Родственники дагестанцев, объявленных убитыми в Чечне у здания Верховного суда Чечни. 04 февраля 2020 год. Фото Расула Магомедова для "Кавказского узла"

05 февраля 2020, 03:01

Родные похищенных в Чечне дагестанцев рассказали о последних часах общения с ними

Шамиль Джамалутдинов и Ислам Магомедов, которые в числе восьмерых дагестанцев были убиты в Чечне, в последние часы перед похищением уверяли родных, что скоро вернутся.

Как писал "Кавказский узел", жители Дагестана Гашим Узданов, Пахрудин Махаев, Ислам Магомедов и Шамиль Джамалутдинов пропали 28 сентября 2016 года по дороге из Каспийска в Махачкалу. По словам матерей пропавших, они провели биллинг телефонов и у них есть сведения, что в ночь пропажи молодые люди находились в Махачкале на проспекте Шамиля, где расположен ЦПЭ при МВД Дагестана. 4 октября того же года в Хасавюрте пропали Гусейн Гусейнов, Клыч Клычев, Шамиль Джамалутдинов и Камиль Джамалудинов. Они были похищены одновременно со станции техобслуживания на улице Махачкалинское шоссе. По версии родных, дагестанцы были похищены, а затем убиты. Силовики утверждают, что эти люди готовили теракт и были убиты в перестрелке. На заседании суда 3 февраля сотрудник станции техобслуживания подтвердил, что трое из восьми дагестанцев были похищены у него на глазах.

По версии силовиков, 9 октября 2016 года в Гудермесском районе Чечни в перестрелке были убиты восемь предполагаемых боевиков и ранены четверо полицейских. МВД республики заявило, что все убитые входили в одну группировку и планировали диверсионно-террористические акции. Сотрудники МВД Чечни были представлены к государственным наградам. Свое предложение наградить полицейских Рамзан Кадыров ранее объяснил тем, что "они, рискуя жизнью, нейтрализовали особо опасных бандитов".

На заседании в Верховном суде Чечни 4 февраля по делу о восьмерых убитых в Чечне дагестанцах присутствовали представители обвиняемых Аида Узданова, Магомед Джамалутдинов и Умрайха Гасанова. Из Махачкалы на процесс приехала руководитель правозащитной организации «Сердце матери» Жанна Исмаилова. Представителем погибшего жителя Каспийска Шамиля Джамалутдинов признан его отец, однако он на процесс не пришел. В качестве свидетелей были допрошены мать Шамиля Равганият Джамалутдинова и жена Мадина Исмаилова. 

Равганият Джамалутдинова рассказала суду, что ее сын работал на заводе по фасовке цемента, «вел дело отца». Шамиль вместе со своей семьей жил отдельно от родителей, но вечером 28 сентября 2016 года Равганият Джамалутдинова гостила в доме сына.

«Примерно в 22.00 я разговаривала с сыном по телефону. Он был вместе с друзьями и сказал, чтобы я не переживала, что он скоро вернется. Вскоре я пошла к себе домой. Под утро невестка позвонила и сообщила, что Шамиль не ночевал дома. Тогда мы сразу начали искать его, обзвонили всех его друзей, но никто ничего не знал. Муж через своих знакомых узнал, что моего сына вместе с его друзьями задержали в Каспийске и отвезли в Махачкалу, но вскоре, как нам сообщили, его должны были отпустить. Однако о его местонахождении мы так и не узнали», - рассказала свидетель.

По ее словам, у Шамиля был внедорожник, но машина также не была найдена. «Мы подавали в розыск два-три раза, но машину так и не нашли», - отметила она.

Прокурор попытался выяснить имя «источника осведомленности», который сообщил родителям о том, что их сын был задержан в Каспийске и доставлен в Махачкалу, однако женщина ответила, что с ним разговаривал муж, и она не знает его.

Мать Пахрудина Махаева Бурлият Махаева на заседании суда 3 февраля сообщила, что "через своих знакомых" им удалось получить "подтверждение, что сын задержан и его через день отпустят". "Я еле дождалась этого дня, но мы так и не узнали, что с ним произошло. А те знакомые, кто нам сообщил о его задержании, уже отказались с нами разговаривать", - сказала она.

Жена Шамиля Джамалутдинова Мадина Исламова сообщила, что вечером 28 сентября она постоянно находилась с мужем на связи.

«Поздно вечером он написал, что вместе с друзьями поехал на завод. С собой ключей от дома у него не было, и примерно в 23.00 он прислал сообщение, что скоро вернется. Попросил меня не ложиться спать и дождаться его. Примерно в два часа ночи я уже не смогла до него дозвониться. Позвонила его брату, он сказал, что пошлет на завод рабочего, который жил недалеко. Он поехал туда, но ни машины, ни Шамиля на заводе уже не было», - рассказала она. О других обстоятельствах произошедшего ей ничего не известно, ответила она на вопрос прокурора.

Следующим был допрошен отчим Ислама Магомедова Зайнутдин Мунгушев. По его словам, 29 сентября он обратился в полицию Хасавюрта с сообщением о пропаже Ислама.

«На следующий день я позвонил участковому, чтобы узнать как обстоят дела с поисками. Участковый со слов своего начальника сказал, что Ислам находится в Махачкале, но где конкретно - говорить отказался. Когда появилось сообщение о том, что на границе с Чечней убиты восемь человек, я поехал в следственный отдел Гудермеса. К нам вышел следователь, и сказал, что среди убитых нет дагестанцев, и мы можем возвращаться. Этот следователь до сих пор работает в Чечне, его повысили в звании и перевели в Грозный», - сообщил свидетель.

Он предположил, что Ислам Магомедов вместе с друзьями находились в районе отдела Центра по противодействию экстремизма МВД в Махачкале.

«Это установлено биллингом телефона одного из ребят», - заявил мужчина. Прокурор уточнил, кто проводил биллинг, но свидетель пояснил, что в данный момент не может это подтвердить документально.

Ислам Магомедов планировал 29 сентября 2016 года пойти на свадьбу друга и заранее просил подготовить его вещи, рассказала на суде его жена Яхсат Магомедова.

«Я сделала, что он просил, и вечером написала, ждать ли его к ужину. Он ответил, что едет в Каспийск с друзьями, и не знает, когда вернется. Я с ним постоянно была на связи, он присылал сообщения о том, что доехал, и они начали погрузку цемента. Последний раз, когда я ему позвонила, он сказал, что они возвращаются, и попросил его не беспокоить пока, так как «их остановили, один из мешков с цементов выпал и им его надо поднять». На этом связь прервалась, и я больше не смогла до него дозвониться. Но на его телефоне была установлена специальная программа, по которой можно отследить местонахождение телефона. Последний адрес показывал на Шамиля, 46 в Махачкале. Вечером 29 сентября на мой телефон пришло СМС, что абонент вновь появился в сети, но дозвониться больше я до него не смогла», - рассказала девушка. Она также добавила, что Ислам оставил свою машину у спортзала.

Мать Ислама Магомедова Умрайха Гасанова сообщила в суде, что Ислам был ее единственным сыном, и она всегда знала, чем он занимается. Женщина признана представителем обвиняемого по делу.  

«В тот вечер был туман, шел дождь. Дорога была скользкой, поэтому я переживала, что с ним что-то может произойти в пути. Я постоянно узнавала, где он находится. Он успокоил меня, что все в порядке и скоро вернется. Но когда он не вернулся под утро, я сразу обратилась в полицию», - рассказала она.

«Программа показывала, что он в районе Шамиля, 46. Это рядом со зданием ЦПЭ. Недалеко находится отдел полиции по Советскому району Махачкалы. Поэтому мы написали заявление и туда. Полицейские приняли наше заявление», - отметила Гасанова.

По ее словам, когда они находились у здания ЦПЭ, к ней подходил один из сотрудников, который сказал, что ее сын задержан по подозрению в перевозке оружия, а потом ей сообщили, что Ислама в тяжелом состоянии «увезли в неизвестном направлении».

«Когда появилась информация об убитых восьми дагестанцах, которые якобы готовили теракт в Чечне, мы сразу отправились на то место, где машины были обстреляны. Мы увидели, что машины не стояли друг за другом, как говорили на суде полицейские. Они стояли параллельно друг другу. Машины полностью выгорели, а номера кузова были вырезаны. Никакой лунки от взрыва гранаты там не было. Мы разговаривали с людьми, которые живут недалеко от этого места. Они видели войну и сказали, что была односторонняя стрельба, никакой перестрелки не было», - рассказала мать обвиняемого.

Признанные потерпевшими сотрудники полиции рассказывали 26 ноября 2019 года в суде, что из машины была брошена граната, и кто-то из них потерял сознание, а кто-то был оглушен.

Гособвинитель уточнил у допрашиваемой, является ли она специалистом в области взрывотехники. «У вас есть соответствующее образование, позволяющее сделать выводы, что должна была быть там воронка или нет?» - спросил прокурор.

«О том, что там была воронка, написано в материалах дела. Наша ошибка в том, что мы тогда не фотографировали местность», - ответила она. 

Она добавила, что не верит в версию обвинения. «Если мой сын в чем-то виноват, то нужно было задержать его и показать, в чем он виновен, а не устраивать самосуд», - сказала женщина.

На этом в судебном заседании был объявлен перерыв до 6 февраля.

Денисенко: необходимо установить и осудить похитителей

Если будет доказан факт похищения всех восьмерых дагестанцев, то это может служить поводом для вынесения оправдательного приговора, сказал корреспонденту «Кавказского узла» после суда адвокат международной правозащитной группы «Агора» Сергей Денисенко, представляющий интересы обвиняемых.

«Но доказательствами того, что все восемь человек были похищены, мы не располагаем. На суде выступил свидетель, который видел, как были похищены только трое обвиняемых. Свидетелей же похищения остальных пятерых пока нет. Правоохранительные органы отрицают факт похищения. Поэтому необходимо установить и осудить похитителей. Только это суд может расценить как неоспоримое доказательство», - отметил он.

После исчезновения Гашима Узданова правоохранительные органы не проводили никаких действий в его доме, рассказала корреспонденту "Кавказского узла" его мать Аида Узданова.

«Он не состоял на учете. Когда я говорила сыну, что волнуюсь за него, он успокаивал меня. Говорил, что нет никакого повода для волнений, что он даже не состоит на учете», - отметил она.

Никто из родственников не верит в то, что Ислам Магомедов мог пойти на какое-то преступление, сказала корреспонденту «Кавказского узла» Умрайха Гасанова. «Сын ездил в Турцию с семьей на лечение. После возвращения его поставили на профучет. Но он всегда осуждал какое-либо насилие. В 2015 году он ездил в хадж. Он с детства молился, в раннем возрасте выучил Коран», - отметил она.

По ее словам, тела погибших парней так и не переданы родственникам. «В сгоревших машинах тел не было, были лишь отдельные фрагменты», - отметила она.

Комментариями сторон процесса относительно сведений, изложенных родственниками обвиняемых, "Кавказский узел" пока не располагает.

"Кавказский узел" ведет хронику вооруженных инцидентов, нападений, взрывов и похищений людей в Дагестане.

Автор: Расул Магомедов; источник: корреспондент "Кавказского узла"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях Telegram и WhatsApp. Номер для Телеграм и WhatsApp +49 1577 2317856.
Лента новостей

29 мая 2020, 03:01

29 мая 2020, 01:50

29 мая 2020, 00:46

  • Условия в приграничном лагере в Дагестане дали повод для жалоб

    Вторая группа азербайджанцев, которые не могли выехать из Дагестана после закрытия границы из-за пандемии коронавируса, отправилась на родину. В палаточном лагере, где вынуждены находиться ожидающие отправки домой граждане Азербайджана, не хватает мест, жарко, невозможно принять душ и плохо кормят, рассказали постояльцы.

28 мая 2020, 23:46

28 мая 2020, 23:09

  • "Новая газета" ответила на коллективное письмо родных боевиков в Чечне

    После публикации статьи "Наш папа в плену" власти пообещали следить за случаями нарушения прав родственников бывших боевиков в Чечне. Силовики навестили такие семьи и записали жалобы, отметила автор статьи Елена Сокирянская в ответе на коллективное письмо, опубликованное в республиканских СМИ.

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей