Юристы оценили перспективы обвинений против Лейлы Гиреевой

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Обвинения в краже, выдвинутые родственниками, зачастую не доходят до суда и не помогают вернуть в семью сбежавших девушек, но в случае уроженки Ингушетии Лейлы Гиреевой такое обвинение может стать препятствием для выезда девушки за границу, указали опрошенные "Кавказским узлом" юристы и правозащитники. 

Как писал "Кавказский узел", 18-летняя Лейла Гиреева заявила в полицию о регулярном насилии со стороны родителей. Девушка попросила обезопасить ее от родственников, которые, как она утверждает, могут покалечить или убить ее. 15 декабря стало известно, что полиция Ингушетии проверяет заявление Гиреевой о насилии, ход проверки находится на особом контроле в прокуратуре. 

Лейла Гиреева калегорически отвергает все обвинения в краже. "По словам Лейлы, обвинения матери выдуманы, чтобы вернуть ее домой. Факт кражи она отрицает", - заявила "Кавказскому узлу" представитель Кризисной группы СК SOS Александра Мирошникова. 

Обвинение в краже, выдвинутое родственниками, часто служит формальным поводом для розыска сбежавших из дома совершеннолетних девушек и женщин, отмечает дагестанская журналистка, основательница правозащитной группы "Марем" Светлана Анохина.

"Когда родственники разыскивают девушек, часто пишут, что пропала с большой суммой денег. Чуть раньше они говорили, что девушка пытается убежать в Сирию, понимая, что в этом случае на ее поиски бросится намного больше людей, ею займутся более серьезные конторы. В случае с дагестанскими беглянками родители говорили это на словах, это было формальным поводом держать их на границе", - заявила она "Кавказскому узлу".  

Анохина не припоминает случаев, когда родственникам удавалось добиться возвращения беглянок с помощью обвинений в краже.

"Возможно, когда девушка бежит одна, это может сработать, но когда она бежит при помощи организации, то подключаются серьезные юристы, адвокаты, человек снимается с розыска. Я не помню, чтобы дело дошло до судебного разбирательства. Мы все прекрасно понимаем, как все обстояло бы, если бы девушку задержали и вернули в Ингушетию: родители отказались бы от претензий, сказав "ой, деньги нашлись". Я также не помню, чтобы родителей наказывали за ложный донос, хотя это же тоже статья", - подчеркнула она.

Президент Центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем "Кавказ. Мир. Развитие" Саида Сиражудинова также не смогла припомнить случая, когда обвинение в краже помогло вернуть домой сбежавшую девушку. 

"Обычно просто объявляли в розыск, договаривались с полицией. Известно около десятка случаев, когда даже совершеннолетних беглянок возвращали домой. В одном случае несовершеннолетнюю девушку убили после возвращения ее родителям. Есть и другой случай, когда девушка сбежала, пряталась, но через несколько месяцев ее все равно нашли и убили", - заявила она "Кавказскому узлу".

В целом, по словам Сиражудиновой, родственникам очень часто удавалось возвращать домой сбежавших девушек. "Лет пять-десять тому назад успешных побегов было мало. Сейчас их намного больше благодаря тому, что больше стало информации о помощи от известных правозащитных инициатив, беглянки зачастую находят помощь и спасение. И только благодаря успешным побегам общество услышало об этой проблеме", - отметила она.

Уголовные дела, заведенные по заявлению о кражах со стороны родственников, встречаются в юридической практике часто, однако расследовать их проблематично, констатирует московский адвокат Евгений Черноусов. "В моей практике было несколько таких дел, и они не завершались тем, что суд определял виновного после эффективного расследования. Чаще всего такие дела даже не доходили до суда, потому что крайне сложно доказать принадлежность предмета спора, если это не машина, например. Если мы говорим о драгоценностях, то члены семьи могут подтвердить принадлежность этой вещи конкретному человеку, но с другой стороны, это оспаривается, если другие родственники говорят об обратном", - рассказал он "Кавказскому узлу".

Он отметил, что обычно такие споры решаются между родственниками, а если они не находят компромисс, то дела могут расследоваться долго.

"В случае с этой девушкой цель не в расследовании дела, а в том, чтобы под предлогом допроса заманить ее в республику, где ее будут ждать родственники. Возможно, после этого все претензии к ней будут сняты, драгоценности будут найдены в одном из шкафчиков. О смягчающих обстоятельствах говорить даже не стоит, хотя совершение преступления под влиянием тяжелых жизненных условий может быть смягчающим обстоятельством", - добавил юрист. 

Уголовное дело может помешать Лейле Гиреевой покинуть территорию России, обратил внимание московский адвокат Захар Лебедев. 

"Если дело уже заведено и у нее статус подозреваемой или обвиняемой, то на нее могут наложить ограничения на выезд за границу, но по решению суда этот запрет могут оспорить и добиться снятия. Если она дала подписку о невыезде, она не сможет покинуть страну, пока это дело не закроется", - сказал он "Кавказскому узлу".

Особый контроль прокуратуры над ходом проверки по заявлению Гиреевой о домашнем насилии вряд ли приведет к ускорению процедур, "особый контроль" чаще всего имеет формальный характер, отметил Лебедев. 

"В таких случаях закон требует безотлагательной реакции - в течение трех дней с момента регистрации заявления. Но дело в том, что есть много лазеек, и все равно правоохранительные органы дают ответ в течение 30 дней, как и в остальных случаях, ссылаясь на необходимость многочисленных проверок по заявлению", - пояснил юрист. 

* 21 марта Тверской суд Москвы запретил в России деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) в связи с экстремистской деятельностью.