Совершение намаза. Фото Азиза Каримова для "Кавказского узла"

31 августа 2015, 01:04

ИГ привлекает молодых мусульман обещанием социальной справедливости

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

К Исламскому государству, признанному террористической организацией, присоединились до 7 тысяч жителей Северного Кавказа. Их привлекают возможность жить в шариатском государстве, обещания социальной справедливости, романтика, они пытаются избежать давления силовых структур, заявили участники онлайн-обсуждения на "Кавказском узле" под модерацией кандидата исторических наук Наимы Нефляшевой.

Экспертная дискуссия на тему: «Северный Кавказа: как отвечать на вызовы ИГ?» прошла 29 августа в онлайн-режиме на "Кавказском узле". Ее инициатором и модератором выступила старший научный сотрудник Центра цивилизационных и региональных исследований РАН, кандидат исторических наук Наима Нефляшева, ведущая блог на "Кавказском узле". С подробным содержанием дискуссии можно ознакомиться на форуме "Кавказского узла".

По разным оценкам, к Исламскому государству присоединились до 7 тысяч жителей Северного Кавказа 

«Доля кавказцев, присоединившихся к Исламскому государству  ИГ (ранее – ИГИЛ; признана в России террористической организацией, – прим. "Кавказского узла"), а также воюющих на его стороне, - неимоверно велика: она составляла, по оценкам самих салафитов, на конец 2014 г. от 7 до 10% воюющих. Если мы примем среднюю оценочную цифру на тот момент в 30 тысяч боевиков ИГ, то число кавказцев в рядах этой организации будет составлять от 2100 до 3000 человек», - сообщил, открывая дискуссию, старший научный сотрудник МГИМО Ахмет Ярлыкапов.

По его подсчетам, «большинство в составе этих «кавказцев» составляют представители российского Северного Кавказа; число выехавших из Грузии оценивается в 100 человек, из Азербайджана – от 400 до 500».

«С Северного Кавказа уехало по разным оценкам до 7 тысяч человек, поток не останавливается. Только чеченцев 3000 человек (заявление Магомеда Даудова, 19.02.2015), многие уехали из Европы. Из самой Чечни – около 500 человек, более 100 погибли, 44 вернулись в Россию. Дагестанцев – более 2000 человек, еще столько же уехало в Турцию», - отметил ученый.

Ярлыкапов подчеркнул, что молодые люди от 16 до 28 лет выезжают в ИГ и с российского Севера, крупных городов Юга России, средней полосы, Москвы и Санкт-Петербурга.

По данным ученого, из открытых источников известно, что сеть вербовщиков ИГ на территории России становится все более разветвленной, исключительную роль в вербовке играет интернет - ролики, обращения, размещенные в Интернете, набирают рекордное число просмотров за короткий срок. «Вербовщики ИГ скорее всего имеют указания, кого следует вербовать в первую очередь. Большое внимание уделяется, например, врачам, в первую очередь хирургам», - подчеркнул спикер.

По его словам, «эта вербовочная сеть, сама по себе нарушающая безопасность страны, может рассматриваться как зародыш будущей террористической сети ИГ в России».

Ярлыкапов затронул вопрос изменения ландшафта подполья Северного Кавказа после убийства в апреле 2015 г. руководителя «Имарата Кавказа» Кебекова и серии присяг командиров главе ИГ аль-Багдади. «Из самостоятельной силы ИК она все более превращается в филиал ИГ. Всё это результат изменения политики ИГ на Северном Кавказе: если ИГ прежде смотрел на ИК как на источник «пушечного мяса», то теперь он смотрит на ИК как на свой потенциальный филиал», - подчеркнул он.

Привлекательность Исламского государства

«ИГ становится привлекательным для молодых мусульман с Северного Кавказа обещаниями социальной справедливости, которую она отчаялась добиться у себя на родине», считает Ахмет Ярлыкапов.

«Коррупция, клановость, отсутствие социальных лифтов и перспектив толкает молодежь к поискам путей выхода в исламистской идеологии, в утопических проектах введения шариата для решения всех проблем современного общества», - подчеркнул Ярлыкапов.

По его словам, «фактически они возлагают огромную надежду на тот эксперимент, который, как они считают, происходит на территории ИГ». «В этом смысле для них ИГ - это как Израиль для иудеев. Молодой человек надеется на то, что в ИГ будет в полном объеме применяться справедливый и всеобъемлющий религиозный, божественный закон, который и уничтожит все несправедливости. Отсюда стремление переселиться не только самим, но и переселить туда свои семьи, близких, друзей», - пояснил ученый.

Он также выделил важный эсхатологический момент: «пропаганда ИГ говорит о скором конце света, и что последняя битва Добра и Зла, мусульман и неверных состоится именно на территории Сирии, около города Дабик, молодые люди стремятся быть ближе к месту этой решающей битвы, чтобы принять в ней участие».

«Однозначного ответа тут нет. Уходят, потому что жизнь там, где они живут, кажется им невыносимой, и хотят любым путем ее изменить. Потому что привлекает обманчивая романтика. Потому что понимают невозможность продвинуться и быть на уровне своих сверстников и хотят начать все сначала. Потому что поддаются чужому влиянию. Потому что давят силовые структуры», - отметила руководитель научного направления «Политическая экономия и региональное развитие» в Институте экономической политики им. Гайдара Ирина Стародубровская.

Жители Северного Кавказа, которые отправляются в ИГ, они - в первую очередь молодежь — недовольны качеством жизни и государственного управления, заявила аналитик Международной кризисной группы Варвара Пахоменко.

«У них есть запрос на справедливость, на социальное равенство, и им кажется, что новое провозглашенное «Исламское государство» именно такое», - добавила она.

По ее мнению, для некоторых «важен факт провозглашения Халифата: кажется, что можно будет противостоять западной цивилизации», «кто-то хочет умереть на священной земле Шама и попасть в рай», «кто-то воспринимает все происходящее там, как что-то романтичное».

«Жесткие действия силовых структур, преследования молящихся мусульман-салафитов, рейды по халяльным кафе и мечетям делают пропаганду радикальных идей еще проще. Некоторые даже предпочитают переселяться в охваченную войной Сирии, полагая, что там им жить будет спокойнее, чем на Кавказе», - считает Пахоменко.

«Главным вербовщиком ИГ сегодня является безграмотная политика по отношению к мусульманам, которую по-своему претворяют силовики, это и подброс оружия, боеприпасов, наркотиков салафитам, пытки и даже убийства "эскадронами смерти". Свою роль играет и снос мечетей в городах России. Отличным вербовщиком является борьба с хиджабами, преследование активистов, загадочные убийства имамов мечетей - носителей исламских знаний», считает адвокат из Махачкалы Абакар Абакаров.

Редактор отдела политики Дагестанского общественно-политического еженедельника «Новое дело» Рамазан Раджабов считает, что «неправильно все сводить к беспределу силовиков и социальной несправедливости».

«Многие из тех, кто уходил, не подвергались давлению, не были преследуемы. Нельзя сбрасывать со счетов исламский фактор. Коран и достоверные хадисы содержат прямой призыв жить в исламском государстве, где главным законом был бы шариат. В них говорится, что любой мало-мальски верующий мусульманин просто обязан хотеть жить в шариатском государстве», - пояснил он.

«Уход людей в ИГ связан в первую очередь с тем, что ИГ представляется как исламский проект, альтернативный западному и всем остальным проектам», считает общественный деятель из Махачкалы Мухаммад Магомедов.

«При этом, нужно помнить и о притеснениях со стороны государства, и о плохой экономической системе, и о многих других пороках», - добавил он.

При этом, Магомедов сделал замечание о том, что уходят не только в ИГ, но и в другие группировки в Сирии, уходят не только люди, способные держать в руках оружие, но и их семьи, которые по большей части оседают либо в Ираке, либо в Турции. «Именно поэтому мы получаем то самое суммарное число в 7 000, которое нам преподносится, как количество воюющих на стороне ИГ из России», считает он.

Вся система управления Кавказом и цивилизационное отчуждение Кавказа от России способствует оттоку молодых людей в ИГ, отметила культуролог, генеральный директор Центра этнопроблематики в СМИ при Совете журналистов России Сулиета Кусова-Чухо.

«Абсолютная невозможность обсуждать и решать реальные проблемы обычного человеческого бытия, социума, проблемы жизни, работы, справедливости, здоровья, люди оказались на грани выживания», - отметила она.

В ближайшее время возвращения боевиков ждать не следует

«В ближайшее время не стоит ожидать массового возвращения боевиков ИГ  ИГ (ранее – ИГИЛ; признана в России террористической организацией, – прим. "Кавказского узла") и присоединения к подполью Северного Кавказа», - считает Варвара Пахоменко.

Она рассказала о качественном изменении подполья на Северном Кавказе. «Вероятно, что теперь подполье может действовать более радикальными методами, включая убийства мирных жителей, идеологических оппонентов, теракты, характерными для ИГ – то, от чего призывал отойти предыдущий лидер «Имарата Кавказ» Алиасхаб Кебеков», - отметила эксперт.

Пахоменко подчеркнула, что подполью СК начало поступать финансирование из ИГ. Она считает, что «это может привести к тому, что интересы местного населения – а Алиасхаб Кебеков выступал против вымогательства денег у местного бизнеса, чтобы иметь больше поддержки у населения – будут игнорироваться еще больше».

«Не смотря на то, что ИГ рассматривает северовкавказское подполье как свой филиал, затишье продолжится, думаю. У кавказских боевиков сейчас слабая база, все те, кто должны были заполнить ряды боевиков, уже уехали в Сирию. Если только государство своими топорными действиями не загонит в лес очередную партию салафитов», - считает Рамазан Раджабов.

«Ожидать, что ситуация с мусульманами в России пойдёт вспять, будет наивно. Противостояние в любом случае будет иметь место. Вопрос лишь том, где будет это противостояние: в плоскости политических переговоров или военной плоскости», - отметил Магомедов.

Государству нужно поддержать умеренных представителей нетрадиционного ислама

«Религиозная политика власти в целом должна быть более открытая, а решение проблемы подполья и радикализации не должны сводиться к силовым методам. Среди мусульман-фундаменталистов, салафитов, есть много тех, кто не поддерживает насильственные действия и высказываются против ИГИЛ», - считает Варвара Пахоменко.

Она считает, что важно поддержать умеренных представителей нетрадиционного ислама, так как «им нужно не просто с религиозной точки зрения оппонировать ИГ, но говоря при этом с молодежью – в первую очередь с молодежью – на понятном языке, о насущных проблемах». «Необходимо, чтобы родители чувствовали, что могут всегда обратиться к властям, имамам, учителям, а не бояться, что и их будут преследовать за детей, как в Чечне», - подчеркнула аналитик Международной кризисной группы.

Эксперт также считает, что «необходимо, чтобы работали механизмы по реабилитации возвращающихся из Сирии, чтобы разочаровавшиеся в сирийской романтике люди понимали, что у них есть другие варианты, кроме как попасть в тюрьму» и эту проблему нужно «обсуждать уже на федеральном уровне – уход в Сирию давно уже не только кавказская тема».

«Необходимо анализировать случаи тех, кто уехал и тех, кто вернулся, чтобы лучше понимать мотивы», - заключила Пахоменко.

«Надо помочь нашей молодежи и в субъектах создать комиссии», - считает адвокат из Москвы Роза Магомедова.

По ее словам, «комиссия должна состоять из уважаемых людей». «Деятельность участников должна состоять в помощи и адаптации молодых ребят, которые вернулись или хотят вернуться», - подчеркнула она. Адвокат подчеркнула, что такие комиссии ранее были, но сейчас не работают.

«Комиссии по адаптации действительно были очень правильным инструментом решения проблемы (правда, в КБР она так и не заработала). Но надо понимать, что эти комиссии могут действовать только в контексте другой, не чисто силовой политики», - поддержала Ирина Стародубровская.

По ее мнению, в КБР «комиссия не заработала именно потому, что не стали менять общую политику, и к власти не было никакого доверия».

«В плане противостояния отъезду молодежи из страны нужно также уделить внимание двум вещам: налаживанию такой же агрессивной и грамотной контрпропаганды и активному разрушению сети вербовщиков», - считает Ахмет Ярлыкапов.

По итогам дискуссии Наима Нефляшева выделила семь ключевых шагов для противодействия ИГ со стороны российского государства.

По ее словам, необходимо поддерживать умеренных представителей нетрадиционного ислама, прекратить административное и силовое давление на мирные исламские сообщества, отказаться от безоговорочной государственной поддержки так называемого традиционного ислама, наладить агрессивную и грамотную контрпропаганду ИГ и способствовать разрушению сети вербовщиков, восстановить деятельность Комиссий по адаптации действовавших в РД, КБР и вывести их деятельность на федеральный уровень, изменить методология религиозной политики власти, провести аналитические исследования мотивов тех, кто уехал, и тех, кто вернулся.

В разделе "Справочник" на "Кавказском узле" опубликована статья "Выходцы с Кавказа в рядах ИГИЛ".  Материалы о влиянии ближневосточной войны на ситуацию в регионах Кавказа публикуются на тематических страницах "Сирия в огне" и "Кавказ под прицелом халифата".

Автор: Кавказский Узел

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложении Telegram. Номер для Телеграм +49 1577 2317856.
Лента новостей
ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

25 мая 2022, 07:21

25 мая 2022, 06:15

  • Оппозиционеры отметили слабую реакцию властей Чечни на избиение бывшего начальника отдела полиции

    Чеченские власти не акцентировали внимание на избиении в Турции бывшего начальника отдела полиции, на видео отреагировал только руководитель ЧГТРК «Грозный» Ченгиз Ахмадов, заявивший, что между нападавшими и властями республики - "вражда". Ранее подобные инциденты сопровождались куда более резкой риторикой с объявлениями кровной мести. Чеченские власти использовали угрозы в адрес родственников как акт устрашения, напомнил Тумсо Абдурахманов. Институт кровной мести в Чечне обесценился, считает Абубакар Янгулбаев. В последнее время власти Чечни отвлеклись от преследования родственников оппонентов, сосредоточившись на событиях на Украине, отметил Руслан Кутаев. 

25 мая 2022, 05:16

25 мая 2022, 04:18

  • Армянские политологи указали на просчеты оппозиции

    В обществе назрело недовольство властью, однако из-за неэффективной тактики оппозиция не смогла использовать этот ресурс, считает политтехнолог Армен Бадалян. Тактика оппозиции более похожа на кампанию по дискредитации Никола Пашиняна, нежели на протестное движение, заявил политолог Андриас Гукасян.

25 мая 2022, 03:40

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей