В распространении записи оперативного видео в Ингушетии заподозрен сотрудник угро

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Оперативное видео, после которого была убита попавшая в кадр женщина, распространил сотрудник уголовного розыска, сообщил источник в МВД Ингушетии. Статья, по которой наказываются виновники утечки подобных материалов, может быть ужесточена вплоть до обвинения в содействии в убийстве, считают опрошенные "Кавказским узлом" юристы.

Как писал "Кавказский узел", следователи возбудили дело о нарушении неприкосновенности частной жизни в связи с убийством девушки, попавшей на кадры оперативной съемки в Ингушетии. 27 февраля запрос на имя главы Следкома России направила депутат Госдумы России Оксана Пушкина с требованием отчитаться о расследовании утечки оперативного видео. Она также призвала религиозных деятелей и руководство кавказских регионов категорически осудить "убийства чести". Правозащитники настаивают, чтобы дело об утечке оперативного видео должно быть расследовано по статье о халатности. 29 февраля Следственное управление Следственного комитета по Ингушетии сообщило о задержании подозреваемого в утечке оперативного видео.

В распространении записи подозревается оперативник уголовного розыска, сообщил корреспонденту "Кавказского узла" 3 марта источник в МВД Ингушетии.

Следственное управление Следственного комитета России по Ингушетии в опубликованном 29 февраля релизе сообщило, что "по факту появления в общедоступных социальных сетях и интернет-мессенджерах видеозаписи, произведенной сотрудником полиции" установлен и задержан 32-летний житель республики. При этом не уточняется, является ли задержанный сотрудником правоохранительных органов.

По мнению юриста организации "Правовая инициатива" Татьяны Саввиной, уголовное дело по факту распространения оперативной видеозаписи в Интернете может быть возбуждено по статье 137 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение неприкосновенности частной жизни).

"Действия тех, то выложил оперативное видео в Интернет, должны быть квалифицированы не только как нарушение частной жизни с использованием служебного положения по части 2 статьи 137, так как в этих действиях имеются признаки и других преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом РФ. В частности, это часть 2 статьи 293 - халатность, которая повлекла смерть человека. За это преступление предусмотрено до пяти лет лишения свободы и плюс к тому сопутствующие наказания - лишение права занимать определенные должности и так далее", - сказала она корреспонденту "Кавказского узла", добавив, что возможно даже обвинение в содействии в убийстве.

При этом, по словам Саввиной, суд по части 2 статьи 137 УК РФ может назначить наказание в виде штрафа и даже не дать дополнительного наказания. "И человек может затем продолжить служить в правоохранительных органах", - пояснила она.

Саввина рассказала, что семью убитой женщины представляет адвокат, сотрудничающий с "Правовой инициативой". "Мы сделают всё возможное, чтобы были наказаны те люди, которые допустили утечку видео", - заявила она.

Юрист предположила, что утечка видео была сделана специально, "потому что должностные лица, которые сделали это, не могли не знать о последствиях, которые наступят".

По словам руководителя "Центра защиты СМИ" Галины Араповой, уголовных дел в случаях, подобных произошедшему в Ингушетии, почти нет.

"Практически не было таких дел, когда привлекались бы должностные лица, лица, использовавшие служебное положение при нарушении информации о частной жизни. Вообще мало слышала, чтобы кого-то наказывали в случаях распространения оперативных съемок, в результате чего пострадал человек", - сказала она.

По словам Араповой, видеосъемки, проведенные в ходе оперативно-разыскных мероприятий, это материалы, которые должны быть конфиденциальными. "Их распространение может нанести вред как для последующего расследования, так и людям, которые фигурируют на кадрах оперативной съемки. Потому что все они находятся под презумпцией невиновности, ни в чем не обвиняются ещё. Вспомните, как МВД Дагестана выложило в телеграм-канал видео с изнасилованной девушкой. Как такое возможно? А в данном случае распространение в Ингушетии кадров оперативной съемки привели к внесудебной расправе над девушкой", - посетовала Арапова.

При этом Арапова назвал положительным фактом, что государство реагирует на нарушение частной жизни должностными лицами. "Потому что случаи, когда представители силовых структур передают кому-то, обнародуют оперативные видеосъемки, довольно часты. И крайне редко лиц, которые должны были хранить конфиденциальность, привлекают к ответственности. Они должны осознать такую ответственность за сохранение той информации, к которой они получили доступ благодаря свое работе", - подчеркнула она.

По ее мнению, суд может применить помимо основного наказания в виде штрафа или лишения свободы также дополнительное наказание, например, лишить права занимать определенную должность или лишить права заниматься определенной деятельностью. "Такое бывает часто. Если преступление совершено с использованием служебного положения, то суды применяют такие дополнительные виды наказания. Адвокаты потерпевших могут отдельно просить об этом суд", - отметила Арапова.

Какими-либо комментариями представителей потерпевшей стороны "Кавказский узел" пока не располагает.