16 лет со дня похищения Башира Муцольгова (фото)
На фото: Башир Муцольгов, середина 90-х, студенческие годы.
16 лет назад, 18 декабря 2003 года, у ворот собственного дома в г. Карабулак, был похищен мой младший брат, учитель Башир Муцольгов. Уголовное дело о его похищении было возбуждено спустя почти две недели, а затем, список успехов следствия по расследованию этого преступления, закончился. Вот уже 16 лет, оно не продвинулось не на шаг. Практически все, что стало известно о событиях тех трагических дней, было установлено нами самими, его родными и близкими.
До сих пор, похищенными и пропавшими без вести, числятся сотни наших земляков, 226 из них, бесследно исчезли на территории республики и за ее пределами, только с 2002 года. Судьба около 170 жертв похищений в ходе трагических событий Осени 1992 года в ингушских селах Пригородного района, г. Владикавказ и Северной Осетии, так же до сих пор остается тайной за семью печатями. По фактам почти всех исчезновений, возбуждались уголовные дела, но их расследование приостановлено. По версии следствия, не возможно установить лиц, совершивших эти преступления. Получается нет ничего «особенного» в том, что в материалах многих уголовных дел есть прямые доказательства участия в совершении этих похищений сотрудников силовых структур и спецслужб. Как и любой здравомыслящий человек, я уверен, не может следствие и властные органы стать беспомощными именно на этих 400-ах похищенных, да ни в коей мере не должны и не имеют права.
Уголовное дело, возбужденное по факту похищения моего брата, приостановлено, и это несмотря на множество доказательств и улик в материалах дела, а так же вступившее в силу решение ЕСПЧ, прямо и косвенно обличающие преступников. У следствия есть множество доказательств, подтверждающих причастность к похищению Башира сотрудников спецслужб, между прочим, в том числе и фоторобот руководившего похищением офицера. Но напоминают мне эти «сыскари» одну бабушку, родственницу моего знакомого, которая все время причитала, типа очень плохо слышит, но вот, по странному совпадению, слышать ей не «удавалось» только то, что явно не входило в ее планы.
Многие родных жертв похищений и бесследных исчезновений, отчаялись и бросили, на их взгляд, абсолютно «безнадежные дела», но есть и такие, которые исчерпав все возможности российского правосудия, разочаровавшись в нем, обратились в Европейский суд по правам человека. За последние годы ЕСПЧ вынес множество решений по делам о насильственных и бесследных исчезновениях жителей Северного Кавказа и если я не ошибаюсь, счет идет уже на сотни. Коснулись эти решения и жителей Ингушетии. Органы власти нашей страны, исполняют их, лишь в части выплаты компенсации морального вреда, а вторая, самая важная часть, зачастую так и остается не исполненной. И новости о новых решениях ЕСПЧ, вынесенных по такого рода делам, появляются с завидной периодичностью. И к огромному сожалению, а в этом я уверен, о таких решениях нам еще придется слышать не раз. Это не удивительно, общее число похищенных, или пропавших без вести на Северном Кавказе, чья судьба так и не была установлена, за последние четверть века, по различным данным, составляет от 7 до 8 тысяч человек.
А тем временем, родные жертв похищений, их родители и уже повзрослевшие дети, продолжают жить с надеждой на то, что похищенные вернутся домой, ну или когда-нибудь они все-таки узнают о судьбе родного им человека хоть что-то. Некоторые из них, уходят из жизни, так и не узнав ничего, как например моя мама или отец похищенного 13 лет назад Ибрагима Газдиева, сильный духом Мухамед Газдиев.
Так и не дождавшись от следственных органов ясности в похищении Башира, в начале марта умерла наша мама. Именно она привила мне с детства обостренное чувство справедливости. Мои родители всегда поддерживали меня в этой жизни. Всевышний и эти два человека единственные, кому я должен быть благодарен и обязан за все, что у меня есть в этой жизни. Именно поэтому, мне тяжело осознавать, что ни я, ни следствие, так ничего и не добились, для того, чтобы найти моего похищенного брата. В отличии от следствия, сделали мы немало, но главное ни что вы делаете, главное результат. Понятно, у меня нет особых ресурсов, но у государственной правоохранительной системы, не может быть никаких оправданий. Хотя бы только потому, что это не единичный случай. Только в Ингушетии несколько сотен похищенных и пропавших без вести людей. Единственной дочери моего брата, на момент его похищения, было всего 4 месяца, а сейчас ей уже исполнилось шестнадцать лет. У сотен жертв похищений тоже остались дети, которые не видели своих отцов, это целое поколение, у которого, вместе с их родителями, преступники в погонах украли счастливое девство, а возможно и светлое будущее.
Безнаказанность и вседозволенность порождают произвол отдельных силовиков и вороватых чиновников, и, как следствие, порождает недоверие населения к власти, ко всем институтам власти.
Я никогда не устану повторять, что для расследования необходима политическая воля людей, находящихся у власти, ведь проблема «слепоты» и «глухоты» следствия, к сожалению, находится не в правовом поле, а исключительно в политическом. В руках вороватых политиков, не останавливающихся ни перед чем и не перед кем, в достижении своих корыстных целей и реализации своих амбиций. Нам явно не хватает порядочных политиков и людей во власти, но для того, чтобы они все-таки появились, нам нужны неравнодушные граждане, чтобы искоренить всю коррумпированную систему, тогда, мы возможно жили бы богато и счастливо в правовом государстве.
