РБК daily: Ингушетия может стать Чечней

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Обострение ситуации в Республике Ингушетия, которое наблюдается на протяжении как минимум последних двух месяцев, похоже, достигло критической отметки, пишет РБК daily. В пятницу, 10 августа, стало известно, что в республику введены дополнительные подразделения внутренних войск. Несмотря на принятые федеральными и региональными властями меры, ситуация в республике продолжает ухудшаться. Аналитики опасаются, что стабилизации ситуации в ближайшее время ждать не стоит.

Как уже сообщал "Кавказский узел", МВД Ингушетии перевели на усиленный режим несения службы. Такое распоряжение связано с серией терактов, произошедших в республике в последнее время - июльские взрывы в Малгобеке и Карабулаке, а также на возросшую в последнее время активизацию боевиков в регионе. За последние трое суток численность военнослужащих в республике резко увеличилась – в Ингушетию ввели военный контингент в количестве 2500 человек. Чуть менее половины этих сил сейчас находится в Малгобеке, который стал а последнее время одним из республиканских центров активизации боевиков.

Официальные власти надеются взять ситуацию в свои руки при помощи наращивания контингента военных сил и бронетехники. Однако, несмотря на объявление контртеррористической операции, ситуация до сих пор не улучшилась, а даже напротив, в неблагополучных районах Ингушетии растет не только активность боевиков, но и одновременно увеличивается уровень преступности, отмечает издание.

Ситуация явно выходит из-под контроля федеральных и региональных властей, говорят наблюдатели. "Невозможно решить проблемы, которые сейчас существуют в Ингушетии, путем стягивания сюда дополнительных военных сил. Вопрос же не в том, сколько танков и военнослужащих будет находиться в республике, а в том, насколько эффективной является российская модель управления Кавказом вообще", – считает эксперт Института военного и политического анализа Сергей Маркедонов.

Аналитик считает, что основная проблема современной политики России в кавказских республиках состоит в том, что она не отличается от имперской манеры управления. Как и в прежние времена, сейчас во главе региональных центров ставятся не "достойнейшие", а "лояльнейшие" федеральной власти управленцы.

В отличие от соседней Чечни, ингушский президент не смог заручиться поддержкой авторитетных лидеров местных семейных кланов. И это приводит к еще большей эскалации напряженности в республике и делает ее одним из самых взрывоопасных районов России, считает руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества Александр Собянин. "Мурат Зязиков так и не смог найти пусть и тяжелый, но подходящий для осетин компромисс по вопросу беженцев из Пригородного района Северной Осетии – Алании. Между тем беженцы из Алании не смогли полностью инкорпорироваться в ингушское общество – они по-прежнему держатся вместе, что напоминает положение палестинских беженцев (и боевиков соответственно) в прежние годы в Ливане", – отметил он.

Издание пишет, что недоверие, которое испытывает ингушское население к Зязикову, приводит к тому, что между силовыми структурами, стоящими за президентом республики, и семейными кланами Ингушетии доверия до сих пор нет.

Эксперты не спешат загадывать, как будут разворачиваться дальше события в Ингушетии. Одно ясно наверняка – "чеченский сценарий" здесь не пройдет. "Нет ни соизмеримого с чеченским боевого опыта, ни достаточного иностранного финансирования, ни понятной простым боевикам идеологии войны с Россией до победного конца", – говорит Собянин.

Разрядить обстановку в Ингушетии, по мнению аналитиков, можно будет только в случае, если федеральная власть кардинально пересмотрит модель управления Кавказом, и вопрос состоит лишь в том, насколько Кремль сейчас к этому готов, отмечает издание.

О том, что Ингушетия на глазах превращается в "горячую точку", ранее писала и газета "Московский Комсомолец". Она отмечала, что по данным МВД России, в Ингушетии действуют три скоординированных подпольных группы: "Баракат" (в приблизительном переводе - "Благодать"), "Назрань" и "Талибан" (организация запрещена в России судом - прим. "Кавказского узла"). Лидером "Бараката" является 43-летний Магомед-Башир Добриев, "Назрани" - 30-летний Ибрагим Манкиев, "Талибана" (организация запрещена в России судом - прим. "Кавказского узла") - 47-летний Умар Цечоев.

Все три группы объединены в так называемый "Кавказский фронт" под командованием Юсупа Албогачиева, известного также как Магомед Евлоев, он же Дышно, Полковник, Магас, а на самом деле 33-летний Тазиев Али Мусаевич, близкий соратник уничтоженного Шамиля Басаева, ключевой участник нападения на Ингушетию летом 2004 года. Общая численность боевиков в Ингушетии, по оперативной информации, не превышает 50-60 человек.

Последнее ЧП в Ингушетии произошло сегодня ночью в станице Троицкая, где был тяжело ранен исполняющий обязанности начальника Сунженского РОВД Иса Мержоев. В Мержоева стреляли у ворот его дома - из остановившейся рядом машины. Раненый был госпитализирован в крайне тяжелом состоянии. Нападавший скрылся.