Женское обрезание происходит, сейчас, в России
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.
В этой статье "Кавказского Узла" прочитал, опять и с ужасом, о женском обрезании на Кавказе. Ужас в том, что это совершается до сих пор, и даже сейчас. Все дочери в семье, о которой идет речь, были обрезаны без анестезии в пятилетнем возрасте.
Заира Пирова вернулась в Дагестан
В 2021 году, когда впервые прочитал о женском обрезании в РФ, решил узнать есть ли такое в Азербайджане. Как раз жил тогда, летом, в Илису, то есть на южной стороне тех же кавказских гор. Пошел по домам соседей, спрашивал - люди вообще не слышали о таком, а когда я объяснил, смущаясь, соседке что это такое, она схватилась за сердце сказав, что впервые об этом слышет и конечно, такого у них нет.
Я тоже подтверждаю - в Азербайджане о женском обрезании не знают и конечно не практикуется. Вряд ли найдется мазохист-смельчак, охамевший и осмелевший настолько, чтобы проливать кровь родного дитя, и сесть потом в тюрьму.
Наверное, в дикие времена такое в Азербайджане было, но в советские годы и теперь исключается, так как есть закон и он в таких случаях суров. А почему в России режут детей? В светском государстве, сейчас, как? В голове не укладывается.
Российское государство может, если захочет, начисто искоренить это варварство, кровь, уродство, отсталость, насилие. Прекратить, засадить надолго тех кто применяет, развернуть по Кавказу жесткие предупреждения и разъяснения, пропаганду недопустимости уродования детского тела ножом, по варварской причине, с неизбежными тяжелыми последствиями для психики и тела человека. Для пропаганды есть телевидение, радио. Пусть Скабеева и Соловьев остановятся в своих ежедневных стараниях, и посвятят день-два-три своих усилий спасению девочек в любимой стране.
Но ничего не делается. Зачем? У государства есть другие важные задачи, наверное. Намного важнее, настолько, что ужас маленьких девочек перевешивает. Ужасно и то, что мало кого на Кавказе это волнует, а в руководстве - никого.
