловецкие острова и какое значение они имели задолго до того, как монастырь стал ГУЛАГом. Сейчас Соловецкий кремль передан церкви. Теперь это, в первую очередь, религиозное сооружение. Памятник ЮНЕСКО - Новодевичий монастырь в Москве, как объявлено, будет окончательно передан церкви в этом году. Эта тенденция связана с особыми памятниками. Архыз, несомненно, входит в этот ряд. Безусловно, верующие должны иметь доступ в храмы, это памятник не только культуры, но и религии, но, с другой стороны, есть приоритет и музейных сотрудников, которые поддерживают этот памятник в достойном состоянии. Этот баланс будет сохранен? Есть в Карачаево-Черкесии конфликт между музейным и религиозным сообществами?


Б.Э.: Я, как глава Карачаево-Черкесии, едва ли могу принимать участие в этих спорах. Передача, не передача – это не предмет ведения субъекта, не сфера полномочий властей республики. Но хочу обратить внимание, что и люди науки, и представители национальных движений выступают резко против передачи РПЦ. Меня же волнует главным образом другой вопрос. За всю историю Карачаево-Черкесии в отношениях между христианством и исламом не было ни малейших трений. Для меня сохранение межконфессионального мира и согласия – один из главных приоритетов. Потому, что это ещё и условие сохранения межнационального мира, согласия, дружбы, если хотите – интернационализма, хотя это слово кому-то и кажется богопротивным, но поверьте не мне.

Г.Ш.: Да, верю. Хорошее слово, на мой взгляд, тоже.

Б.Э.: Обратите внимание, я ни разу не произнёс слово "толерантность".

Г.Ш.: А "безродный космополит"?

Б.Э.: Это уже всё-таки период тридцатых годов.

Г.Ш.: Есть современная трактовка космополитизма, его достоинств. Правильно я Вас понял, скажите, может неправильно – баланс в этой ситуации будет рассматриваться как важный критерий?

Б.Э.: Я глубоко убежден, что правительство РФ и Святейший патриарх Московский и Всея Руси, конечно, будут искать и найдут этот баланс. Без баланса в данной ситуации не обойтись. Вера – да, несомненно, но и нравственные принципы, которые, как я думаю, носят общечеловеческий характер, и они должны быть учтены. Нужно конечно иметь в виду тот идеологический вакуум, в котором общество существует в течение многих лет. С другой стороны, разумеется, это культура и это история. История, поверьте, конкретных народов, в т.ч. проживающих здесь, на территории Карачаево-Черкесской Республики. Право на свою собственную историю – не только духовную составляющую этой истории, но и материальную историю, которая лежит в основе культуры соответствующих этносов. Конечно, баланс должен быть найден. Однако обращу внимание, всякий раз, когда вставал вопрос: "Мы хотели бы провести богослужение в том или ином храме", у властей республики и в мыслях не было препятствовать таким богослужениям.

Шерстомойная фабрика: автоматизация традиции

Г.Ш.: Это отдельная тема – насколько здесь присутствует взаимоуважение культуры и религии... Еще несколько проектов, которые были поддержаны, и несколько, которые не были поддержаны. Расскажите про шерстомойную фабрику, которая лично Путиным была поддержана, - есть какое-то представление о том, что будет сделано, в какие сроки? Какие будут вкладываться средства?

Б.Э.: Это - абсолютно реальный проект. "Квест-А" - московская компания, которая уже вложила более 250 млн. рублей. Когда мы отбирали проекты для представления на этом форуме, мы исходили из того, что не потёмкинские деревни, так сказать, надо нарисовать, но реальные проекты, под которыми есть реальные деньги и реальные дела, показать надо. Первая очередь вот этой фабрики, как любит выражаться архиепископ Ставропольский и Владикавказский владыка Феофан, - "иншалла", 7 - будет открыта в октябре 2010 г. С этой точки зрения, речь идет о кредитовании и создании государством неких преференций в том, что касается кредитования последующих очередей.

Речь идет не только о том, чтобы перерабатывать просто шерсть в нитку, речь идет и о шерстяной ленте, о вязании. Причем так, чтобы эти вещи обладали высоким качеством и были бы конкурентоспособны. Для Карачаево-Черкесии переработка шерсти – абсолютно традиционная вещь, народы, живущие здесь, в Карачаево-Черкесии, испокон веку занимались переработкой шерсти.

Г.Ш.: Ручной.

Б.Э.: Ручной, совершенно верно.

Г.Ш.: А здесь автоматизация.

Б.Э.: Автоматизация. Я думаю, мы могли бы несколько десятков тысяч человек занять этой работой. Главным образом, женщин.

Г.Ш.: Несколько десятков тысяч человек, включая тех, кто будет сдавать сырье?

Б.Э.: Когда мы представляли этот проект в Кисловодске, речь шла о 50 тысячах человек. Но я говорю "несколько десятков тысяч человек", чтобы затем, спустя два-три года, не уличили меня в прожектерстве, либо лжи откровенной.

Г.Ш.: Нет, уличать – такой задачи не ставится.


Б.Э.: Да, я понимаю.

Г.Ш.: Социальная значимость производства - это, действительно, важное дело. Все мы помним, как здесь ручной труд использовался и что сейчас требуются уже новые формы развития. Действительно, может помочь кредитование, - Вы сказали, о каких суммах идет речь?


Б.Э.: Речь идет о порядка полумиллиарда рублей.

Г.Ш.: А в какие сроки?

Б.Э.: Думаю, что на эти вопросы лучше могли бы ответить в руководстве СКФО. Я знаю, что полпред активно работает над этим.

Энергетический кластер: развитие гидроэнергетики

Г.Ш.: В рамках стратегии Хлопонина планируется развивать энергетический кластер. Расскажите про Верхне-Красногорскую ГЭС?

Б.Э.: "РусГидро" заявила о своем намерении уже в этом году начать соответствующие работы. Проект готов. Более того, есть хорошие программы: это Зеленчукская ГЭС, Красногорская ГЭС. Одна только Красногорская ГЭС, - имеется в виду строительство плотины в этом естественном каньоне, - так вот, речь идет примерно о девяти миллиардах двухстах миллионах рублей. Проекты есть, включая, в том числе, экспертные заключения, весьма положительные. Но "РусГидро" - мы обсуждали эту проблему с её руководителем - имеет в том числе и программу строительства целого ряда малых ГЭС. В прошлом году это было, мы такую малую ГЭС открыли - шестьсот тысяч киловатт в течение года. Так вот, если мы реализуем вот эти программы, которые у нас есть, - проекты уже готовы и не нужно проводить проектно-изыскательские работы, - я думаю, мы где-то процентов до 70 своей потребности в электрической энергии сможем удовлетворить.

Г.Ш.: А сейчас откуда в основном она идет?

Б.Э.: Мы получаем, закупаем на оптовом рынке в Ставрополье, других регионах.

Г.Ш.: А цены для потребителей упадут, если будут малые ГЭС?

Б.Э.: Я надеюсь на это, очень надеюсь.

Г.Ш.: Таймураз Мамсуров, глава Северной Осетии-Алании, в подробном интервью "Кавказскому узлу" рассказывал про работы в Осетии по малым ГЭС и на сколько существуют планы снизить цены. Потому что закупочные цены оборачиваются высокими расценками для жителей. Отдельная тема, часто тиражируемая федеральными СМИ, – злоупотребления в КЧР частных лиц в вопросе сбора сведений по расходу электроэнергии, делающие двойную систему учета электроэнергии. Есть проблема сбора?

Б.Э.: Я хочу Вам рассказать о договоренности: "Собираете девяносто и более процентов платы за электроэнергию – получаете преференцию". Карачаево-Черкесия занимает здесь самые передовые позиции.

Г.Ш.: Да?

Б.Э.: Так-таки да. Тут эта работа проводится самая активная.

А вот с обещанными преференциями у нас плохо. Когда разговор пытаются перевести на банальную кражу энергии, я очень боюсь, что это не всегда добросовестный прием. Я Вам твердо и официально заявляю – Карачаево-Черкесия собирает эти пресловутые 90 процентов платежей за электроэнергию. И, с этой точки зрения, мы ждем обещанных преференций.

Г.Ш.: От "РусГидро"?

Б.Э.: Ну, наверное. От поставщиков, от продавцов.

"Отложенное развитие" республики

Г.Ш.: А те семь проектов, которые не включены в стратегию, их будут развивать?

Б.Э.:
Что Вы имеете в виду?

Г.Ш.: Ну, было 11 проектов.


Б.Э.: Да, 11 проектов.

Дело в том, что мы проводим работу над тем, чтобы реализовывать вот эти проекты, но хотел бы сказать, что мы здесь живем не только в рамках стратегии. Возьмите программу развития мясного животноводства: 20%, даже чуть побольше, населения нашей страны – это мусульмане. И когда мне говорят о том, что, видите ли, уровень производства мяса по структуре его - ну, скажем, птица, свинина, и т.д. и т.п. - совпадает с показателями развитых и иных европейских государств, которые давным-давно этим занимаются, я неизменно думаю: надо-таки иметь в виду и наши особенности. Я еще раз подчеркиваю: 20 процентов, даже чуть побольше, в России – это мусульмане. И вот, с этой точки зрения, очень важно производство высококачественной говядины и баранины. Вспомните, заканчивается Ураза, и всякий правоверный мусульманин должен принести некую жертву, в виде агнца, которым Господь Бог заменил дитя одного из пророков. 8

Я думаю, что Карачаево-Черкесия, да и не только Карачаево-Черкесия, а и весь северокавказский регион, обладают уникальными возможностями на этот счет. Карачаево-Черкесия - я имею в виду опять-таки Росстатовские цифры - насчитывает порядка 213 тысяч голов крупного рогатого скота. Мы могли бы умножить и на два, и на три, и на четыре, пожалуй, даже на пять вот это число голов.

Г.Ш.: В смысле, можно развить?

Б.Э.: Разумеется. Именно поэтому в рамках республиканской программы и с помощью федерального центра - и здесь я не могу не сказать слова уважения и благодарности первому вице-премьеру Виктору Алексеевичу Зубкову и министру сельского хозяйства Елене Борисовне Скрынник - мы закупили порядка полутора тысяч нетелей 9 абердин-ангусской породы. Удивительнейшим образом они приспособились и к нашей территории, и к нашему климату. Знающие люди говорят о том, что они, вообще-то, начинают забывать английский язык и начинают "говорить" на языках нашей республики.

Г.Ш.: Осваиваются.


Б.Э.: В этом году мы закупили в Венгрии значительную партию коров лимузенской породы. 10

Я к чему это говорю: программа эта серьезная, и она предусматривает, в том числе, и улучшение нашего стада - я имею в виду те 213 тысяч голов крупного рогатого скота. У нас есть договоренности на этот счет с Москвой. Но финансово-экономический кризис, конечно же, сказывается на сроках реализации этого проекта.

Г.Ш.: С московским правительством?

Б.Э.: Да, с правительством Москвы. Речь идет о строительстве хладокомбината на территории Карачаево-Черкесской Республики.

Г.Ш.: Такая работа полностью соответствует вашим неоднократным высказываниям о проблемах спроса на мясо.

Б.Э.: Дело в том, что я начинаю говорить только в том случае, когда под этими разговорами есть более-менее реальная база. А что до этого вещать? С Москвой это особенно удобно, потому что именно Москве принадлежат крупнейшие в Европе парники – поселок Московский, во главе с Валентиной Александровной Патовой. Это действительно крупнейшие парники, и продукция расходится влёт в Москве. И отсюда отработанная транспортная составляющая. Я имею в виду вот эти поставки в Москву. Ну, и Москва - это всегда серьёзно.

Есть большой интерес у фирмы "Волма", это Волгоград. Имеется в виду добыча гипса, речь идёт об Урупском районе нашей республики – уникальные запасы залежей гипса, оцениваемые специалистами в объеме где-то порядка пятидесяти пяти миллионов тонн. Что касается инвестиций – до семисот миллионов рублей. И именно по этой причине министром транспорта РФ, в том числе, проговаривался вопрос, касающийся восстановления железнодорожной ветки Шедок-Курджиново. Дело в том, что я бы предпочёл, чтобы эта самая железнодорожная ветка была замкнута: Шедок, и, скажем, Джегута, железная дорога у нас идёт до Джегуты. Но, наверное, сейчас это пока рано, и поэтому, хотя бы до Курджиново. Сохранилось даже полотно железной дороги, я имею в виду насыпь, кое-где и шпалы, и даже рельсы. Я хорошо помню эту самую "кукушечку", которая, подавая гудки, ездила туда-сюда по этой крошечной красивой дороге, на фоне чудесной природы, - это всегда очень интересно.

Проблема железной дороги, между прочим, - я имею в виду железнодорожные магистрали, - обсуждалась задолго до октябрьской революции 1917 года, но там помешала Первая мировая война, революция и связанная с ними неразбериха. В 1930-е годы эта проблема тоже обсуждалась, более того, были соответствующие проработки и проекты на этот счет, но Великая Отечественная война прервала этот процесс. В 1970-е годы на съездах КПСС эта проблема также неоднократно поднималась, в том числе Эдуардом Амвросиевичем Шеварднадзе, но сегодня этот вопрос стоит, конечно, на новом этапе. Ну, я - глава маленького субъекта, и маленькому человеку о маленьких проблемах надлежит говорить, но я думаю, что большие люди, они учитывают и проблемы геополитики.

Г.Ш.: Этот вопрос связан не только с развитием региона. Хотя для самой Карачаево-Черкесии есть ощущение, что уже пора реализовывать отложенное развитие региона.

Б.Э.: Абсолютно с Вами согласен. Если говорить о геополитике, - наверное, я не должен высказываться по этому вопросу, но меня всегда умиляет, когда те или иные политики начинают рассуждать на тему "а вот завтра или послезавтра Грузия будет в составе НАТО". Да не в этом проблема, - проблема в том, что НАТО уже давным-давно в Грузии.

Г.Ш.: Конечно, базы задолго до войны появились.


Б.Э.: Обольщаться или обманываться в данной ситуации, видимо, не следует. Мир жесток, и он руководствуется, если хотите, корыстью, интересами, принципом "своя рубаха ближе к телу". Я думаю, что и в отношениях между государствами национальные интересы нашей страны, конечно, учитываются и просчитываются, - отсюда и позитивное отношение к строительству дороги Черкесск-Сухум.

Г.Ш.: Новый уровень горизонтальных взаимоотношений внутри региона, хотя и затормозился армяно-турецкий процесс, ясно, требует развития республики - особенно с учетом ценности транспортного коридора. Что-нибудь известно про сроки по хладокомбинату? Следующий год или через два года?


Б.Э: Все зависит от Москвы. Мы готовы.

Г.Ш.: А что по гипсу, волгоградскому проекту?

Б.Э.: Они уже в этом году начали активно работать.

Г.Ш.: Уже идет добыча?

Б.Э.: Нет. В этом году они провели все необходимые проектно-изыскательские работы. И вот сейчас надо решиться на то, чтобы реально начать эту добычу.

Г.Ш.: Вы думаете, в этом году начнётся?


Б.Э.: Я надеюсь на это.

Г.Ш.: Если вернуться к вопросу сбыта, на примере министерства обороны, производящего закупки на Дальнем Востоке, - Вы упомянули этот пример во время визита президента, и Медведев живо отреагировал на Ваши слова.

Б.Э.: Там, Вы знаете, когда называется Дальний Восток и доставка оттуда, завоз лука сюда, это скорее некий образ. От шести до восьми рублей – цена килограмма зеленчукской картошки, очень лёжкой картошки. Вы сегодня выкопайте и заложите в погреб, по весне – как будто вы её только что из земли вырыли. Рядом Кисловодск – 28 рублей килограмм картошки. И объясните мне, ради Христа и пророка Мухаммеда, какими экономическими законами это можно объяснить?

Г.Ш.: Коррупция.

Б.Э.: Дайте за эту картошку восемь рублей, так я на себе эту картошку буду таскать, и в Кисловодск во все эти санатории, и куда только ваша душа не пожелает.

Соответствующая работа на этот счёт ведётся. В рамках указания президента Российской Федерации, данного во время его пребывания 27 февраля этого года в нашей республике. Эту задачу я поставил перед своими коллегами, блоком правительства, занимающимся агропромышленным комплексом. Слава Богу, кое-какие успехи есть.

В прошлом году мы засеяли порядка 7 тыс. га сахарной свеклы. В этом – около 10 тыс. га. При этом у нас очень неплохие виды на урожай. Для нас принципиально сохранить сахарный завод, чтобы он ритмично и хорошо работал.

Г.Ш.: Но на заводе, в Ногайском районе, есть сложности - люди не работают значительную часть года.

Б.Э.: Э, нет, - они работают так по технологии. Обычно все сахарные заводы работают до нового года, а затем ремонт, приведение в порядок и подготовка к очередному сезону. Там сейчас порядка 600 с небольшим человек. Добавьте сюда 2-3 тысячи человек, занятых выращиванием сахарной свеклы. Умножьте на число членов семьи, и Вы получите представление о социальной значимости нормальной работы этого завода.

Г.Ш.: Значимость очень большая. Я был там несколько месяцев назад и видел, что ситуация в районе достаточно депрессивная. Но если будет хороший урожай...

Б.Э.: В прошлом году мы добились рекордного урожая за два последних десятилетия. Я очень надеюсь на то, что в этом году мы этот урожай перекроем. В прошлом году урожай сахарной свеклы с одного га составил 359 центнеров на круг. Я боюсь сейчас загадывать на будущее, но, по тем сведениям, которые у меня есть, мы этот рекорд перекроем.

Г.Ш.: Вы говорили в конце января про жалобы фермеров, о которых Вы слышали, когда ходили в народ и говорили с людьми. И что килограмм мяса, говорили Вы в конце января, сдают за 70-80 рублей, что конечно дешево. А с другой стороны, может, я ошибаюсь, но, проезжая мимо мясокомбината, не видишь, чтобы стояли очереди на убой скотины, как это было ранее. Ощущение такое, что мясокомбинат республики работает на привозной мясопродукции.


Б.Э.: Это не ощущение, это истинная правда. Если Ваше ощущение именно таково, оно абсолютно соответствует действительности. Конкурировать с замороженным, перемороженным мясом, которое поступает в Россию, той продукции, которая выращивается у нас на альпийских лугах, по ценам совершенно невозможно. Речь идёт о справедливой цене. Вы мне поверьте, выращивание скота – это тяжкий труд. Нормальная цена – хотя бы рублей 120-130 за килограмм мяса. Я думаю, что это было бы, может быть, не очень справедливо, но приемлемо.

Г.Ш.: А что возможно предпринять? Правительство что-нибудь делает?


Б.Э.: Правительство, разумеется, делает. Необходимо создание торговых домов Карачаево-Черкесии за пределами республики. Речь идёт о соответствующих торговых связях, отношениях с самыми разными субъектами РФ, не расположенными в СКФО. Мне лично кажется абсолютно невозможной ни автаркия 11 республики, ни автаркия округа. И, с этой точки зрения, отношения с Краснодаром, Ростовом-на-Дону, Москвою, Питером, - да, конечно. Волгоградом – разумеется. Родным для меня Саратовом – да, конечно. Кстати, первый договор в мою бытность здесь в республике об отношениях между субъектами, о развитии торгово-экономических отношений мы подписали с губернатором Саратовской области Павлом Леонидовичем Ипатовым. Ну и, разумеется, люди, которые знают нечто, ухмылялись: ну, разумеется, Эбзеев приехал именно в Саратов, родной для него город. Но я хотел бы сказать Вам о том, что в результате этого договора и этого особого типа отношений с Саратовской областью, мы, по сути дела, обновили половину нашего троллейбусного парка. И мы вторую половину троллейбусного парка обновим.

Г.Ш.: Когда?

Б.Э.: Мы (Черкесск - прим. ред.) получили где-то 15 троллейбусов. В этом году, даст Бог, мы получим ещё порядка пятнадцати, даже чуть больше.

Я говорю о "Тролзе" в г. Энгельс, в прошлом - троллейбусный завод им. Урицкого, а теперь он скромно называется ЗАО "Тролза".

Г.Ш.: Это бартер?


Б.Э.: Это не бартер. Мы приобрели эти автобусы. При этом "Единая Россия" - и это, поверьте, зримая помощь и поддержка - активно поддержала этот проект. Речь шла о софинансировании: 70% – Минрегионразвития, 30% – мы. Этот механизм был распространён и на коммунальную технику. Мы серьёзно обновили парк нашей коммунальной техники муниципальных образований Карачаево-Черкесской Республики. Может, Вы заметили, что республика стала чуть почище.

Г.Ш.: Да, заметил. Хотя, тут ещё много работы.

Б.Э.: Живому человеку, слава Богу, не угодишь, потому что, в противном случае, развитие остановится.

Конечно, республику надо обустраивать. С этой точки зрения, я опять возвращаюсь к первому вопросу. Вы настойчиво меня подвигаете к обсуждению инвестиционных проектов. Я думаю, что для нашей республики, учитывая реальное состояние, всё-таки есть два основных направления. С одной стороны – социальное обустройство, с другой - эти проекты. Разумеется, их надо соблюдать и совмещать.

Представьте себе среднестатистического карачаево-черкеса. Вот Вы или я. 25 тысяч отдыхающих. Это замечательно. Если я человек добродушный, я думаю: ну, ребята приехали, покатались, отдохнули, уехали. А если я не очень добродушный, но желчный и сварливый, то я начинаю произносить всякие слова, которые в словарях не встречаются: "приехали, понимаешь, с жиру бесятся, и уехали". Так вот, проблема социального обустройства, ничуть не менее важна, нежели эти проекты.

Занятость населения

Г.Ш.: А что с безработицей? Как помогают эти проекты в ее решении?

Б.Э.: Проекты, конечно же, будут помогать в решении проблем. Например, Архыз - от 4 до 5 тысяч обслуживающего персонала. Хорошо это или плохо?

Г.Ш.: Сейчас или планируется?

Б.Э.: Нет-нет, я имею в виду реализацию этого проекта "РусГидро". Хотя и сейчас там есть рабочие места, но совсем не так много. Только на период строительства этой плотины в рамках программы "РусГидро" две тысячи рабочих рук понадобятся.

Г.Ш.: Дорога тоже не меньше тысячи человек востребует?

Б.Э.: Дорога, конечно же. Колоссальное количество дополнительных рабочих рук нам понадобится. При этом часто говорят, что из этих республик (из республик Северного Кавказа, - прим. ред.) люди уезжают. Мы, простите великодушно, живём при капитализме. Свободное движение капиталов, услуг, рабочей силы - это и есть капитализм, рыночные отношения. Немалое число специалистов из нашей республики работают, например, на объектах "Олимпстроя". А как бы вы хотели, как ещё быть? Активизация реализации этих проектов потребует, помимо тех рабочих рук, которые имеются в республике, и дополнительных рабочих рук. И люди будут приезжать в нашу республику.

Г.Ш.: Извне?

Б.Э.: Разумеется. Извне – я не имею в виду Китай или Таджикистан. Из других регионов нашей страны. Это абсолютно нормальная вещь. Давайте ещё, я не знаю что, возьмём... Я говорил: "Квест-А" - это где-то порядка пятидесяти тысяч человек. Разумеется, главным образом это женщины, в той или иной мере занимающиеся и сегодня соответствующими народными промыслами.

Г.Ш.: Вы как-то сказали: "На 427 тысяч населения - 200 тысяч крупного рогатого скота"...


Б.Э.: Я вовсе не думаю, что это очень много. Возьмите Урупский район: одна семья сто пятьдесят голов крупного рогатого скота держит. В своё время Никита Сергеевич Хрущёв, первый секретарь ЦК КПСС, произнёс печально знаменитую фразу, что колхознику корова не нужна, пусть молоко в колхозе берёт. В это многие поверили, и теперь не знают, с какой стороны к корове подойти и как её подоить. Слава Богу, в Карачаево-Черкесии эти навыки сохранили. 150 голов крупного рогатого скота – это одна семья в Урупском районе. Орденами и медалями этих людей награждать надо.

Г.Ш.: Награждаете?

Б.Э.: Да я-то готов, понимаете, но республика не имеет возможности учреждать ордена и медали.

Г.Ш.: Ну, благодарности, грамоты...

Б.Э.:
Ну, это само собой. Высказать им слова уважения и благодарности – на это мы не скупимся.

Г.Ш.: Вы упомянули "Олимпстрой". После совещания с правозащитниками под эгидой президентской комиссии по правам человека Дмитрий Медведев дал поручение привлекать к этим работам подрядчиков c Северного Кавказа, связанное с привлечением рабочей силы и подрядчиков из СКФО в Сочи. Здесь много разных идей, от самых простейших, связанных с поставкой артелей, которые могли бы вахтенным методом работать, до подрядчиков. Пока в этом направлении от лица республики работа ведётся отдельными компаниями?


Б.Э.: Ведётся отдельными компаниями и людьми, которые едут туда. Я имею в виду специалистов-строителей, работающих там и получающих вполне приличную по нашим меркам зарплату. Людям это выгодно. Вахтовым методом - поехали, поработали, потом передохнули и опять поехали. 12

Г.Ш.: Тем не менее, вспоминая советский период: было использование рабского труда репрессированных, но были и разные формы организации государством вахтенных работ, помощь в трудоустройстве артелей, которые действительно были востребованы населением. Сейчас применение такого опыта в республике невозможно?

Б.Э.: Возможно. Но я всё-таки не отвечаю за "Олимпстрой" и просчитывать мне это очень сложно. Но республика готова к такому сотрудничеству. Были бы развитые транспортные сети, железная дорога, то, конечно, ситуация была бы иной. Кроме того, Карачаево-Черкесия обладает уникальными запасами твёрдого щебня - более высококачественный, нежели в нашей республике, я имею в виду гранитный щебень, едва ли мы с Вами где бы то ни было найдём. Речь должна идти, если хотите, про организацию связей. Другое дело, насколько это выгодно.

Г.Ш.: Таймураз Мамсуров очень прямо сказал про конкуренцию (в ходе аналитического интервью "Кавказскому узлу"), которая может быть внутри СКФО в рамках туристического кластера: Мамисон, например, может конкурировать с Домбаем за внимание федерального центра. А про щебень, Сергей Васильевич Багапш прямо говорил (в аналогичном интервью "Кавказскому узлу"): "Мы хотим щебень вести в Сочи, для этого строить дорогу ". РЖД уже эти сформулировало свои планы. То есть, возникает конкуренция у вас с соседями. Что с ней делать?


Б.Э.: Конкуренция может и должна регулироваться. Это одна из функций руководства Северо-Кавказского федерального округа. Едва ли, однако, можно говорить о конкуренции между вот этими объектами, входящими в единый северо-кавказский туристско-рекреационный кластер. Я не думаю, чтобы это можно было бы. Кстати, именно для того, чтобы обеспечить нормальное развитие этого направления, и создан сам по себе кластер. Это нечто единое, целостное. Сами по себе эти проекты – они выходят за рамки Карачаево-Черкесии либо Северной Осетии. Напротив, это нечто объединяющее все субъекты СКФО.

Г.Ш.: Да, здесь конкуренция в таком хорошем смысле - более качественно, более низкие цены...

Б.Э.: Разумеется. Карачаево-Черкесия - я имею в виду, в том, что касается реализации проекта Архыз - несколько впереди. Ну, и слава тебе, Господи. Мы готовы быть пилотным проектом в реализации задачи создания этого самого кластера.

Задержки зарплаты: федеральные должники

Г.Ш.: Про зарплату. Были данные про задержки. Вы ставили проблему под свой контроль. Какая сейчас ситуация с задержками в Усть-Джегутинском районе? Это ответственность прокуратуры? Она интенсифицировала свою работу в последнее время - возбуждаются дела, об этом сообщают общественности, что важно.

Б.Э.: Долги по заработной плате? Долги республиканского бюджета или...? Так вот, с этой точки зрения я назову: строительное управление №5, федеральное государственное предприятие, которое принадлежит Спецстрою РФ – 5 млн. 359 тысяч задолженность. Вся - из федерального бюджета. Из бюджета Карачаево-Черкесии ни единой копейки мы там не должны.

Меня, конечно же, волнует эта проблема. Но дело в том, что это строительное управление находится в состоянии банкротства. Задайте мне вопрос: каким образом я-то могу эти долги выплатить? Я обращаюсь к руководству Спецстроя России, я ставлю в известность федеральное руководство по этому поводу. Но в рамках закона о банкротстве они так и действуют. Республика из собственного бюджета ни копейки никому не должна. Давайте по Зеленчукскому району: ООО "Паритет", сумма задолженности – 3 млн. 178 тысяч рублей. Из республиканского бюджета - ни единой копейки. На этой неделе, 9 августа, ровно половина этой суммы уже выплачена. Меня клятвенно заверили: "Борис Сафарович, к концу недели, самое позднее – в начале будущей недели, остальные полтора миллиона с небольшим рублей тоже будут выплачены". Далее давайте возьмём... "Карачаево-Черкесия-Туризм", республиканское государственное унитарное предприятие: где-то два с небольшим миллиона рублей долг. При этом я обращаю внимание, что республиканский бюджет по долгам этих РГУПов не отвечает. В том числе, субсидиально. Но, учитывая тот факт, что это республиканское государственное унитарное предприятие, надо будет эти долги по зарплате выплачивать, потому что люди на это живут. Так вот, я был в командировке, а по приезде, часиков в восемь, я проводил по этому вопросу совещание, и задача определена простая: "Дорогие друзья, это наше РГУП, поэтому мы должны выплатить людям заработную плату, которую они заработали".

Г.Ш.: В какие сроки?

Б.Э.: Я думаю, мы сделаем это достаточно быстро.

Г.Ш.: В этом году или в этом месяце?

Б.Э.: Да нет, ну Господь с Вами! Что значит "в этом году", Григорий Сергеевич? Знаете, люди имеют привычку каждый день обедать, каждый Божий день, и вот эту скверную привычку надо учитывать, имея в виду, что на носу 1-е сентября и, стало быть, ребятишек нужно готовить к школе.

Г.Ш.: То есть, до 1-го сентября?

Б.Э.: Ну, да, конечно.

Г.Ш.: Спасибо. Я вот просто помню про февральские девять миллионов, но тут даже больше.

Б.Э.: Я хочу обратить Ваше внимание на то, что ведь и февральские девять миллионов тоже были не долги нашего бюджета. Хочу Вам сказать о том, что ситуация по нашим долгам отслеживается очень чётко, и поэтому никаких долгов из республиканского бюджета, по сути дела, нет. Но вместе с тем приходят люди и говорят, и я думаю, они справедливо говорят: "Вы - руководитель субъекта, почему Вы не думаете о нас?". Поверьте, думаем. Но возможности воздействия у нас минимальные. И вот отсюда, конечно, и участие прокуратуры КЧР, и я оцениваю это участие весьма позитивно. И это инициатива генерального прокурора - Чайки Юрия Яковлевича. И так не только республиканская прокуратура, а прокуратуры всех субъектов РФ действуют, в таком активном режиме.

Г.Ш.: То есть, в последнее время деятельность как-то интенсифицировалась?

Б.Э.: Вы имеете в виду в том, что касается выплаты заработной платы? Да, несомненно. И по другим социальным платежам.

Г.Ш.: А с чем это связано? Прокуратура более активно возбуждает дела? Более активный новый министр внутренних дел?

Б.Э.: Нет. Я бы хотел обратить внимание на то, что сама природа прокуратуры существенно изменилась с выделением Следственного Комитета. И я думаю, что главная функция прокуратуры - это не борьба с преступностью, не абстрактные "законность", "правопорядок" - какие-то отвлеченные вещи, а защита прав и свобод человека и гражданина. И, с этой точки зрения, прокуратура всё более - и по своим функциям, и по природе, по направленности своей деятельности - превращается в один из основных правозащитных органов нашей страны. Считаю, что это очень оправданно.

Г.Ш.: Безусловно. А новый министр внутренних дел активно работает, и мы говорили с Вами во время прошлой встречи о том, что вот ожидается такое назначение. Я уже слышал отзывы по части активизации выполнения федеральных норм по тонированию автомобильных окон. Как Вы видите эту работу?


Б.Э.: Я бы хотел обратить Ваше внимание на то, что министр внутренних дел по КЧР - высокий профессионал. Человек, который прошёл путь от рядового милиционера до полковника милиции, и теперь вот по должности - министр внутренних дел по КЧР...

Г.Ш.: Станет ли он у Вас генералом?

Б.Э.: Я очень на это надеюсь и твёрдо уверен, что этот человек абсолютно достоин данного звания.

Так вот, я хотел бы сказать о том, что он серьёзно активизировал деятельность органов внутренних дел нашей республики. И что касается наведения порядка на дорогах, наведения порядка с управлением автомобилей - конечно, это дело хорошее. Но министр активизировал и другие направления – собственно, борьбы с преступностью. И, с этой точки зрения, я бы смог назвать весьма позитивный пример. Вот, буквально не далее как вчера или сегодня в суд передано дело, связанное с убийством депутата нашего Народного собрания Мурата Акбаева. Я надеюсь, что и другие такие резонансные преступления будут раскрываться.

Борьба с коррупцией — уникальный подход

Б.Э.: С этой точки зрения, я бы хотел сказать, что население республики - да, я думаю, и не только нашей республики - истосковалось по законности и порядку. Правовому порядку. Не порядку, так сказать, сильной такой руки, либо авторитарного правления. Соскучилось именно по правопорядку и законности. Но, правда, здесь я хотел бы обратить особое внимание ещё на одно обстоятельство: мы совершенно уникальный народ. И думаю, что нет в мире народа, который жаждал бы законности более, чем мы.

Г.Ш.: Да?

Б.Э.: Вы мне поверьте, - я имею в виду всю Россию.

Но я думаю, нет в мире и народа, представители которого, стоит только их коснуться, по закону, с такой бы готовностью шли на то, чтобы договориться либо с законом, либо с носителями этого закона.

И, с этой точки зрения, КЧР сегодня - я имею в виду, в этом году - отличилась аномально высокими результатами в том, что касается единого государственного экзамена.

Г.Ш.: Да, не то слово.

Б.Э.: И я был вынужден принять очень серьёзные организационные меры на этот счет.

Г.Ш.: Имеете в виду отставку и.о. министра образования и науки Ирины Шаповаловой?

Б.Э.: Да, конечно. Более того, я очень надеюсь на то, что органы правоохраны в данной ситуации сработают так, чтобы повинные в этом люди, что называется "за ушко, да на солнышко".

Г.Ш.: А превентивные меры приняты, чтобы не повторялась такая ситуация?


Б.Э.:
А превентивные меры нами уже предпринимались, Вы мне поверьте. К этому привлекли общественность, к этому привлекли депутатов нашего Народного собрания - 73 человека. На всех без исключения пунктах приёма ЕГЭ были организованы дежурства сотрудников милиции. И, казалось бы, все эти меры были предприняты, и, тем не менее, результаты аномальные.

Но я бы хотел обратить Ваше внимание, Григорий Сергеевич, вот на такую очень интересную ситуацию. По республике в этом году было 17 человек "стобалльников". Ну, наверное, это не так много. Так что Вы думаете? Ряд участников, сдававших ЕГЭ, обратились в Москву, в федеральное Министерство образования и науки, ну, и его структуру, включая Службу по надзору в сфере образования. И Москва нам прибавила ещё 10 "стобалльников".

Т.е., значит, Москва сочла, - я имею в виду, федеральное ведомство соответствующее пришло к выводу, - что уровень знаний этих ребят был оценён неадекватно, поэтому у нас сегодня 27 "стобалльников".

Но я в данной ситуации, когда говорю об аномалии, имею в виду, главным образом, не "стобалльников", а тех, кто получил от 81 до 99 баллов. Так вот, я поручил министерству соответствующему и своей администрации предложить комплекс мероприятий на этот счет, чтобы в будущем это исключить. Исключить вовсе - едва ли это возможно. Но для того, чтобы это не имело массового характера.

Г.Ш.: Вы коснулись темы Министерства внутренних дел. 27 февраля, когда в КЧР был Дмитрий Медведев, он говорил о коррупции, говорил о системе поддержки и мотивации сотрудников правоохранительных органов. После этого приходит новый министр. Вот, Медведев озвучивает, Путин поддерживает программу по борьбе с коррупцией. В Карачаево-Черкесии задачи стоят по созданию специальной программы?

Б.Э.: Григорий Сергеевич, коррупция - это не просто зло. Я думаю, что это зло в превосходной степени - в смысле разъедания принципов конституционного строя России, самих устоев нашей государственности, самого принципа государственного существования нашего народа (я имею в виду всю Россию). И, с этой точки зрения, говорить о том, что КЧР коррумпирована, а вот, видите ли, есть белые и пушистые субъекты, не приходится.

Думаю, что уровень коррупции достаточно высокий в КЧР. Но что такое КЧР? Это правительство, это глава субъекта, это наш парламент, это муниципальное образование и 47 территориальных органов, федеральных органов государственной власти на территории КЧР. Так вот, я хотел бы обратить Ваше внимание на то, что да, соответствующие программы есть. Более того, мы проводим соответствующие заседания с нашей антикоррупционной комиссией - точно так же, как и комиссия антитеррора, комиссия "антинаркотик" и т.д. и т.п. В ходе нашего последнего заседания антикоррупционной комиссии мы рассмотрели деятельность комитета по культуре, по физической культуре и спорту, поставили задачу самым внимательным образом изучить деятельность Минтруда и соцразвития, Министерства здравоохранения и Министерства образования. Я не случайно называю именно эти ведомства, потому что через них идут основные финансовые потоки.

Хотел бы обратить Ваше внимание на то, что в рамках Министерства финансов мы создали соответствующую группу управления. Это своего рода контрольное управление. При этом речь не идёт о том, что повторяются функции контрольной счетной палаты КЧР. Дело в том, что там контролируется расходование нашего республиканского бюджета. Так вот, что касается Минфина, мы создали достаточно серьёзное управление, и подбираем туда очень квалифицированных людей.

Г.Ш.: Кто его возглавляет?

Б.Э.: Чукалкин Андрей Яковлевич, министр финансов. Я попросил его держать под личным контролем деятельность именно этого управления. Так вот, хотел бы сказать, что только возвратов нецелевым образом потраченных сумм на каждого сотрудника этого управления - это порядка трех миллионов рублей.

Г.Ш.: На каждого сотрудника?

Б.Э.: На каждого сотрудника этого управления.

Г.Ш.: А сколько там сотрудников?

Б.Э.: Речь идёт о нескольких десятках миллионов рублей.

Сумма конечно серьезная, но с этой точки зрения, я бы хотел обратить Ваше внимание еще на одно обстоятельство.

Программы для детей и молодежи: отдых, учеба, работа

Б.Э.: В этом году мы нашли средства на то, чтобы направить 100 наших ребят - юношей и девушек, молодежь - в Республику Абхазия. Но, видимо, нет надобности говорить, что КЧР и Абхазию связывает особый тип отношений.

Г.Ш.: Чего стоит один только Абазинский район...

Б.Э.: Да, и не только Абазинский район, Вы мне поверьте. И как-то сложились особо тёплые отношения с Сергеем Васильевичем Багапшем. Наверное, мы - люди одного поколения, ну и где-то более или менее похожей судьбы: пионерское, комсомольское, партийное прошлое и всякое такое.

Я хотел бы сказать о том, что мы отправили в Абхазию 100 человек, - это представители молодёжи нашей республики, и, поверьте, это не ребята-абазины, это интернационал, это все народы, населяющие нашу республику. Так вот, по приезде, мне с восторгом эти вот ребята рассказывали, как они там были, как это было интересно. Мы нашли на это деньги. Возникает вопрос: это целевое или не целевое расходование средств?

В прошлом году субъектам передали ряд федеральных мандатов. Я имею в виду детское оздоровление. Так что Вы думаете? На эти цели в прошлом году из федеральных источников было передано 45 миллионов рублей. Что касается нас, мы выделили более 49 миллионов рублей. Но при этом удалось сбить цены, при этом мы имеем возможность провести оздоровление двух тысяч ребят, так, чтобы они нормально отдохнули.

Но, правда, здесь возникает вопрос: ну, хорошо, ребятишки куда-то там уехали, ну, и там, что называется, "с глаз долой, из сердца вон"? Особенно после вот этого несчастья, в Туапсе? Всё-таки здесь необходимо быть особенно аккуратными и осторожными. Я распорядился создать комиссию, и эта комиссия является постоянно действующей. Те базы, где отдыхают наши ребятишки, они периодически проверяются членами этой комиссии. Т.е. там должны быть нормальные условия, соответствующая санитарно-гигиеническая ситуация, ребятишек должны нормально кормить, и при этом в обязательном порядке – вожатый, воспитатель, должна быть обеспечена охрана, там должен быть учитель или учителя, спорт-организатор, физрук, так сказать. И чтобы само по себе времяпрепровождение там было не просто праздным бездельем, но чтобы с пользой время проходило. Это и походы, и конкурсы рисунков, это и подготовка к школе, это и спортивные состязания в обязательном порядке, чтобы отдых пошел на пользу, остался в памяти и захотелось его повторить на будущий год.

Г.Ш.: А внутри республики? Ведь много лет подряд организуют и у вас туристические, спортивные лагеря?

Б.Э.: Внутри нашей республики мы это так и делаем. А ребят мы отправляем за пределы республики - ежели им необходимо специальное лечение и мы у себя не в состоянии его обеспечить. Я Вам скажу, что на Домбае был совершенно замечательный лагерь. Вы не представляете, насколько я был восхищен его лозунгом: "Мир на Кавказе - миссия молодежи".

Г.Ш.: Речь про проект КНК и фонда "Эльбрусоид", их восхождение на...

Б.Э.: Да, да. Там же Конгресс народов Кавказа, там же и руководитель этого Конгресса и его заместитель, само собой Рамазан Хаджи-Муратович Абдуллатипов. Это и восхождение на Эльбрус, но главное было другое: дело в том, что было тестирование этих ребят, я бы сказал, интеллектуальной элиты молодежи. Сколько субъектов было представлено? 67. Так вот, из 67-ми субъектов ребята приехали. Первый день я, конечно же, приехал - мы всё-таки КЧР, должны быть радушными, гостеприимными хозяевами. Приехал на открытие. И вот вижу, группируются по территориальному принципу: отдельно Поволжье, отдельно Сибирь, Подмосковье и т.д. и т.п. Но когда я приехал туда же на третий день работы этого лагеря, то оказалось, что это территориальное размежевание абсолютно ушло. Так вот, ребята там активно работали: представляли и защищали свои проекты – и проекты для Кавказа, и проекты для других регионов нашей страны.

Ну, а теперь спросите меня, потратили ли мы на это кое-какие суммы? Вам я скажу: да, потратили. Что касается финансовых служб, надзорных - под пистолетом не признаюсь. Так вот, Вы мне ответьте: это целевое или не целевое расходование средств? Два года мы проводили лагерь православной и мусульманской молодежи с участием владыки Феофана, муфтия Бердиева. Ну, и как мы могли остаться в стороне от этого благого дела? В этом году Нальчик обратился с таким предложением, и этот лагерь решили провести в Нальчике.

Что касается данного лагеря, я вообще предложил: давайте это сделаем традиционным Домбайским лагерем. Могу Вам прямо сказать о том, что ребята не хотели расставаться друг с другом. И это действительно было так. И там было и много тепла, и много интеллекта. Ну, понимаете, все-таки общение с молодежью - это всегда здорово.

Г.Ш.: От обучающего модуля – к молодым специалистам. Александр Геннадьевич Хлопонин говорил о необходимости отправлять работать в другие регионы для СКФО до 25 000 молодых специалистов, которые потом будут востребованы внутри республики. Вот Вы сейчас обрисовали круг задач для молодых людей, только вступающих в рабочие контакты, в рабочие отношения. А если говорить о молодых специалистах? Кадровый блок – это, вообще, проблема России в целом. Я не хочу ничего сказать, что это применительно к КЧР ситуация уникальная, - но в небольшом регионе он особенно ощутим. Какая работа планируется для подготовки кадров?

Б.Э.: Я думаю, что без серьезных государственных решений на этот счет, на уровне субъекта эту проблему решить невозможно.

Г.Ш.: А университет - это решение вопроса?

Б.Э.: Вы имеете в виду федеральные версии?

Г.Ш.: Да.

Б.Э.: Я не очень себе пока представляю контуры этого университета.

В нашей республике два таких серьезных вуза: это КЧГУ и Карачаево-Черкесская технологическая академия в Черкесске. Хотел бы сказать, что технологическая академия как-то вот так сложилась: начинали готовить от инженера-транспортника (я имею в виду автомобили, прежде всего) и кончая юристами, медиками. Ну, и с этой точки зрения, представьте себе, какие это юристы. О медицине, либо, скажем, о специалистах, которых готовят для агропромышленного комплекса, я не говорю.

Г.Ш.: Низкое качество?

Б.Э.: Я хотел сказать о том, что мы ликвидировали юридический факультет технологической академии. Мы создали Северо-Кавказский юридический институт, как филиал родной для меня Саратовской государственной академии права, - поверьте, выдающего высшего учебного заведения юридического профиля. И, с этой точки зрения, мы обратили внимание еще на одно обстоятельство: преодоление "местечковости" нашего образования. Я очень хочу, чтобы наши вузы стали теми вузами, которые притягательны для молодежи, для выпускников средних школ, живущих не только здесь, в КЧР, но и в других регионах нашей страны. И такую задачу я ставлю перед руководством соответствующих высших учебных заведений.

Так вот, в отношении университета и технологической академии. Уровень этой работы - ну, я думаю, ее только начали - на мой личный взгляд, не очень высок. Что касается Северо-Кавказского юридического института, там установили некие квоты. Дагестан, Ингушетия, Ставрополье - если будут ребята идти, то Бога ради, уже и так кое-кто есть, и они поступают к нам. Калмыкия, Абхазия, Южная Осетия. Преодоление "местечковости" высшего образования в нашей республике с тем, чтобы за этими дипломами был бы хороший профессионализм. И вот с этой точки зрения, я думаю, что нам придется работать и с университетом, и с технологической академией.

Г.Ш.: Вопрос о конкуренции. Мне приходилось слышать и за пределами Черкесска, в учебных заведениях очень настороженное отношение: вот будет общий Северо-Кавказский вуз, кадры будут уходить туда, наиболее перспективные студенты будут стремиться поступить туда, лучшая профессура уедет туда и обеднеет уровень наш, республиканский, ведь не будут возвращаться специалисты.


Б.Э.: Григорий Сергеевич! Вы знаете, я думаю, все эти опасения продиктованы, прежде всего, страхом понизить интеллектуальный уровень соответствующих субъектов – с одной стороны, с другой стороны – потерять своего рода "визитную карточку" любой республики, да и многих-многих субъектов. Я имею в виду "визитную карточку" в виде государственного университета. И в КЧР подобные опасения мне также приходилось слышать и от профессуры, и от общественности. Но я пока себе не очень представляю контуры этого федерального университета. Более того, я хочу сказать, что любое высшее учебное заведение, конечно, это школа.

Г.Ш.: Школа?

Б.Э.: Школа. Так вот, я вспоминаю 1990-е и, царство ему небесное, своего покойного ректора Виталия Васильевича Борисова. Человека, который ушел из жизни, я бесконечно уважал и очень высоко ценил. Я работал в Конституционном суде, и, само собой, часто приезжал в Саратов, в родную академию, председателем Государственной аттестационной комиссии, на защиту диссертации и т.д. и т.п. И я ему говорил: "Виталий Васильевич, ну, Господь с Вами, все в запустении", имея в виду физическое запустение самого здания этого корпуса, этих лекционных залов и аудиторий. На что Виталий Васильевич мне отвечал: "Молодой человек (дома он обращался ко мне на "ты" и по имени, а "молодой человек" для нас это была высокая честь, поверьте), если мне удастся сохранить коллектив и атмосферу академии, то мы и в шалаше будем высшим учебным заведением, серьезным, глубоким. Если у меня не получится и людей сохранить, и вот эту атмосферу научного поиска не потерять, то тогда и в белом мраморном дворце мы вузом не будем". Ну, я был, во-первых, устыжен Виталием Васильевичем, и, само собой, понимаете, он был глубоко прав.

И, с этой точки зрения, у меня нет страха перед федеральным университетом, я просто пока не очень представляю себе его контуры для того, чтобы высказываться более определенно на этот счет.

Общественный совет при Хлопонине

Г.Ш.: Вот другая инициатива, связанная с Александром Хлопониным, - Общественный совет. Эта идея была озвучена. Кто-то уже порекомендован от республики в этот совет?

Б.Э.: Соответствующие предложения нами были сделаны, и, с этой точки зрения, все остальное уже зависит не от нас.

Г.Ш.: Предпочитаете никого не называть?

Б.Э.: Нет, не буду. Не буду называть, дабы не порождать какого бы то ни было ажиотажа, - но, поверьте, это люди очень достойные и очень уважаемые.

Г.Ш.: Вы думаете, Совет может оказывать воздействие какое-то на ситуацию в республике - или он, наоборот, будет оказывать воздействие на выбор неких стратегических направлений?

Б.Э.: Я полагаю, что эта функция Совета будет более широкой. Обратите внимание, Александр Геннадиевич Хлопонин - един в двух лицах: с одной стороны - власть исполнительная и вице-премьер, а с другой стороны, одновременно это президентская вертикаль. Я думаю, что именно его полномочиями и масштабами его ответственности будут определяться и функции Общественного совета. И я думаю, что Совет, - а это люди, поверьте, очень достойные, обладающие очень большим опытом, большим багажом знаний, люди обремененные, если хотите, жизненным опытом, видевшие и знающие, - я думаю, они многие вещи могут подсказать и в сфере собственно экономического развития, и в деле мира и согласия. И здесь, в нашей республике, на Кавказе - это самое главное.

Г.Ш.: Это связано как-то с теми, обсуждавшимися у Дмитрия Медведева предложениями по Совету старейшин?

Б.Э.: В том числе, да. Другое дело, что я не стал бы преувеличивать роль и значение традиций. Когда мне говорят об особом лекале для Кавказа, я неизменно говорю: "Простите великодушно, о чем вы ведете речь в условиях единства и целостности государства?!" И, с этой точки зрения, – единое юридическое, социально–экономическое, политическое и нравственное лекало. Другое дело, что мы с Вами разной комплекции, поэтому пиджачок надо подогнать на Вас, на меня. Здесь можно говорить об особенностях каждого региона: особом лекале для Поволжья, Сибири, севера или юга России, в частности и в особенности. Но я бы предпочел говорить о едином общероссийском лекале и учете в его рамках особенностей каждого региона. Обратите внимание: в нашей республике не говорят "вместе с Россией". Вместе – значит попутчики России. Мы - Россия, а это уже совсем другая песня, и подход другой. В КЧР даже во времена самого сильного обострения межнациональных отношений не говорили: "Мы – Карачаево-Черкесия и Россия". Этого не было, и я этим очень горжусь. Я думаю, что на уровне подкорки есть понимание и знание того, что с нас начинается Россия. Мы являемся форпостом нашего общего дома, нашего единого государства здесь, на юге.

Развитие национальных культур и проблемы малых этносов

Б.Э.: Коренные интересы народов нашей республики совпадают. Часто говорят: мы обречены жить на одной земле. Так вот, мне не нравится слово "обречены" – так определено Всевышним. Всю жизнь, всю историю эти народы жили на этой земле: делили хлеб-соль, делили крышу над головой. И я думаю, что то же самое должно быть и сегодня, и завтра. В этом я абсолютно убежден.

Другое дело, что возникают некоторые проблемы – проблемы этнонационального развития. Мы разработали концепцию развития народов нашей республики. Эта концепция сейчас обсуждается. Надеюсь, что парламент ее поддержит. Помимо этой концепции: в течение последних двух десятилетий в нашей республике не издавались учебники на родных языках вот этих самых ребятишек, которые первого сентября пойдут в школу. Дети учились по бесконечно устаревшим учебникам, изданным еще в 1980-е годы. Нынешнее поколение не знает что такое "КПСС", "комсомолец", "октябренок". А их так продолжали учить, потому что ничего другого не было. Проблема? Да. Можно ли разрешить ее в одночасье? Разумеется, нет. Поэтому понадобилось привлечь научные силы, людей, которые хорошо знают, что такое написание учебников на родных языках для учащихся начальной и средней школы. При этом речь не идет об учебниках по русскому или математике, об учебниках, универсальных для всей нашей страны.

Мы нашли на это деньги. По секрету могу сказать – три миллиона. Не хотел говорить - люди будут высмеивать: "Нищета-то какая! Три миллиона еле-еле добыли". Очень надеюсь, что к началу этого учебного года, учебники будут готовы. Учебники на родных языках нашей республики: карачаевском, черкесском, абазинском и ногайском. Ибо я глубочайшим образом убежден, что любой язык нашей республики – это великая ценность. А русским языком - я надеюсь, Вы обратили на это внимание - в Карачаево-Черкесии хорошо владеют все. Это язык, на котором мы работаем, общаемся, учимся. Что касается национальных языков, то, в силу невнимания к ним, вопреки федеральному и местному законодательству, включая Конституцию республики - они стали средством бытового общения. Поддержка этих языков – значимая проблема. Эта проблема ставилась и нашими национальными движениями, и такая постановка вопроса нашла отклик в этом самом здании.

Г.Ш.: К вопросу о национальных языках и развитии национальной культуры: 29 июня по Вашему поручению была создана рабочая группа по программе социально-экономического развития абазинского народа.

Б.Э.: Совершенно верно. Согласно федеральному закону, абазинский народ, согласно перечню, входит в число малочисленных народов.

Г.Ш.: Что возможно сделать для них в первую очередь, зная, что это особый район? Народ разбросан по республике, не объединен...

Б.Э.: Нет-нет, Григорий Сергеевич. Я бы хотел Вам сказать, что все наши районы для меня лично – особые. Абазинский и Ногайский район де-юре существуют, а де-факто их нет. Поскольку я говорю о социальном обустройстве республики, я говорю о необходимости обустройства именно этих районов.

Г.Ш.: Нужно, чтобы в районе была нормально действующая больница, РОВД...

Б.Э.: Давайте начнем с нормальной администрации, с нормальных образовательных учреждений. Районная поликлиника, районная больница и другие соответствующие структуры. Это вовсе не означает, что в каждом должен быть райотдел милиции, налоговая инспекция - но сама организация и деятельность различных органов власти должна быть максимально удобной для населения.

Абазины - малый народ. Были старейшины, были активисты, были лидеры общественного мнения. Эти люди говорили: "Борис Сафарович, есть закон, мы - малочисленный народ. Мы не хотим для себя ничего лишнего, чего бы не имели все остальные. Давайте мы сформулируем программу, которая будет полезна для всех".

Когда говорят "малочисленный абазинский народ" – это правильно. Но в районе также проживают и русские, и карачаевцы, и черкесы, и ногайцы, и татары, и все, кто угодно. Эта программа должна способствовать обустройству Абазинского района, не предусматривая какую-то селекцию. Республиканская программа будет касаться абсолютно всех жителей, живущих на территории Абазинского района.

Г.Ш.: А по Ногайскому району такой рабочей группы, или комиссии не будет?

Б.Э.: Что касается Ногайского района – проблемы здесь не менее серьезные: начиная от размещения администрации до создания нормальных условий для людей, которые оказываются в больнице или в поликлинике.

Черкесский вопрос

Г.Ш.: Не могу не спросить Вас о внутренней политике. Одной из таких раздутых медийных тем был "черкесский вопрос", создание единой Черкесии. С одной стороны, большое уважение вызывает то, что люди здесь могут выражать свое мнение, - мнение, противоположное позиции властей по многим вопросам, - публично собираться, проводить съезды, митинги. Их не разгоняют с помощью дубинок и водометов. С другой стороны, Вы четко озвучили свою позицию по данному вопросу. И Хлопонин говорил в апреле, что ни федеральное правительство, ни крупные банки, ни корпорации, работающие на территории республики, ничего не будут делать, пока не будет решен вопрос политической стабильности. Рассматриваете ли Вы проведение съездов как нечто, делающееся в пику такой стабильности? Или, наоборот, проведение публичных мероприятий как-то сглаживает конфликт? Мы помним резолюции предыдущего съезда, какие там были призывы, и резолюции нынешние. Динамика есть, мне кажется, стало меньше радикализации. Может, я заблуждаюсь?

Б.Э.: Я хотел бы Вам заметить, что эти съезды проводились в 1994 и 1995 годах, в 2008 году и, наконец, в 2010 году. Постановка вопроса лидерами некоторых национальных движений (а не нации и народа - я не отождествляю эти понятия): "Давайте создадим единый субъект, объединяющий тот или иной этнос". Подобные призывы повторятся рефреном. В начале 1990-х годов в нашей республике был проведен всенародный референдум, и абсолютное большинство населения - поверьте, это был интернационал - высказались за сохранение единства и целостности нашей республики.

Я считаю этот вопрос решенным. С одной стороны, психологически для населения, с другой стороны – нам необходимо учитывать фундаментальные принципы конституционного строя России. Мы очень любим говорить о цивилизации - так вот, цивилизация развивается в рамках конституционного порядка. И, с этой точки зрения, пересмотр наших внутрифедеративных границ, включающих границы субъектов, - вещь в принципе невозможная. Соответствующие механизмы на этот счет имеются. Кто является инициатором, каким образом это делается?

Г.Ш.: Вы имеете в виду Совет Федерации?

Б.Э.: Конечно. Конституция резюмирует и гарантирует единство и целостность Российской Федерации, единство и целостность субъектов РФ как частей единого государства.

Что касается соблюдения элементарных демократических принципов – на том стояли, стоим и стоять будем. Я говорил о том, что сто молодых людей нашей республики были направлены в Абхазию, великолепно провели там время, общались с президентом Республики Абхазия. Во главе этой делегации ездил руководитель национального движения абазинского народа "Абаза" Мусса Арабиевич Такушинов. Так вот он выступил на этом съезде и заявил: "Мы – за единство и целостность Карачаево-Черкесии". Он был жесточайшим образом избит в Абхазии: ему проломили голову, сломали ребра. При этом пустили подлый слушок: мол, денег кому-то задолжал и не отдал. Ложь! Делайте выводы: почему и каким образом? Я думаю, что тоска по законности и правопорядку должна удовлетворяться.

Г.Ш.: Реальные причины его избиения каковы?

Б.Э.: Мусса Арабиевич все еще находится в Абхазии, по моему поручению туда ездили, чтобы узнать о его состоянии здоровья и помочь сохранить человека. Чисто гуманистические соображения, если такой момент во власти еще существует. Эта поездка была полезна с информационной точки зрения. Об этом зверском избиении было немедленно доложено Сергею Васильевичу Багапшу, и он принял все необходимые меры, чтобы пострадавшему была оказана должная медицинская помощь.

Г.Ш.: Виновные найдены? Причины избиения установлены?

Б.Э.: Я задавал этот вопрос Сергею Васильевичу. Проводится самое тщательное расследование. Я очень надеюсь, что виновные будут установлены. Я вовсе не думаю, что причиной этого избиения была бытовщина, на что кое-кто хотел бы перевести стрелки.

Правоохранительная система и безопасность: ответственность сильных

Г.Ш.: Ну, вот мы коснулись этого печального вопроса, связанного с избиениями, убийствами. Вы уже упомянули, что одно дело - по Акбаеву - передано в суд. Вы очень жестко и быстро отреагировали на убийство Фраля Шебзухова в мае этого года.

Б.Э.: А Вы помните эти тонкие намеки: а не Эбзеев ли является организатором этого убийства?

Г.Ш.: Я помню намеки насчет Арашукова, 13 как более заинтересованного лица.

Б.Э.: Нет, нет, я имею в виду эти публикации в Интернете.

Г.Ш.: Но Вы поддерживали черкесскую кандидатуру...

Б.Э.: Кстати, хорошо проплаченные статейки. Совершенно гнусные статьи, но, как Вы заметили, я не предпринимаю каких-либо мер на этот счет. Тратить драгоценное время жизни на то, чтобы разобраться: кто это сочинил, кто это оплатил, разместил в сети – нет желания.

Г.Ш.: Что с расследованием этого из ряда вон выходящего убийства?

Б.Э.: Расследование ведется, и я очень надеюсь, что виновные будут выявлены, и не только непосредственные убийцы, но и заказчики - те, кто стоит за ними. Более того, я немедленно обратился к руководителям федеральных силовых структур, я докладывал об этом Президенту РФ, и абсолютно неслучайно президент Медведев указал на то, что многие резонансные убийства остаются нераскрытыми. Его кадровые решения в системе органов МВД во многом, полагаю, обусловлены именно этим. И, с этой точки зрения, до тех пор, пока виновники резонансных преступлений не будут преданы суду, общество до конца не поверит в то, что наступили реальные перемены.

Г.Ш.: За кем здесь первое слово? С 12 мая прошло довольно много времени.

Б.Э.: Да, прошло много времени. Конечно, за органами правопорядка. Хочу Вам сказать, что в той мере, в которой я уполномочен действующим законодательством, я держу расследование этих преступлений на контроле. Могу это сказать твердо.

Г.Ш.: Вы думаете, мы в ближайшее время услышим какие-то новости?

Б.Э.: Я не могу сейчас называть сроки. Но в той мере, в которой от меня это зависит, я буду принимать меры, в том числе - путем обращения к руководителям федеральных служб и органов правоохраны.

Хочу обратить Ваше внимание на одно обстоятельство: в нашей республике нет противостояния милиции и общества. И я вижу одну из своих задач в том, чтобы этого противостояния не допустить. Мы - небольшая республика, мы все знаем друг друга. И мы знаем о том, что это наши братья и сестры, дети и внуки, переодетые в милицейские мундиры, стоят на страже нашей жизни, нашего здоровья, наших прав и свобод. С одной стороны – понимание и поддержка общества, с другой стороны – активизация деятельности органов правоохраны.

Я говорил работникам ГИБДД: "Дорогие друзья, есть среди вас отдельные люди, которые выступают своими инспекторами для того или иного автовладельца". Я много езжу по республике, общаюсь с людьми. И далеко не всегда на этой заметной служебной машине. Сидишь сзади, дав инструкцию: остановили, затребовали права - все показывают. Так вот, я им говорил: "Вы имейте в виду: едет пьяный за рулем. Вы оказались добрячком, отпустили его – у него жена дети, родители. Ваша доброта оборачивается смертью этого молодого человека".

Если мы хотим наведения порядка, то мы должны переломить психологию. Да, нарушать правила дорожного движения – это плохо. Кстати, в 2009 году в результате ДТП мы потеряли на дорогах 140 человек – ужасающая цифра. 140 человек в течение одного года для такой маленькой республики – это неслыханная цифра! Недопустимая цифра! Сегодня министр внутренних дел нашей республики Ахмедханов проводил развод милицейских нарядов. Они маршировали, говорились соответствующие слова.

Г.Ш.: Какие-то меры будут предприниматься?

Б.Э.: Конечно. Активизация деятельности соответствующих структур, техническое обеспечение. Сейчас мы активно обсуждаем программу "Безопасный город". В силу ограниченности бюджетных средств мы сами не сможем ее реализовать. Речь идет об освещении всех наших дорог.

И, конечно, проблема воспитания и психологии. Я дал поручение, начиная с сентября, школам, социальным учреждениям выводить детей и учителей на учения. Ребятишкам это будет очень интересно. В жизни все может произойти. Мы должны защитить детей от трагедии, даже если случатся форс-мажорные обстоятельства. Возьмите пожар в клубе "Хромая лошадь" в Перми. Несчастье с детьми в Туапсе. Мы должны это учитывать. Пожары, слава Богу, пошли на убыль, но мы должны это все учитывать.

Г.Ш.: В СМИ писали, что вырубался лес в приграничных пунктах КЧР.

Б.Э.: И не только это. Мне пришлось проехать, посмотреть, каким образом опаханы эти леса. Слава Богу, это на муниципальном уровне делалось и делается. Там забыли, здесь пахота заросла – надо этим заниматься. Ветви разрослись, падают на провода – случается замыкание. В условиях этой жары могут вспыхнуть пожары. Необходимо предпринять все меры для предотвращения в республике подобной ситуации.

Г.Ш.: Пока Вам это удалось. За время нашего разговора, впервые за несколько месяцев пошел сильный дождь.

Б.Э.: Григорий Сергеевич, что касается лично меня, то, услышав гром, я подумал в первую очередь не о лесах, а о сахарной свекле.

Судебная система: бой торговле справедливостью

Г.Ш.: Не могу не вернуться к резонансным убийствам. Вы упомянули вопрос освещения дорог. Я был вчера на месте трагической гибели Бэлы Ксаловой. С одной стороны – "зебра"-переход, с другой стороны – еще одна "зебра". Между ними – большая освещенная бензоколонка. Вопрос вот какой: Вы говорили о 140 погибших в ДТП. В ходе поездки по республике я слышал, что в Абазинском районе погиб очередной мальчик. Есть контроль за тем, чтобы люди, по своей преступной халатности оборвавшие человеческую жизнь, получали в рамках судебного расследования адекватное наказание? Не могу не вспомнить недавнее, очень опасное, событие в Ингушетии: сотрудник внутренних дел, который был признан судом виновным в том, что он по случайности убил оппозиционера 14, получил условный срок. И вот буквально на днях он был застрелен в Ингушетии. Здесь явно задействован механизм кровной мести. И мы видим, насколько важно, чтобы судебные органы не принимали под давлением решений об условных сроках за убийство, потому что институт кровной мести никто не отменял. Существует ли контроль - Ваш лично, нового министра - в случае резонансных дел?

Б.Э.: Хочу Вам сказать, что едва ли можно говорить о контроле органов внутренних дел или органов исполнительной, законодательной власти за деятельностью судебной власти. Думаю, что это неправильный подход. Я с большим уважением отношусь к любому решению суда, имея в виду при этом, что в подобных решениях есть многоступенчатая проверка этих судебных решений. И, с этой точки зрения, лично я убежден: самосуд – это не выход. Есть законные механизмы, и эти механизмы необходимо задействовать. С приходом на должность председателя нашего Верховного суда Андрея Павловича Давыдова в республике стало неизмеримо меньше разговоров о торговле справедливостью. Я думаю, что это показатель, некое свидетельство несколько возросшего уровня доверия к судебной власти. И это – очень здорово. Данное доверие необходимо утверждать, и, разумеется, главным условием этого доверия является деятельность самой судебной власти. С моей точки зрения, как гражданина, меня не все судебные решения удовлетворяют. Но то, что судебная власть нашей республики действует, в целом, совершенно адекватно, причем в рамках действующего закона, для меня это несомненно.

Г.Ш.: Сейчас Верховный суд КЧР обращает особое внимание на качество работы судей, и некоторые из них могут быть...

Б.Э.: А почему "могут быть"? Некоторые уже. Я боюсь точно сказать, но, по-моему, порядка 20 человек уволены за последние два года.

Г.Ш.: Именно. С одной стороны, речь шла о профессиональной компетентности уволенных, а с другой стороны, были люди (депутаты Парламента, - прим. ред.), которые увидели в увольнениях национальную подоплеку.

Б.Э.: Вы имеете в виду увольнение по этнонациональному признаку? Да Господь с Вами! Национальное возбуждение возникает именно тогда, когда распределяются те или иные должности. Далеко не всегда активизация этнонационального фактора имеет под собой реальную подоплеку. Нередко это связано с корыстными интересами отдельных людей.

В КЧР, согласно сведениям Федеральной налоговой службы, около миллиарда - хотя знающие люди говорят о цифре в полтора миллиарда - рублей необоснованно возвращенного НДС. 15 Хорошая сумма? Думаю, да. Кое-что можно выделить из нее и на содержание наемных журналистов, пишущей братии, и профессиональных защитников прав обездоленных и нуждающихся в защите. Как Вы понимаете, многие слова здесь можно взять в кавычки.

Г.Ш.: Вы писали в одной из своих книг 16 об ответственности граждан, а не только государства. Как Вы видите ответственность граждан России, жителей КЧР, по отношению к тому, что происходит в республике? Здесь же очень много измерений, начиная от мусора. Конечно можно проводить субботники, и они проводятся в Карачаево-Черкесии, но если продолжать мусорить, никакие субботники не помогут. В Чечне субботники продолжаются уже не первый месяц, люди уже стонут, но проблема не уходит.

Б.Э.: Совершенно согласен с Вами. В течение двух последних лет мы в республике и субботники проводим, и месячники. Теперь нередко можно увидеть людей, которые убирают этот самый мусор вдоль дорог. Я бы хотел обратить Ваше внимание на одно обстоятельство – ответственность. Само слово мы традиционно воспринимаем как кару. А я думаю, что это - ответственность за эту землю, за эту республику, за людей, которые здесь живут. Если хотите – эти некий моральный постулат. Если хотите – конституционно-правовой. Так вот, для меня ответственность – это, прежде всего, любовь моих сограждан к своей собственной земле, и понимание того, что в огромной мере от нашего поведения, от нашего отношения зависит то, будет ли Карачаево-Черкесия и дальше оставаться зоной согласия и политической стабильности. Не митинги и собрания либо резкие публикации в отношении того или иного представителя власти подрывают политическую стабильность. Ее подрывают другие факторы. От нашего поведения в огромной мере зависят покой и благополучие нашей республики.

Сепаратизм и экстремизм: подходы к инакомыслию

Б.Э.: У меня есть информация, что некие злые силы пытаются проникнуть в нашу республику, и иногда им это удается.

Г.Ш.: Вы говорите про исламский радикализм, сепаратизм?

Б.Э.: Я имею в виду и радикализм, и экстремизм, и некоторые проявления национал-сепаратизма в сознании и психологии отдельных людей. Вместе с тем, я думаю, что есть понимание общества в целом. Я очень верю в это и надеюсь на это.

Г.Ш.: Как общество могло бы влиять на ситуацию в республике?

Б.Э.: Что такое гражданское общество? Вы можете мне объяснить?

Г.Ш.: Это общество активных граждан.

Б.Э.: Хорошо, поехал я на Домбай общаться с ребятами, которые принимали участие в лагере православной и мусульманской молодежи. И что Вы думаете? Я обнаружил там брошюрки ЮСЕА. Что такое ЮСЕА, я думаю, Вы хорошо знаете?

Г.Ш.: Нет, раскройте, пожалуйста.

Б.Э.: Это зарубежная организация, отнюдь не пылающая любовью ни к России в целом, ни к Карачаево-Черкесии в частности. Американская организация. Я не сторонник "теории заговора". Но то, что эта работа проводится, – для меня это несомненно. Как несомненно и то, что антироссийские силы за пределами нашей страны и некоторые силы внутри нее объединились в борьбе против России и ее устоев. Это – не политическая шизофрения, упаси Бог! Это – социологический факт. Я лично в этом убедился, когда знакомился с этой брошюрой: ребят держат под прицелом и пытаются использовать всякую возможность на этот счет. Нужно проявлять бдительность. Бдительность к этим сладкоголосым сиренам, по отношению к людям, которые пытаются утвердить в нашем сознании психологию вседозволенности.

Г.Ш.: Я не могу не спросить про проект "Мир Кавказу", который инициировал Максим Шевченко. Вы принимали в нем участие. В рамках серии дискуссий, на которых я был, я общался с Хасаном Батдаловичем Саркитовым 17 и был удивлен его спокойной позицией, тем, как он выслушивал острую критику, например по черкесской тематике в Хабезском районе. В том числе выступал и Аслан Жуков, который позже был убит. С тех пор был убит и Фраль Шебзухов. Такого типа убийства вызывают особое отношение. Я помню реакцию Хасана Батдаловича на выступление Аслана Жукова. Несмотря на то, что Жуковым было сказано много очень критичного, было видно, что его слушают представители власти. На мой взгляд, он воспринимался как адекватно критикующий, конструктивно критикующий. Теперь это конструктивно критикующее звено станет менее активным. Кто может быть заинтересован в таком убийстве?

Б.Э.: Григорий Сергеевич, немедленно после убийства Аслана Жукова (у него, кстати, остались малые дети) ему попытались придать политическую окраску. Попытка политизировать это преступление через поиск этнонациональных следов быстро ушла.

Г.Ш.: Ну, что же его из-за мойки убили? Он же не владел крупным бизнесом.

Б.Э.: Не задавайте мне этих вопросов. Я очень надеюсь, что уполномоченные органы сами дадут ответы на них. Работа ведется, не останавливается, поверьте мне. Более того, действующий министр внутренних дел серьезно активизировал эту работу по всем направлениям.

При этом я хочу Вам сказать, что зверское убийство Фраля Зулкорнеевича Шебзухова для меня, несомненно, имеет исключительно политическую подоплеку. Когда я в этом уверен, я об этом говорю прямо и определенно. Я не знаю, кто был исполнителем этого убийства, но то, что оно имело политическую подоплеку, – в этом я уверен на 100%.

Г.Ш.: Хлопонин говорит по поводу председателя правительства: "Это должен быть представитель черкесской национальности".

Б.Э.: Не будем об этом говорить. Пусть земля будет пухом Фралю Зулкорнеевичу. Я очень надеюсь, что злодеи будут обнаружены и преданы суду.

Г.Ш.: А была какая-то сложность при его назначении? Речь шла о том, что он должен был быть назначен на должность до 1 мая, но этого не случилось и к 12 мая.

Б.Э.: Сложностей не было – были организационно-технические вопросы. Фраль Зулкорнеевич пользовался высоким уважением, и высоким авторитетом не только в этом здании, включая Народное собрание, но и в целом по республике. Когда мы провожали его в последний путь, с ним прощалась вся республика. Вот это я знаю твердо, это я наблюдал воочию.

Блиц-вопросы

Г.Ш.: Спасибо, что уделили мне столько внимания. В завершение хотел бы задать несколько коротких вопросов: Вас устраивает состояние СМИ, освещение того, что происходит в республике? Вы хотели бы большей прозрачности, большего участия журналистов в жизни общества?

Б.Э.: Григорий Сергеевич, устраивает.

Г.Ш.: А межнациональные отношения в республике? Это не только вопрос проведения черкесских съездов, а, кроме них, в ближайшее время могут быть проведены съезды абазинского, русского народов. С другой стоны – эта история с "замковым камнем Карачая", который был осквернен, если я правильно понимаю. Ситуация сейчас какая: нестабильная? Стабильная?

Б.Э.: Я думаю, что ситуация совершенно адекватна современному этапу, переживаемому Карачаево-Черкесией и Кавказом в целом. Я бы не хотел смешивать воедино разнопорядковые вещи. Вы почему-то говорите о "замковом камне Карачая". Ни у одного человека не было ни малейших подозрений касательно другого, этнического, следа этого злодеяния.

Г.Ш.: То есть – это чистое хулиганство?

Б.Э.: Либо хулиганство, либо радикально-религиозный след.

Г.Ш.: А радикально-религиозная ситуация в республике сейчас какая? Недавняя стрельба по милиционерам...

Б.Э.: В Карачаево-Черкесии это развито гораздо в меньшей степени, чем в других местах.

Г.Ш.: У Ваших соседей, как некоторые говорят, идет гражданская война.

Б.Э.: Съездите на Архыз, в палаточный городок, - там дети из самых различных регионов нашей страны. Съездите в Хурзук и на Домбай. Практически, сейчас Карачаево-Черкесия усеяна лагерями. И вот, с этой точки зрения, я хочу задать Вам вопрос: если это рискованно, если это опасно для жизни и здоровья, Вы поедете?

Г.Ш.: Не поеду, хотя сколько людей было в Абхазии в 2009 году, во время визита Путина, когда там происходили взрывы?

Б.Э.: Представители нашей молодежи тоже там были. У нас психология такая: к нам приехали гости, их обижать нельзя, их надо защищать. Те, кто к нам приезжают, хорошо это сознают и понимают, и они находятся под защитой нашего населения. Часто говорят о существовании в республике бандподполья и большого количества оружия. Говорить о развитой сети бандподполья я бы не стал.

Г.Ш.: Владимир Устинов говорил в декабре 2009 года о возросшей угрозе терроризма на Северном Кавказе и особо отметил, я процитирую: "Масла в огонь подливают различные национальные деятели, которые требуют создать новый субъект Российской Федерации, объединяющий адыгейцев, черкесов, и так далее".

Б.Э.: Я хотел бы сказать, что некоторые национальные деятели, о которых говорил уважаемый мною Владимир Васильевич Устинов, скорее обуреваемы личной корыстью, чем национальными интересами. Необходимо различать национального деятеля, искренне болеющего душой и сердцем за свой народ, и якобы национального деятеля, который болеет за свой собственный карман.

Г.Ш.: Вы ждете каких-то серьезных перемен в республике в этом году, осенью? Вы устранили аппарат правительства КЧР, может быть, Вы планируете административную реформу, может быть, у Вас какие-то личные планы?

Б.Э.: Я пришел к выводу о существовании двух аппаратов, что параллелизм в работе – помеха. Целый ряд структур администрации одновременно и президента, и правительства КЧР. Что я намерен сделать? Дальнейшую оптимизацию самой организации аппарата публичной власти.

Г.Ш.: Электронное правительство?

Б.Э.: В той мере, в какой мы в состоянии это делать, мы этим занимаемся. Но я имею в виду сокращение аппарата. Работа уже началась, она не всем нравится, но я буду ее проводить. Потому, что это нужно делать.

Кроме того, проводится оптимизация бюджетных расходов. Для того чтобы ни у кого не было никаких неясностей либо подозрений на этот счет, я потребовал начать оптимизацию с урезания расходов на содержание высшего должностного лица и аппарата его администрации.

Г.Ш.: Мы видели Вашу декларацию...

Б.Э.: Эта декларация гораздо слабее, чем в прошлом году. Я надеюсь, что в будущем году я все-таки подам более приличную декларацию. Мои сотрудники говорили: "Борис Сафарович, ну, не поверят ведь". Ну, не поверят. С первого дня своего пребывания здесь я установил правило: я подарков не беру. Когда эти подарки, тем не менее, поступают, я все их сдаю. Все подарки немедленно записываются и сдаются. Я не имею привычки их даже разворачивать. А вот в отношении книг – грешен. Такая слабость есть. Вот подарок, видите? "Крокодил и два мышонка". Общероссийская премия ассоциации юристов России, очень высокая награда – "Ника". Обратите внимание на ту даму с весами - это моя родная Саратовская Академия права.

Г.Ш.: А Ваши подчиненные следуют Вашему правилу?

Б.Э.: Надеюсь, что да.

Г.Ш.: Вы рассказали про эту группу в Минфине. Вы думаете, мы услышим о каких-то публичных разбирательствах и уголовных делах?

Б.Э.: Возбуждены уголовные дела, активизировалась работа органов правоохраны, работа антикоррупционной направленности. Уголовные дела возбуждаются исправно, и я надеюсь на то, что они в гораздо большем объеме будут доводиться до суда. Я никаким образом ни перед собой, ни перед республикой не ставлю задачу: "а давайте сокроем этих коррупционеров от общества".

И с этим ЕГЭ. Я принял некоторые кадровые решения: люди, которые не оказались на высоте той ответственности, которая была на них возложена, в будущем году не должны привлекаться к этой работе.

Г.Ш.: На прошлой встрече я спрашивал про мечеть, и Вы упомянули, что вопрос о строительстве мечети в центре города решен.

Б.Э.: Ведутся переговоры с владельцами этой земли. К сожалению, в городе свободных земель, к моему вящему удивлению, нет. По результатам этих переговоров я обещаю публично выступить и назвать конкретные имена - имена тех людей, которые пошли навстречу, и тех людей, которые идти навстречу отказались.

Г.Ш.: Это произойдет в следующем году?

Б.Э.: Я надеюсь, что в этом, осенью этого года. Я думаю, что прозрачность – лучшая гарантия от коррупции и от бесчестия.

12 августа 2010 года

Примечания:

  1. От латинского "ratio" — "пропорция", "разум". Используется в качестве синонима понятий "интеллект", "разумность", "рациональность". (Здесь и далее - прим. ред. "Кавказского узла")
  2. Традиционная единица измерения расстояния в дореволюционной России. Составляет ок 1067 м.
  3. Серия изданий по "Золотому кольцу" Армении, Абхазии, Дагестану, Верхней Сванетии, "В стране вайнахов" (1969, Маркович В.И.)
  4. В данном случае под "бугелем" имеется в виду т.н. "бугельный подъёмник" — устройство для буксирования горнолыжников вверх-вниз по склону гору. Представляет собой бетонные опоры, через которые протянут закольцованный трос с креплениями или сиденьями, приводимый в движение при помощи электропривода.
  5. От англ. "hub", - "ступица колеса". Объединяющий элемент устройства, сети. В транспорте - узловой пересадочный пункт.
  6. 5-6 июля 2010 года в городах Нальчик (КБР) и Кисловодск (Ставропольский край) прошла межрегиональная конференция региональных отделений партии "Единая Россия" на тему "Стратегия социально-экономического развития Северного Кавказа до 2020 года. Программа на 2010-2012 годы". В работе конференции приняли участие более 300 делегатов и гостей из всех субъектов СКФО. В их числе премьер-министр России В.Путин, представители федеральных и региональных органов власти, представители общественных организаций. В ходе заседаний в пяти секциях экспертные группы рассматривали проекты социального и экономического развития округа. Путем sms-голосования было отобрано 15 проектов (из представленных 78-ми), которые и признаны приоритетными.
  7. Араб. "иншааллах" - "если на то будет воля Аллаха".
  8. Имеется в виду библейская притча о жертвоприношении Авраама (Ибрагима).
  9. "Нетель" или "нетеля" — молодая, ни разу не телившаяся корова.
  10. Одна их пород светлого аквитанского скота. Появилась на западе Центрального района Франции. Отличается неприхотливостью, крепким строением тела и хорошим здоровьем.
  11. От греч. "autarkeia" ("самодостаточность"). В философии - независимость от всех вещей внешнего мира или других людей. В экономике - режим, предполагающий самообеспечение страны и отсутствие торгового обмена с другими государствами.
  12. В республике проводятся ярмарки вакансии под нужды "Олимпстроя".
  13. Рауль Арашуков, глава компании "Ставропольрегионгаз".
  14. Речь идет об убийстве владельца интернет-портала "Ингушетия.Ру" Магомеда Евлоева 31 августа 2008 года.
  15. Налог на добавленную стоимость.
  16. Эбзеев Б.С. Личность и государство в России: взаимная ответственность и конституционные обязанности. — Москва: Норма, 2007. — 383 с. — ISBN 5468001195.
  17. Первый заместитель руководителя администрации президента Карачаево-Черкесской Республики.

Автор: Кавказский Узел

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и Whatsapp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложении Telegram и WhatsApp. Номер для Телеграм и WhatsApp +49 1577 2317856.
Лента новостей
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.

23 мая 2024, 21:26

23 мая 2024, 20:40

23 мая 2024, 19:53

23 мая 2024, 19:00

  • Ликвидирована узбекская община Волгоградской области

    Суд по требованию Минюста ликвидировал узбекскую общину Волгоградской области. Причиной, которую озвучило в своем требовании ведомство, стало непредоставление данных о финансировании, полученном от иностранных организаций и граждан.

23 мая 2024, 18:11

Персоналии

Еще

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей