Дебош на телевидении

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

12 февраля страна проведет торжественную церемонию инаугурации избранного президента Абхазии Сергея Багапш. Это событие станет окончательной точкой в затянувшемся предвыборном марафоне, который стоил всем нам немалого нервного напряжения. Наша выборная эпопея стала во многом уникальной не только на пространстве бывшего Советского Союза, но и в общемировой практике.

Драматичный накал страстей, лавинообразное развитие событий, полшага до пропасти и... голливудский хэппи-энд. История, достойная экранизации на знаменитой "Фабрике грез". Действительно, нечасто такое, в общем-то, обыденное во многих странах событие, как выборы, изобилует столь неожиданными сюжетными поворотами. Об этих событиях написано, сказано и показано немало. Поэтому у читателя может возникнуть вполне логичный вопрос - а стоит ли возвращаться к пройденному, тем более, что путь этот едва завершен, и эмоциональный накал еще не успел как следует остыть.

Наверное, стоит, ибо, несмотря на все сказанное и показанное, очень многое осталось за кадром телеобъективов и за рамками газетных статей. Мы, журналисты, исходя из принципа "не навредить", часто ограничивались парой скупых фраз, рассказывая о событиях, достойных более широкого обозначения. Но ведь наши читатели имеют право узнать в подробностях, как это было. Это не только интересно, но и весьма полезно. Потому что из многого надо извлечь уроки. Чтобы впредь избегать крайностей. Чтобы не повторять ошибок и обезопасить свое будущее. Сегодня - наш первый рассказ из цикла "история в деталях".

Под утро в городе прогремел взрыв. Грохот особо отчетливо был слышен в районе Красного моста и Турбазы, в центре Сухума. А утром стало известно - кто-то взорвал один из блоков трансформатора, обеспечивающего электроэнергией телецентр. Впрочем, у вооруженных сторонников Сергея Багапш, за пару дней до этого взявших телецентр под свой контроль, сомнений в том, кто это мог сделать, не было никаких. "Конечно же "хаджимбисты", а кто еще?" - возмущенно ответил мне на этот вопрос полноватый парень с автоматом, куривший у проходной на въезде в телецентр.

У входа на территорию грелись на осеннем солнышке несколько десятков автоматчиков. Они лениво переговаривались, делились друг с другом сигаретами. У передвижных металлических ворот прямо на земле стоял пулемет, тупо и хищно глядя стволом на дорогу за оградой".

"Здорово, братцы, где тут у вас чего взорвали?", - обратился я к хмурым и небритым парням в камуфляже, как можно проще формулируя вопрос.

Мне охотно объяснили, даже вызвались провести и показать, не забыв при этом потребовать, чтобы я обязательно указал в статье - трансформатор взорвали "хаджимбисты".

"Посмотрим..., - уклончиво ответил я и постарался увести разговор в сторону от болезненной и опасной темы отношений между "хаджимбистами" и "багапшистами": - А чего это вы не доглядели? Вроде, стоите тут по периметру, вроде, охраняете".

"А трансформатор за оградой, - ответили мне. - Они устройство с часовым механизмом еще днем установили. А мы не заметили. Мало ли народу ходит рядом с этой будкой? Она же у самой дороги. Но у них все равно ничего не получилось. Взрывчатку свою под самый блок подсунуть они не рискнули - там же тысячи вольт напряжения. Положили рядом. Поэтому и ущерб небольшой. Мы уже все восстановили".

У самого трансформатора о недавнем взрыве свидетельствует лишь груда битых кирпичей. Слова "багапшиста" о восстановлении трансформатора подтверждало мерное электрическое жужжание блоков. Сфотографировав в разных ракурсах место происшествия, я отправился обратно в телецентр за комментарием к случившемуся от кого то из руководства АГТРК.
 
К этому времени, как было видно, настроение вооруженных сторонников Сергея Багапш поменялось, и далеко не в лучшую сторону. Первым, кому пришлось почувствовать на себе скверное расположение духа багапшевских автоматчиков, стал Гиви Камугович Агрба. Народного генерала молодые люди с автоматами на территорию телецентра не пустили, посоветовав пожилому человеку "побыстрее отсюда уехать".

"Ребята, я всего лишь хочу дать объявление", - пытался объяснить моло-ым людям Гиви Камугович.

"Знаем мы ваши объявления - сыты ими по горло! - парировали сторонники Багапша. - Объявление он хочет дать. Лучше тебе, Камугович, уехать отсюда!".

И Камугович уехал. Сторонники Багапша почему-то были уверены, что Гиви Агрба готовит им какой-то подвох. Уже потом выяснилось, что намерения Гиви Камуговича были чисты. У него накануне умер родственник, и он действительно хотел дать объявление о его смерти.

Между тем, часть вооруженных "багапшистов" направилась, от проходной к входу в здание телецентра. Там явно наблюдалось какое-то оживление. Оставшиеся у проходной на повышенных тонах обсуждали между собой пагубную роль прессы и, в частности, телевидения, во всех происходящих в последнее время событиях.

"Ребята, можно я вас сфотографирую для газеты?" - обратился я к ним. "Для какой газеты?" "Чегемская правда"? "Не надо нас фотографировать! Иди лучше сфотографируй трансформатор, который "хаджимбисты" взорвали!". "Я его уже сфотографировал". "Ну, вот и хорошо! Сделал дело, гуляй смело! Теперь иди отсюда!". В это время со стороны здания телецентра раздались выкрики.

Подойдя к входу в телецентр я увидел следующую картину: во дворе стояли человек десять телевизионщиков, рядом с ними - двое ребят с автоматами. Из открытого окна на третьем этаже доносились выкрики: "Быстро собирай своих людей и начинай работать! Немедленно включайте аппаратуру и выходите в эфир. Даю вам десять минут!"

В ответ послышалось невнятное бормотание, которое было прервано какой-то возней, после которой вновь раздалось: "Хватит издеваться над нами! Я еще раз тебе говорю - собирай людей и немедленно выходи в эфир. Я еще раз тебе говорю!"

"Это в кабинете нашего директора, Гурама Амкуаб, - пояснила одна из телевизионщиц. - Там с ним еще и Кристиан Бжания. Утром позвонил Нодар Хашба и запретил выходить в эфир. Мы обязаны подчиняться распоряжениям главы правительства. А эти требуют, чтобы мы начинали работать".

Неожиданно крики наверху прервала стрельба из автомата. Раздалось несколько одиночных выстрелов. Из здания выбежала заплаканная девушка и, сбегая вниз по ступенькам, обращаясь к своим коллегам на площадке перед входом в телецентр, прокричала: "Ребята, там наших бьют!".

"Вы стойте здесь, а я схожу посмотрю, что там происходит", - сказал один из автоматчиков и, поднявшись по ступенькам, скрылся в дверях.

Однако команду "стоять здесь" в этой ситуации исполнять никто не собирался, тем более, что непонятная суета на втором этаже, судя по доносившимся из окон звукам, набирала обороты. Через минуты полторы у дверей в кабинет директора образовался затор из взволнованных телевизионщиков, пытавшихся пройти вовнутрь и вооруженных "багапшистов", пресекавших эти попытки.

В коридоре второго этажа между вооруженными людьми и сотрудниками телевидения развернулись настоящие словесные баталии: "Вы объявили нас предателями, - предъявляли свои претензии бойцы, - вы вели народ к столкновению. Вы тоже виноваты в том, что у нас происходит".

"Ребята, что вы делаете? - пытались успокоить их телевизионщики. - Ведь у нас многие - на вашей стороне. А теперь... Как мы будем объяснять вашу правоту?! Нельзя так действовать!"

Эти споры еще пару раз прерывались одиночными выстрелами в директорском кабинете. После очередного хлопка из кабинета вышел парень в камуфляже и, весело оглядев встревоженных людей в гражданском, успокаивающе произнес:

"Успокойтесь, ребята. Что за истерика? Никто не убит. Никто не ранен. Пострадавших нет..."

Посчитав, что эта информация является вполне исчерпывающей, и теперь народ просто обязан успокоиться, он повернулся и зашел обратно.

И в самом деле, шумиха за дверью поутихла. Вняв просьбам вооруженных людей не толпиться в коридоре, многие присутствующие вернулись во двор телецентра. Как раз в это время сюда подъехал известный сторонник Сергея Багапш, легендарный командир времен войны Заур (Лакут) Зарандия. Он энергично поднялся по ступенькам, оценивающим взглядом оглядел притихших людей во дворе и, повернувшись к камуфлированным автоматчикам, коротко бросил: "Кто стрелял?!"

Здоровые ребята, еще совсем недавно казавшиеся необузданными буянами, окончательно притихли, уставившись себе под ноги, словно провинившиеся школьники перед строгим учителем.

"Кто стрелял, я спрашиваю?", - настойчиво повторил Зарандия, не вынимая рук из карманов дубленки, словно демонстрируя, что никуда не спешит и намерен обязательно дождаться ответа на свой вопрос.

"Лакут, они сами виноваты...", - начал было один из автоматчиков...

"А вы что, решили здесь виноватых искать?! - перебил его Лакут. - Вас что, для этого сюда поставили?! Кто вам дал такую команду?! Вы что здесь, с ума все посходили?!"

Пока Лакут Зарандия ругал автоматчиков и успокаивал телевизионщиков, обещая им, что такое больше не повторится, к телецентру подъехала машина с местными и российскими журналистами. Стало ясно, что инцидент окончательно разрешен.

Через некоторое время мы с редактором "Чегемской правды" Иналом Хашиг отправились в штаб Сергея Багапш, надеясь получить официальный комментарий насчет утреннего происшествия на телевидении. К великому нашему удивлению выяснилось, что находившиеся здесь функционеры штаба даже не в курсе произошедшего. По крайней мере, в ответ на наши взволнованные монологи о недопустимости подобных действий в отношении журналистов, они изумленно вытаращили глаза, - мол, "а что вообще случилось?"

Через пару часов стало известно, что вооруженная охрана телецентра, явно-превысившая свои полномочия, получила нагоняй не только от Лакута Зарандия, но и от Александра Анкваб и Станислава Лакоба. Руководители штаба Багапш принесли телевизионному начальству свои извинения, пообещав укрепить дисциплину в рядах своих вооруженных сторонников.

А дебош на телевидении занял достойное место в цепи драматических событий последних месяцев 2004 года. Уже потом был "хаджимбисский" штурм Верховного Суда, "багапшистское" "разблокирование комплекса правительственных зданий", идеологическая война между "традиционным" и "альтернативным" телевидениями, величайшее напряжение 6 декабря - дня несостоявшейся инаугурации... И по-рождественски счастливое завершение тяжелейшего в послевоенной истории Абхазии политического кризиса. И к тому, как это было, мы еще не раз вернемся...

Микаэл Нерсесян

Опубликовано 1 февраля 2005 года