Защита потребовала оправдать обвиняемых в терроризме жителей Ингушетии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Вина пятерых жителей Ингушетии в подготовке теракта у посольства Франции в Москве не доказана ничем, кроме выбитых под пытками признательных показаний, заявили суду их адвокаты.

Как писал "Кавказский узел", 15 ноября 2016 года ФСБ объявила о задержании пятерых подозреваемых в подготовке терактов в Ингушетии и Москве. Все пятеро были арестованы. Следствие обвиняет их в связях с запрещенным в России по решению суда "Исламским государством"*. Обвиняемыми по делу проходят Саламхан Сампиев, Руслан Эсмурзиев, Хусен Китиев, Магомед Аматханов и Эльберт Харсиев. На заседании суда 19 февраля гособвинитель запросил для обвиняемых от 13 до 20 лет заключения.

Данные в суде показания имеют приоритет, указал адвокат Аматханова

Аматханов признает, что ездил в Сирию в 2014 году и перевозил в 2016 году Зубайри Саутиева в Ингушетии, но при этом о намерениях Саутиева он ничего не знал, заявил адвокат Магомед Гандаур-Эги на сегодняшнем заседании суда. "Сам Саутиев, а также Цечоев, Аушев, Паров 7 октября 2016 года были убиты, однако ни одно оперативное мероприятие до 14 ноября 2016 года (дня задержания подсудимых. - Прим. "Кавказского узла") проведено не было", - отметил адвокат.

По его мнению, цели и мотивы предполагаемой группировки ничем, кроме признательных показаний после задержания, не подтверждаются. "Аматханов не страдает психическими заболеваниями. Почему же он стал отрицать причастность к преступлениям, о которых так подробно рассказывал? У следователя должно было возникнуть сомнение в психической уравновешенности Аматханова, но возникают сомнения в адекватности самого следователя", - сказал Магомед Гандаур-Эги.

Адвокат Магомеда Аматханова настаивает на том, что его подзащитного вынудили дать признательные показания. "Мой подзащитный говорил о пытках, даже об угрозе полового насилия со стороны неустановленных лиц", - сообщил защитник.

Магомед Гандаур-Эги обратил внимание коллегии судей на позицию Европейского суда по правам человека, согласно которой показания в суде являются приоритетными. К показаниям оперативника Куликова следует отнестись критически, так как он является сотрудником проводившего расследование ведомства и "имеет корпоративные интересы", указал адвокат.

Защитник раскритиковал и версию обнаружения в Малгобекском районе Ингушетии схрона с оружием и боеприпасами. "На заседании до нас так и не довели, откуда этот схрон появился, как следственная группа узнала о его местонахождении и нашла его на пятачке в огромном поле", - отметил Гандаур-Эги. Он раскритиковал и проведенную дактилоскопическую экспертизу, сославшись на рецензию специалиста Эдуарда Дъяченко.

По его словам, Аматханов не исповедовал экстремистских религиозных убеждений, а после поездки в Сирию у него развеялись все иллюзии, и клятву представителям ИГ* он не давал.

Потерпевший Ярыжев не опознал Аматханова как вымогателя у него денег, отметил адвокат. "Аматханов - отец троих детей, имеет положительные характеристики. Он исповедует традиционный ислам, каждый день ходил на работу и выполнял трудовые функции. Он хотел прожить жизнь добропорядочного человека", - заключил Магомед Гандаур-Эги, выразив надежду на оправдательный приговор.

Адвокат Сампиева указал на практику пыток в силовых структурах Ингушетии

Защитник Саламхана Сампиева Марат Утюшев подчеркнул, что в ходе расследования следователи не стали проверять, имелись ли в зданиях силовых структур орудия пыток, и не опросили родственников подсудимого. "Сампиеву обещали расправу над родственниками, вплоть до физического уничтожения. Адвокат (по назначению. - Прим. "Кавказского узла") говорил, что писать жалобы не надо, что "будет только хуже". В Магасе при поступлении в ИВС в медицинском освидетельствовании ему было отказано. Он обращался к следователю с просьбой о переводчике, но этого сделано не было", - перечислил адвокат Утюшев.

По его словам, пытки довели Сампиева до психического расстройства: на первом свидании он спрашивал жену о несуществующих детях, а мать - о несуществующих отарах овец, которые якобы пас в горах.

Утюшев добавил, что не согласен с отказом в возбуждении дела о превышении должностных полномочий со стороны силовиков и подал жалобу, которая еще не рассмотрена. Он напомнил суду, что за пытки в Ингушетии осуждены несколько сотрудников ЦПЭ во главе с Тимуром Хамхоевым, которые были задержаны только в декабре 2016 года, через месяц после задержания подсудимых.

Саламхан Сампиев не использовал свой автомобиль ВАЗ-2114 для перевозки оружия, сама конструкция автомобиля не позволяет сделать этого, сказал адвокат. Сампиев занимался частным извозом, чтобы обеспечивать семью, и мог общаться с кем-то из упомянутых в обвинении лиц только по работе, резюмировал защитник.

Марат Утюшев отметил, что Сампиев — единственный кормилец в семье, ухаживает за больной матерью, исповедует традиционный ислам, не имеет судимостей, бесед и переговоров Сампиева с боевиками не зафиксировано. Адвокат попросил оправдать Сампиева по всем обвинениям.

Сам Саламхан Сампиев - единственный из подсудимых, которому был предоставлен переводчик, - попытался зачитать свою речь с листка, однако объяснил через переводчика, что переволновался, и решил высказаться в последнем слове, передает корреспондент "Кавказского узла".

Эсмурзиева возмутило обвинение в экстремизме

Илья Лихачев, защищающий Руслана Эсмурзиева, раскритиковал версию обвинения.

"Эсмурзиев объяснил, что ездил в Турцию тренироваться, искал там бойцовский клуб, что подтвердили здесь двое свидетелей. Родственники Эсмурзиева были в курсе его поездки в Турцию и поездки в Москву на лечение по квоте, после длительного лечения в Ингушетии. То есть государство ему так подыграло, выделив квоту?" - спросил адвокат. Он также отметил отсутствие изъятых переписок, поисковых запросов, вырезок из газет или других подтверждений, подтверждающих поиск Эсмурзиевым конспиративной квартиры.

Из 23 свидетелей обвинения, по словам адвоката, в суде были допрошены лишь 10, никто из них лично Эсмурзиева не знал. То, что отпечаток пальца, найденный на самодельном электродетонаторе в схроне, оставил Эсмурзиев, опроверг допрошенный специалист Эдуард Дъяченко, заявил адвокат. Показания эксперта-дактилоскописта защитник назвал "абсурдными", основанными на "непонимании терминологии".

Заявленное прокурором отягчающее обстоятельство — совершение преступления по мотивам религиозной ненависти и вражды — Илья Лихачев назвал неподтвержденным. "У Эсмурзиева есть гражданская жена, несовершеннолетний ребенок на иждивении, многочисленные спортивные награды и благодарственные письма, положительные характеристики", - добавил адвокат, попросив признать Эсмурзиева невиновным.

Сам Эсмурзиев, одетый сегодня в белую рубашку и брюки, возмутился обвинением в ненависти к другим религиям. "Я выступал за Ингушетию, за Российскую Федерацию, меня представляли на площадках как представителя РФ. В Волгограде я жил с русскими, армянами, которые исповедовали другие религии. Я участвовал в организации "Дружба народов", от которой есть благодарственные письма", - обратился к судьям Эсмурзиев.

По его словам, он никогда не отрицал, что учился с Зубайри Саутиевым в одном учебном заведении в Волгограде и подвозил его как старого знакомого. Эсмурзиев заявил, что не был телохранителем Зубайри Саутиева. "От размера бицепса пуля траекторию не меняет", - сказал подсудимый. Оперативная информация в деле также не соответствует действительности, сказал Эсмурзиев.

"Я специально собрал заключения нескольких врачей о необходимости срочной операции, получил квоту из Минздрава? В Москве множество видеокамер, и до сих пор не смогли отследить мой маршрут там?" - усмехнулся Эсмурзиев. В конце выступления он сказал, что не имеет отношения к изъятому силовиками оружию, подготовке теракта и террористическим организациям.

Адвокат Китиева отметил неправдоподобность версии следствия

Адвокат Хусена Китиева Юрий Бачурин также заявил о невиновности своего подзащитного и попросил оправдать его. "Какие-то люди в масках заходят в дом, потом там появляются предметы, которых там ранее не было", - описал защитник обнаружение "хаттабки". "Допрошенные здесь отец и мать пояснили, что (силовики) заставили отца тащить этот предмет из дивана. Если бы это было СВУ, внутренности всех собравшихся были бы на потолке! У нас до сих пор нет оснований говорить про СВУ", - сказал защитник. Он предположил, что "хаттабка" является муляжом.

Сам Хусен Китиев заверил судей, что не стал бы хранить "хаттабку" дома в диване и в любом случае до начала обыска мог бы избавиться от нее. "Все показания были подписаны под пытками. К сожалению, личности, имена и должности (силовиков. - Прим. "Кавказского узла") я не знаю, я был в подвале с пакетом на голове. Я говорил адвокату (по назначению. - Прим. "Кавказского узла"), что меня пытали, но он сказал: "Подпиши, чтобы это не продолжалось". Если это говорит защитник, а прокуратура не реагирует, кому мне жаловаться?" - задал риторический вопрос Китиев.

Молодой человек пояснил, что знал убитого силовиками в октябре 2016 года Рустама Аушева, видел его у городского кафе и мечети, а из подсудимых ранее знал только Магомеда Аматханова, с которым познакомился на тренировках по боксу в соседнем селе.

22 февраля в 10.00 мск гособвинитель, адвокаты и подсудимые выступят с репликами и последним словом, после чего суд удалится для вынесение приговора.

"Кавказский узел" следит за ситуацией в Ингушетии и ведет хронику происходящих в республике вооруженных инцидентов, спецопераций и похищений людей. Новости о влиянии ближневосточной войны на ситуацию в регионах Кавказа "Кавказский узел" размещает на специальных тематических страницах "Сирия в огне" и "Кавказ под прицелом халифата". В разделе "Справочник" опубликован материал "Выходцы с Кавказа в рядах ИГИЛ"*.