Будут ли описывать современную историю в новом учебнике?
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.
В Осетии продолжают обсуждать новость о новом учебнике по истории края. Послушала интервью с автором этой инициативы - депутатом парламента республики Сосланом Дидаровым.
Зацепила пара моментов. Отвечая на вопрос, в какой идеологии будет написана книга, Дидаров сказал, что об идеологии можно было бы говорить, если бы в книге описывалась современная история, а вот за описание прошлого переживать нечего, какие могут быть с этим проблемы?
Тук-тук, у меня новость для депутата - проблема есть. Прошлое можно пересказывать бесконечно вариативно. Неужели это новость для политика? Пример как изменился учебник России:
Было в старом учебнике
«5 марта 1953 года умер И. В. Сталин. К концу жизни этот человек достиг зенита могущества, возведя на крови и беззаветном энтузиазме десятков миллионов людей вторую по мощи мировую державу».
Стало в новом
«Со смертью И. Сталина 5 марта 1953 г. закончилась целая эпоха в жизни страны. Уход из жизни многолетнего лидера государства вызвал у большинства советских людей растерянность, страх, искреннее горе. Неоднозначной была реакция в мире. Наряду с сожалением и обычными в таких случаях выражениями скорби простых людей, симпатизировавших Советскому Союзу и его лидеру, многие газеты и журналы проамериканской ориентации именовали умершего вождя тираном, диктатором. Однако чаще всего вспоминали о роли Сталина в победе над Германией и освобождении мира от нацистской угрозы».
Или вот моё любимое. Было:
«Был провозглашен курс на гласность, т.е. на контролируемое сверху смягчение цензуры над средствами массовой информации, ликвидацию "спецхранов" в библиотеках, публикацию ранее запрещенных книг и т.п. Однако вскоре выяснилось, что партаппарат, давно утративший свою гибкость и адаптационные возможности, не способен удержать поток свободного слова в русле официально подтвержденного "социалистического выбора"».
Стало:
«В условиях, когда все цензурные ограничения были сняты, а государство фактически самоустранилось от контроля СМИ, на граждан СССР обрушилась лавина деструктивной и враждебной информации. Это преподносилось как "свобода слова"».
Второе, что показалось интересным - Дидаров опасается описания в учебнике событий после 1991 года, то есть хотел бы остановиться в новом учебнике на том же самом моменте, где оканчивается существующий учебник истории. Вопрос - а зачем вообще нужен нам новый учебник, если есть уже готовый до 1991 года, а идеологию добавлять вы типа не собираетесь?
Свое мнение не писать учебник дальше 91 года Дидаров аргументирует тем, что для того, чтобы оценить исторические события, должно пройти больше времени. Честно говоря, разумно - глядя на людей вокруг очень даже верится, что осознать происходящее у них ещё не скоро получится. Потом - сегодня так стремительно всё меняется, всё попадает под запрет, кого-то ещё вчера можно было упоминать, а сегодня только со сноской о вражеском статусе - в общем проблем не оберёшься и ещё замучаешься извиняться или перепечатывать тираж с каждым новым законом. Ей богу, лучше деревья поберечь.
