Потерпевшего по делу о рабском труде в Калмыкии возмутил условный срок фермеру

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Суд вынес слишком мягкое наказание фермеру из Калмыкии за насильственное удержание на своей ферме  жителя Ставропольского края для работы, заявили потерпевший и его мать. Правозащитники считают, что следует обжаловать решение суда.

Как писал "Кавказский узел", 3 сентября стало известно о передаче в суд дела жителя Яшкульского района Калмыкии, который обвинен в том, что незаконно удерживал на животноводческой стоянке ставропольчанина. В конце ноября суд признал его виновным в насильственном удержании на своей ферме жителя Ставропольского края для работы. Подсудимый признал вину и получил год ограничения свободы.

Потерпевший Дмитрий Бурцев отнесся к решению суда негативно, но пока не решил, будет ли он обжаловать приговор. "В суде мои интересы представляли юристы из "Альтернативы", я еще не говорил с ними. За все это время мы три-четыре раза общались. Они занимались судебными делами", –  рассказал потерпевший корреспонденту "Кавказского узла".

По его словам, он сейчас передвигается на костылях, опираясь на одну ногу. "Сижу на одной стороне. Лежать уже могу нормально. Врачи ничего не говорят – только в общих чертах. Сказали, что буду ходить без костылей, но для этого нужно время. Восемь месяцев  не могу документы на инвалидность оформить", – сказал ставропольчанин.

Год ограничения свободы – непомерно мягкое наказание для фермера, который удерживал на животноводческой стоянке Бурцева и нанес ему серьезные травмы, когда тот попытался сбежать, считает мать потерпевшего Татьяна Бурцева. При этом она посетовала на качество следствия.

"Сын до сих пор не может ходить без костылей, а этому фермеру дали год условно. Это абсолютно неадекватное наказание. С другой стороны, я была уверена, что следователи ничего не докажут. К нам они приводили трех свидетелей, которые якобы видели, как мой сын ходил по Астрахани, сидел там на скамейке, угощал кого-то сигаретами. Даже если представить, что он в течение суток был в шоковом состоянии, то ходить, сидеть с переломом таза попросту невозможно. Потом они обнаружили кровь в машине, а позже выяснилось, что это кровь хозяина автомобиля. Были у меня споры со следователями и по поводу одного из протоколов, потому что наши с сыном слова они не совсем точно записали", – рассказала Бурцева корреспонденту "Кавказского узла".

Сын до сих пор не оформил инвалидность, врачи "гоняют из кабинета в кабинет", – рассказала мать. «Когда я в последний раз была у терапевта, чтобы уже окончательно оформить инвалидность (сыну), он направил к хирургу. Я сейчас температурю после прививки. Когда температура спадет, буду записываться к хирургу. Если он в очередной раз пошлет еще к кому-нибудь, то я уже не знаю, что делать. Какой-то замкнутый круг", – посетовала Бурцева.

Мягкий приговор фермеру может указывать на "заинтересованность каких-то лиц", сказал корреспонденту "Кавказского узла" руководитель движения "Альтернатива" Олег Мельников. "Гуманность суда в Калмыкии просто поражает. Вина осужденного была полностью доказана, Бурцев по-прежнему с трудом передвигается и из-за этого до сих пор не может оформить инвалидность. Никакой компенсации ни ему, ни его семье не выплачено [...]  Наш юрист будет связываться с Бурцевым, и мы вновь будем думать, как ему помочь", - сказал правозащитник.

Решение суда следует обжаловать, считает он. "Этот приговор показывает, что можно удерживать в рабстве и эксплуатировать кого угодно и при этом не получить за преступление никакого срока. Думаю, после разговора с Бурцевым мы обязательно обжалуем решение суда. Но нам надо будет найти адвоката, который будет представлять интересы потерпевшего на месте. К сожалению, из Москвы это сложно делать", - отметил Мельников.

Приговор суда по делу Бурцева нельзя назвать типичным, потому что "следователи вообще редко возбуждают дела по уголовным статьям о незаконном лишении свободы и торговле людьми" (статьям 127 и 127.1 УК РФ), констатировал он. При этом "за последнюю неделю суды вынесли несколько подобных приговоров", добавил он. "Недавно суд в Санкт-Петербурге оштрафовал на десять тысяч людей, которые удерживали в рабстве инвалидов и заставляли их попрошайничать. А в Москве суд назначил гражданину России – выходцу из Нигерии и гражданке Нигерии два года колонии-поселения за торговлю людьми. В России за кражу более, чем на тысячу рублей, можно получить наказание серьезнее, чем за удержание человека в рабстве", - рассказал правозащитник.

Гражданский иск о возмещении морального вреда и материального ущерба, как правило, подается в суд отдельно, не в рамках уголовного дела, рассказала корреспонденту "Кавказского узла" юрист "Альтернативы" Арина Файрушина. "Иск можно включить в апелляцию, но, как правило, его подают отдельно. Потому что вопрос компенсации – это вопрос гражданско-правового характера, а вопрос наказания, ограничения или лишения свободы – это уголовно-правовой процесс. Когда мы получим документы, я буду знать, что просили и что получили. И с учетом этого уже будем готовить апелляцию", – сказала юрист.