В Ингушетии сотрудники организации "Машр" заявляют о преследовании со стороны силовиков

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сотрудники ингушской правозащитной Автономной некоммерческой организации "Машр" считают, что в отношении них совершаются определенного рода преследования, о чем говорят несанкционированные действия силовиков, о которых правозащитники рассказали корреспонденту "Кавказского узла". Давление они связывают с тем, что являются заявителями в Европейский суд по правам человека.

Так, Мурад Яндиев рассказал, что 7 и 2 июля сотрудники неустановленных силовых структур дважды провели в его доме несанкционированный обыск.

"7 июля, примерно в 20:00, наш дом окружили более 30 сотрудников силовых структур. Все они были в масках, в камуфлированной одежде, на четырех бронированных УАЗах с ингушскими и чеченскими номерными знаками и двух автомобилях "Газель" без номеров. Меня встретили бронированным щитом и словами: "Выводи всех во двор и давай документы". Затем, прикрываясь мной, силовики проникли в дом и провели обыск. Пробыли в доме около 10 минут. При этом мне так и не объяснили, что они хотят, что ищут. На мои вопросы отвечали: "Ваше руководство нас прислало. Все вопросы к вашему руководству", - рассказывает Мурад Яндиев.

Проводившие обыск сотрудники силовых структур не предъявили удостоверений, не представились и не предъявили санкции на обыск. Также не был составлен  протокол обыска.

2  июля, по словам Мурада Яндиева, силовики действовали так же. "Единственно, тогда кто-то из них зашел через входную дверь, а некоторые проникли во двор, перебравшись через забор в заднем дворе. Те же самые маски, отсутствие санкции на обыск и никаких объяснений и представлений", - сообщил Мурад Яндиев.

Ранее, 16 декабря 2008 года, в доме Яндиевых был также проведен несанкционированный обыск. Во всех случаях силовики проверяли только документы Мурада Яндиева, между тем, при обысках также присутствовали его родители и другие родственники.

Отметим, что Мухаммед Яндиев, отец Мурада, является заявителем в Европейский суд по правам человека по факту похищения брата Мурада, Тимура Яндиева, который 16 марта 2004 года был похищен сотрудниками неустановленных силовых структур. "Моего брата вывезли тогда в Чечню, о чем рассказали милиционеры, несшие службу на приграничном посту. Силовики, похитившие брата, предъявили спецпропуск. И вот уже 5 лет нам ничего неизвестно о судьбе брата", - рассказал Мурад Яндиев.

Мурад Яндиев склонен считать, что незаконные действия силовиков могут быть связаны именно с их делом в Европейском суде.

Другой сотрудник организации "Машр" Зураб Цечоев высказывает свое удивление и возмущение тем, что, по словам представителей правоохранительных органов, его внесли в "список неблагонадежных жителей республики".

"В день покушения на президента Юнус-Бека Евкурова ко мне наведались около 10 сотрудников, как я понял, Сунженского РОВД и участковый этого райотдела, которого я узнал. Как я понял, блюстители порядка, проверяли, жив ли я, не я ли подорвал Евкурова. По форме это была проверка документов. Участковый буквально мне сказал, что я состою в "списке неблагонадежных". Было бы интересно узнать, по какому признаку меня вносят в подобные списки. Ведь мне не в первый раз говорили о них. И, наверное, после меня, эти милиционеры направились проверять других фигурантов "списка неблагонадежных", - рассказал корреспонденту "Кавказского узла" Зураб Цечоев.

Зураб Цечоев также является заявителем в Европейский суд по правам человека по факту похищения его брата Тамерлана вооруженными людьми в марте 2004 года в Малгобекском районе республики.

Ингушский правозащитник, руководитель отделения ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) в Назрани Тимур Акиев также считает, что на сотрудников организации "Машр" оказывается давление именно из-за их заявлений в Европейский суд.

"Обыск у Яндиевых связан, как считаем мы, правозащитники, с тем, что отец Мурада Яндиева является заявителем в Европейский суд по правам человека. Это попытка оказать давление, чтобы Яндиевы отказались от своего заявления. Что касается Зураба Цечоева, то теперь на него также могут попытаться оказать давление в связи с тем, что он очень активно добивается справедливого решения по факту своего похищения, совершенного сотрудниками ингушского управления ФСБ РФ в июле прошлого года, а также является заявителем в Европейский суд по факту похищения брата", - отметил Тимур Акиев.

Напомним, что 25 июля 2008 года Зураб Цечоев был похищен сотрудниками силовых структур из собственного дома в станице Троицкая Сунженского района и доставлен, по его словам, в здание УФСБ РФ по  Ингушетии в городе Магасе. Цечоев был подвергнут пыткам и избиениям. Через несколько часов Цечоева выбросили из машины в нескольких километрах от Магаса.

В 2008 году при содействии ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) он направил жалобу, в которой жалуется на неэффективное расследование похищения его родного брата, Тамерлана Цечоева, задержанного 11 марта 2004 года вместе со старшим помощником прокурора Ингушетии Рашидом Оздоевым. С тех пор о судьбе Цечоева и Оздоева ничего не известно, хотя сообщается, что операция по их задержанию проводилась сотрудниками УФСБ Ингушетии.

Как уже сообщал "Кавказский узел", что 13 августа 2008 года в городе Карабулаке в Ингушетии около офиса организации "Машр" неизвестные лица обстреляли ее руководителя Магомеда Муцольгова. В салоне автомашины из которой были произведены выстрелы, правозащитник разглядел руку, держащую автомат АКСУ, который, по утверждению Муцольгова, является служебным оружием.

Магомед Муцольгов и ранее заявлял о постоянном давлении со стороны властных структур на возглавляемую им организацию, связывая это с правозащитной деятельностью "Машра".

Справка. Автономная некоммерческая организация "Машр" стала первой в Ингушетии правозащитной организацией, которая занимается оказанием правовой помощи населению, осуществлением общественного контроля по соблюдению прав и свобод человека на территории Республики Ингушетия.