Конфликт в Краснодаре поставил вопрос о возможности кровной мести

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Чечне и Дагестане исторически придерживаются разных принципов кровной мести, но за пределами республик этот обычай применяется не всегда, заявили опрошенные "Кавказским узлом" востоковеды.

Как информировал "Кавказский узел", в ночь на 21 августа в Краснодаре произошел конфликт, в котором, по данным следствия, участвовали не менее 30 человек. В перестрелке погиб местный житель, уроженец Дагестана Ильяс Ванатов, его похоронили в родном селе Туршунай. Еще два человека пострадали. 23 августа суд постановил арестовать троих подозреваемых, задержанных в Сочи, а 24 августа был арестован четвертый подозреваемый. Сегодня стало известно о задержании еще одного, пятого подозреваемого.

У чеченцев и дагестанцев нет общих принципов в вопросах кровной мести: в Чечне этот вопрос регулируется адатами, тогда как в Дагестане в основном придерживаются шариатских принципов, обратил внимание старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Михаил Рощин.

"В Дагестане кровная месть в том виде, в каком она есть в Чечне, отсутствует. Реагируют дагестанцы на такие инциденты не так, как чеченцы или ингуши, у которых кровная месть сохранилась. В Дагестане население в целом придерживается исламских принципов, ислам кровную месть однозначно осуждает, поэтому сложно предполагать, как поступят дагестанцы. В Чечне в таких случаях семья виновника, как правило, старается доказать непреднамеренность совершенного убийства. Виновник обычно какое-то время скрывается, затем собирается его родня и доказывает, что это случайно произошло. И эта процедура может длиться довольно долго", - рассказал востоковед корреспонденту "Кавказского узла".

Рощин не исключил, что на виновника инцидента может воздействовать авторитет Рамзана Кадырова, если глава Чечни сочтет нужным вмешаться в ситуацию. Он привел в пример ситуацию с ДТП, которое устроил уроженец Чечни в Москве.

"Тогда молодой чеченец совершил [ДТП], погибли люди. Он скрылся. Глава Чечни свое слово сказал, и человек этот сдался на законное разбирательство. Возможно, эта новая тенденция в Чечне может быть продолжена, поэтому интересно было бы узнать реакцию Кадырова", — отметил политолог.

Сам Михаил Рощин, говоря об инциденте в Краснодаре, больше склоняется к бытовой версии убийства, чем к версии, основанной на национальной подоплеке. Молодые люди вполне могли повздорить на почве употребления спиртного: выходцы из Чечни за пределами республики чувствуют себя свободнее, чем дома, и употребляют спиртное, которое дома себе не позволяли, отметил он.

Оснований связывать конфликт в Краснодаре с межреспубликанскими противоречиями политолог пока не видит. "Этот случай — лишь эпизод. Конечно, инциденты с убийством человека и применением огнестрельного оружия не каждый день бывают, но тем не менее, это похоже на бытовой конфликт, которые иногда происходят. Мне кажется, конфликт не связан с проблемой административных границ или спором об имаме Шамиле. В целом опыт соглашения Чечни с Ингушетии был учтен, и сейчас стараются избежать обострения на ровном месте", — резюмировал Рощин.

Кровная месть в XIX веке и начале ХХ века существовала на всем Северном Кавказе, от адыгов до народов Дагестана, отметил профессор Высшей школы экономики, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, кандидат исторических наук Владимир Бобровников. 

"Кровная месть существовала как обычай, адат, и в то же время имелись нормы шариата, которые регулировали ее применение по-своему. У горцев ответственность за убийство или увечье, как и за возмездие, ложилась не на одного человека, а на родственников виновников и потерпевших [соответственно]. Хотя осуществление возмездия было за одним из близких, все равно это была коллективная ответственность. А исламское право ограничивает ответственность только виновником, то есть ответственность индивидуальная, как и в нормах европейского права. В шариате это называется "кысас" — возмездие за физический вред, причиненный личности. Однако позднее, в ХХ веке, при советской власти все очень сильно изменилось", — рассказал он корреспонденту "Кавказского узла".

В Российской империи, а затем и в СССР, кровная месть во всех формах была запрещена. "Но при этом использовались порой правовые обычаи, восходящие и к адату, и к шариату: среди них примирение кровников, расселение в разные места и другие. Поэтому в принципе и ранее убийство не влекло обязательно объявление кровной мести, а так как в настоящее время выходцы с Кавказа — и чеченцы, и дагестанцы — живут вдали от своих территорий, то обычай кровной мести далеко не всегда применяется. И трудно сказать, как будет в этом случае", — сказал ученый.

Бобровников не исключил, что обострение отношений между Дагестаном и Чечней может вызвать и усиление конфликтов между представителями национальных общин за пределами республик. "Но нужно смотреть конкретно на условия развития той или иной ситуации", — добавил он.