Сотрудник спецслужб. Фото http://nac.gov.ru/antiterroristicheskie-ucheniya/operativnym-shtabom-v-kaluzhskoy-oblasti-3.html

01 ноября 2018, 07:03

Ученые обсудили методы противостояния радикальному исламу в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии

Насилие на религиозной почве в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии связано с разрушением традиционных иерархий, усилением индивидуализма и урбанизацией, считает автор доклада о религиозно мотивированном насилии Ирина Стародубровская. По ее мнению, власти республик по-разному реагируют на исламизацию, и потому в Кабардино-Балкарии наблюдались радикализация и взрыв насилия, а в Карачаево-Черкесии - умеренные формы противостояния. Черкесские движения КЧР преподносили себя как светские, дистанцировавшись от ислама, считает Константин Казенин. Общество в КБР поддержало жесткие меры против радикалов, отметил Ахмет Ярлыкапов.

В Московском государственном институте международных отношений (МГИМО) 31 октября состоялось заседание регулярного научно-практического семинара «Кавказ в прошлом и настоящем (общество и политика, экономика и культура)», передает присутствовавший на семинаре корреспондент "Кавказского узла".

Организаторами стали Центр проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО и Центр изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института востоковедения Российской академии наук (ИВ РАН).

С докладом по теме «Религиозно мотивированное насилие в КБР и КЧР – как объяснить различия?» выступила руководитель научного направления «Политическая экономия и региональное развитие» Института экономической политики имени Е.Т. Гайдара (Института Гайдара) Ирина Стародубровская.

В Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии разная динамика религиозного насилия

Она отметила, что Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия выбраны как объекты исследования из-за того, что близки друг к другу по многим параметрам социально-экономического характера, однако при этом имеют очень разную динамику насилия, связанного с противостоянием части мусульманского сообщества и государства, то есть так называемым «исламским радикализмом».

Стародубровская отметила, что в республиках респонденты по-разному реагировали на исследование.

«В КБР на контакт с трудом шли. Например, один из имамов согласился встретиться со мной почти в секретных условиях. Когда я приехала, он сказал мне, что узнал, будто бы я работаю на иностранцев, имея в виду, может быть, что о нас говорят «иностранные агенты». В КЧР такого рода вопросов не было», - сказала она в начале своего выступления.

Стародубровская указала на разную динамику потерь в обеих республиках.

«В КБР в целом потерь больше, чем в КЧР, в десять раз. Сначала шло нарастание насилия, затем пик и медленное снижение. В КЧР в основном все ровно, хотя есть отдельные вспышки насилия по годами, но нет спиралевидного роста», - рассказал она.

По данным "Кавказского узла", на протяжении ряда лет уровень насилия в вооруженном конфликте на Северном Кавказе в Кабардино-Балкарии был значительно выше, чем в Карачаево Черкесии. Так, в 2016 году вооруженных инцидентов в республике не было, в 2015 году их также было два (с четырьмя жертвами). В Кабардино-Балкарии же было отмечено в 2016 году семь вооруженных инцидентов, а также один теракт (погибли 14 человек и один ранен). В 2015 году вооруженных инцидентов было 17 (с 47 убитыми и одним раненым). 

Однако последние годы демонстрируют устойчивый тренд на снижение числа вооруженных инцидентов в Кабардино-Балкарии. В 2017 году в республике был зафиксирован один вооруженный инцидент с одной жертвой, в Карачаево-Черкесии произошло два вооруженных инцидента, число жертв составило пять. следует из инфографики "Кавказского узла" "Вооруженные инциденты и жертвы на Северном Кавказе", на которой представлены данные за 2014-2017 годы.

С начала текущего года до августа жертв вооруженного конфликта в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии не было. Информация о вооруженном противостоянии на Северном Кавказе представлена "Кавказским узлом" на специальной тематической странице "Северный Кавказ - статистика жертв".

По ее словам, объяснения показателям насилия на религиозной почве, которые уже давно пытаются дать ученые, в случае с Кабардино-Балкарией и Карачаево-Черкесией не совсем работают.

«Например, указывают на рост радикализма в странах, где есть такой фактор демографии, как преобладание молодежи в обществе - так называемый «молодежный пузырь». Однако в обеих республиках этого явления нет, «молодежный пузырь» небольшой и одинаковый. В сфере экономики — депривация, то есть лишение привычных источников доходов и в КБР, и в КЧР... Некоторые ученые говорят о внешнем влиянии на процессы, хотя я не сторонница такой конспирологии. Но почему в КБР и в КЧР оно по-разному воздействовало на ход событий? И, наконец, суфизм доминирует и не приемлет других течений. Ни в КБР, ни в КЧР нет какого-либо доминирования суфизма», - продолжила она.

По мнению Стародубровской, при рассмотрении религиозно-мотивированного насилия в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии важно учитывать социальный контекст.

«Происходит разрушение традиционных иерархий, усиление индивидуализма, урбанизация и институциональный хаос. Замещение прежнего городского населения сельским происходит в обоих регионах, начиная с 1990-х (годов). Изменился этнический состав существующих городов», - пояснила она.

Стародубровская также отметила разницу в роли городов в республиках.

«Нальчик в два раза больше Черкесска. В Нальчике городские традиции, центр межрегиональных гражданских движений. Например, здесь формировалась Конфедерация горских народов... В КЧР только сейчас стала меняться ситуация. Если ранее села воспринимались как оплот идентичности, то в настоящее время в восприятии молодежи между селом и городом различий не осталось», - говорит она.

Конфедерация горских народов Кавказа - организация, призванная объединить народы Кавказа в связи с начавшимся в конце 80-х годов XX века процессом реинтеграции, связанной с провозглашением республиками Кавказа в составе СССР, а впоследствии автономиями Грузии и России государственного суверенитета. Создана в 1989 году. В 2004 году появилась информация о том, что конфедерация планирует ввести в Абхазию войска для поддержки Рауля Хаджимбы. Руководитель Кабардино-Балкарского правозащитного центра Валерий Хатажуков опроверг эти сведения, и заявил, что "Конфедерация горских народов прекратила свое существование с началом первой чеченской кампании". 

Стародубровская указал также на политический контекст, который определяет различия при проявлении насилия в обеих республиках.

«Конфликт в КБР в 1992 году, арест Мусы Шанибова, подавление беспорядков при попытке отстранить бывшее партийное руководство КБР сформировало «культуру подавления». У власти сложилось впечатление, что все нужно давить в зародыше. В КЧР прежнее советское руководство дожило до 1999 года, и лишь тогда разгорелся конфликт между этническими элитами республики. Это вызвало шок. Но из конфликта вышли, договорившись. Это породило «культуру медиации и поиска компромиссов» в этой республике», - считает она.

После ареста в сентябре 1992 году президента Конфедерации горских народов Кавказа Мусы (Юрия) Шанибова в Нальчике начались волнения, участники которых пытались захватить телецентр. Президент республики Валерий Коков издал указ о введении в городе чрезвычайного положения на 60 дней. 4 октября перед митингующими было зачитано обращение руководства республики, в котором обещалось рассмотреть все их требования, в частности, о досрочных парламентских выборах, обновлении состава Избирательной комиссии и выводе подразделений МВД. После этого участники акции разошлись. Шанибов в октябре 1992 года был отпущен и уехал в Абхазию, пишет gazetayuga.ru.

Стародубровская полагает, что указанные различия повлияли и на отношение к исламским движениям.

«В каждой из республик власти считали насилие в том или ином виде допустимым. К примеру, в КЧР имели место внутриэлитные кровавые разборки... Поэтому в обоих республиках часть мусульман, объединившиеся в джамааты, стали де-факто силовой корпорацией. Часть людей в исламское движение перешли из криминала. Степень радикальности исламских движений в республиках не отличались. Войну в Чечни джамааты считали джихадом», - отметила она.

Вместе с тем, по ее словам, влияние на Кабардино-Балкарию оказала и война в Абхазии.

«Как она влияла? После войны в Абхазии у адыгов с чеченцами, например, было ощущение боевого братства», - указала Стародубровская.

Конфликт в Абхазии вспыхнул после того, как в 1992 году Верховный совет Абхазской СССР, восстановив Конституцию Абхазии 1925 года, провозгласил независимость республики. Госсовет Грузии отменил это постановление и принял решение о вводе в Абхазию сил Национальной гвардии. Конфликт, который завершился в 1993 году (соглашение о прекращении огня и разъединении сил было подписано в мае 1994 года), унес более восьми тысяч жизней, говорится в справке "Война в Абхазии (1992-1993): главные факты" в разделе "Справочник" на "Кавказском узле".

В то же время, в Карачаево-Черкесии исламизация началась раньше антиваххабитской кампании конца 1990-х гг. Более того, по словам Стародубровской, в этой республике были проявления «политического ислама», что являлось, по её убеждению, определенным препятствием для радикализации.

«Политический ислам связан с Мухаммадом Карачаем (Биджиевым), который представлял Партию исламского Возрождения. Политический ислам не может быть закрытым. Ведь постановка политических целей делает необходимым взаимодействие с другими политическими силами и с обществом. А это не способствует оторванности и радикализации», - считает она.

Мухаммад Карачай (Биджиев) - мусульманский общественный деятель. В 1990 году на съезде мусульман в Астрахани был избран ответственным секретарем Исламской партии Возрождения. Является учредителем I съезда мусульман Карачая в 1991 году, пишет islamist.ru. 

В октябре текущего года Мухаммад Карачай возглавил Российское общество культуры, просвещения, взаимопомощи и солидарности, которое получило в феврале официальную регистрацию в Турции, сообщает islamnews.ru.

По мнению Стародубровской, радикализация и взрыв насилия в Кабардино-Балкарии и умеренные формы противостояния в Карачаево-Черкесии являются итогом разной реакции властей на исламизацию.

«В КБР сужается пространство выбора. Создаются препятствия для исполнения религиозных обрядов, невозможно вести исламский призыв. Существует жёсткая дискриминация при трудоустройстве. И при всем при этом - невозможность эмиграции, не выдаются и отбираются загранпаспорта. Члены джамаата ощущают прямую угрозу жизни и здоровью. Реакция в КЧР на исламизацию похожа, но гораздо мягче. Обыски, ущерб имуществу, но не угроза жизни и здоровью. Избиения и пытки не приобретают массовый характер. Дискриминация при трудоустройстве мягкая. При наличии возможностей решить проблемы без применения насилия, в частности, воздействовать на МВД, на увольнение провинившихся следователей (а в КЧР были такие прецеденты), терроризм - последнее звено в цепи выбора», - заявила она.

Стародубровская признает, что силовые методы использовались и в Кабардино-Балкарии, и в Карачаево-Черкесии.

«После событий в Нальчике в октябре 2005 года в КЧР репрессии были сопоставимые с кабардино-балкарскими. Но прекратились. Почему? Я думаю, что основное в этом деле — заинтересованность разных слоев и групп населения к медиации и компромиссу. Его хотели и общественники, и представители власти. Помимо этого, на подходе был вопрос с развитием туризма на Архызе. В КБР на курортах работали в основном балкарцы, а официальные власти хотели их отодвинуть от этого бизнеса, поэтому им было не столь важно спокойствие ради туристов. В КЧР это сыграло свою роль для сдержанности властей», - считает она.

13 октября 2005 года произошло вооруженное нападение на Нальчик. Численность атакующих составила не менее 250 человек. В результате нападения погибли 35 силовиков и 15 гражданских лиц, 129 силовиков и 66 гражданских лиц были ранены. Были убиты 95 боевиков. В событиях в Нальчике участвовали члены джамаата Кабардино-Балкарии.

В итоге, по ее словам, в Кабардино-Балкарии шла раскрутка спирали насилия.

«Страх за себя, месть за своих, дегуманизация противника», - назвала признаки этой спирали Стародубровская.

На Кавказе наблюдается ломка традиционной культуры

Глава Центра региональных исследований и урбанистики (Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте Российской Федерации (РАНХиГС) Константин Казенин в ходе дискуссии заметил, что в Карачаево-Черкесии нашли возможность для компромиссов.

«Там в целом было публичное пространство, где существовали договоренности. Черкесские движения КЧР дистанцировались от ислама. Я не говорю, что они были анти-мусульманскими, но они преподносили себя как светские движения. А к ним примыкала молодежь. И это способствовало к компромиссам», - отметил он.

Старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Ахмет Ярлыкапов отметил, что причина жёсткости действий МВД в Кабардино-Балкарии заключается в том, что «общество поддерживало эти действия».

«Народ был против такой формы исламизации», - считает он.

Стародубровская возразила, напомнив об интересе в адыгском национальном движении к исламу до начала 2000-х годов.

Это отчасти подтвердила и старший научный сотрудник Центра цивилизационных и региональных исследований Российской академии наук Наима Нефляшева.

«До октября 2005 года на периферии черкесского движения были практикующие мусульмане. Сейчас вновь появились дискурсы, общие для национального движения и практикующих мусульман. Они касаются, например, сферы сохранения языка. В Адыгее, например, в конных переходах участвуют имамы и практикующие мусульмане», - рассказала она.

Один из участников семинара, представившийся аспирантом МГИМО, попросил сравнить этнически и религиозно мотивированное насилие.

Стародубровская заявила, что это явления разные, но одновременно отметила, что эти проблемы "выплескиваются в момент закипания", как в нынешнее время.

"А почему «вода кипит»?" - поинтересовался аспирант.

"Причина общие для России — ломка социалистического общества. И особенные для Кавказа - ломка традиционной культуры. Издержки взаимоотношений велики, риски сложно просчитать, традиционные пути решения проблем не срабатывают", - ответила Стародубровская.

По данным "Кавказского узла", число жертв вооруженных инцидентов в Карачаево-Черкесии в 2011 году было велико по сравнению с предыдущими и последующими годами. В частности, в 2010 году в республике жертвами конфликтов стали четыре человека, в 2011 - 32, а уже в 2012 - семеро.

«В 2011 году вспышка насилия происходила в основном в Малокарачаевском районе, где был клубок своих, малоизученных противоречий. Но, как считают в КЧР, в тот год был назначен новый глава МВД республики, который необдуманно провел КТО (контртеррористическую операцию), чем и вызвал новые жертвы. После этого ситуация с КТО не повторялась. Видимо, министр понял свою поспешность», - сказала корреспонденту "Кавказского узла" Стародубровская.

Крупная спецоперация проходила 12-13 июня в селе Первомайском Малокарачаевского района Карачаево-Черкесии. По данным силовиков, в одном из зданий были заблокированы лица, причастные к нападению на сотрудников полиции

На вопрос корреспондента, связан ли рост числа жертв насилия с фактором войны в Чечне и, например, с деятельность "Имарат Кавказ"*, Стародубровская отметила, что организация не играла столь уж принципиальную роль.

«Кроме того, даже так называемый «карачаевский джамаат»* Имарата* воевал в Чечне, а не на родине. Если бы почва для подполья была бы в КЧР, то оно бы проявило себя. А фактически «леса» в КЧР не было», - резюмировала Стародубровская.

"Карачаевский джамаат"* принимал участие в боевых действиях в Чечне. По данным силовых структур, члены джамаата являются также виновниками взрывов жилых домов в Москве и Волгодонске в 1999 году, двух терактов в московском метро в 2004 году, терактах в Краснодаре, Воронеже, Ставропольском крае и Ростовской области.

* - организация признана террористической и запрещена в России решением суда.

Автор: Рустам Джалилов; источник: корреспондент "Кавказского узла"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях Telegram и WhatsApp. Номер для Телеграм и WhatsApp +49 1577 2317856.
Лента новостей

20 сентября 2020, 16:20

20 сентября 2020, 15:25

20 сентября 2020, 14:26

  • Нехватка развлечений в карантин побудила владикавказцев возродить "хъазт"

    Карантинные ограничения породили нехватку культурных мероприятий, что стало хорошей почвой для возрождения во Владикавказе традиции танцевальных вечеров "хъазт", рассказали организаторы этого еженедельного мероприятия. Владикавказцы устали от самоизоляции и с удовольствием собираются в центре города, чтобы петь старые песни, играть на народных инструментах и исполнять осетинские народные танцы.

20 сентября 2020, 13:19

  • Черкесы в Иордании выразили поддержку Мартину Кочесоко

    Черкесы в Аммане откликнулись на инициативу "Иорданской ассоциации друзей кавказских черкесов" и провели акцию солидарности с активистом Мартином Кочесоко в преддверии назначенного на 22 сентября в Кабардино-Балкарии суда по его делу.

20 сентября 2020, 12:23

Персоналии

Все персоналии

Справочник

Все справки

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей