Кремль ведет борьбу против сбора денег на террор

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Наглое террористическое нападение на расположенную на юге России Ингушетию в понедельник стало очередным напоминанием, что надежды Кремля на достижение стабильности в соседней Чечне и окружающих ее районах являются как никогда иллюзорными.

После десятилетия волнений, двух войн и жестокой военной оккупации террористы не только сохраняют способность по желанию вредить российским интересам, но также создают небольшие армии для нанесения сокрушительных ударов. Нападение на Назрань оставило этот город в развалинах, немногим отличающихся от тех, которые являются результатом стратегии Кремля на Кавказе.

Примерно 200 боевиков с тяжелым вооружением, которые, как подозревают, являются чеченскими повстанцами, поздно вечером в понедельник вошли в столицу Ингушетии Назрань. К тому времени, когда они пятью часами позже покинули этот город, потеряв, согласно сообщениям, всего двух человек, здание министерства внутренних дел республики и другие здания представляли собой выпотрошенные остовы. Во время ожесточенных боев были убиты 57 человек, включая 18 милиционеров, пятерых сотрудников правосудия и 25 гражданских лиц, а еще 60 человек были ранены. По слухам, вооруженные люди перед тем, как исчезнуть в окружающих город густых лесах, разграбили склады и похитили большое количество оружия и боеприпасов.

Это нападение, совершенное всего через 6 недель после убийства чеченского лидера Ахмада Кадырова, накануне назначенных на сентябрь чрезвычайных президентских выборов в Чечне, является откровенным ударом по важной области политики, которая так разочаровывает президента России Владимира Путина. Дело не только в том, что мародерствующие вооруженные банды имеют возможность почти безнаказанно наносить удары, но также и в том - если верить поступающим из Назрани сообщениям - что российские военные и сотрудники безопасности легко поддаются на обман террористов, которые благодаря этому получают доступ к сильно охраняемым объектам. Эта суровая реалия не имеет ничего общего с публичными заявлениями Кремля о возвращении этого беспокойного региона к модикуму нормальной жизни.

Выбор времени для террористического нападения следует определенной схеме, которую Кремль, кажется, не в силах распознать. Как заявил корреспонденту UPI специалист по Кавказскому региону Роберт Уэр (Robert Bruce Ware), "в день 9-го мая, когда россияне отмечают День Победы над нацистской Германией, в 2000, 2002 и 2004 годах была совершена серия террористических нападений или попыток нападения в Дагестане и в Чечне".

За этими нападениями, как полагают, стоят (лидер чеченских террористов) Шамиль Басаев и Раппани Халилов. Двадцать второго июня, когда было совершено нападение на Ингушетию, отмечалась годовщина нацистского вторжения в Советский Союз. После того как Сталин облыжно обвинил чеченскую нацию в сотрудничестве с нацистскими захватчиками, чеченский народ в 1944 году был грубо депортирован в Казахстан. То, что Шамиль Басаев приурочивает свои нападения к ключевым датам второй мировой войны, свидетельствует о его неустанном стремлении к самоуничтожению.

Оставив в стороне вопрос выбора времени для нападений, сегодня полагают, что террористы с помощью подобных акций рассчитывают получить, в том числе, такие выгоды, как очередное унижение российских военных и сотрудников безопасности, международное негодование против стратегии Кремля по борьбе с терроризмом в регионе, а также набор новых добровольцев для участия в вооруженной борьбе за дело террористов. Те, кто совершил нападение в понедельник, сумели достичь всех вышеозначенных целей.

По свидетельству г-на Уэра, трагические события в Ингушетии демонстрируют также новую стратегию террористов в этом регионе. "Особенно с лета 2003 года исламские экстремисты, которых в регионе именуют ваххабитами, проявляют заинтересованность в координации своих действий на всем Северном Кавказе. Они регулярно демонстрируют интерес к нападениям на сотрудников правоохранительных органов, которые, как они утверждают, жестоко обращаются с попавшими в плен ваххабитами. Воинствующий лидер чеченцев Шамиль Басаев 14 апреля 2004 года заявил, что он проводит реорганизацию отрядов боевиков с тем, чтобы избавиться от тайных сторонников чеченского президента Аслана Масхадова. Он назначил хорошо известного ваххабитского лидера Раппани Халилова "командующим Дагестанским фронтом", а воинствующего исламиста по прозвищу Мегас - "командующим Ингушским фронтом". Нападение на правоохранительные органы Ингушетии является демонстрацией эффективности этой новой организации".

Другой важной целью нападения на Назрань является привлечение денег международных террористических организаций к финансированию конфликта на Кавказе. Если рассматривать это нападение как мероприятие по сбору средств, то можно ожидать, что значительная часть атак и убийств была заснята на видеокамеры, чтобы позднее показать их в Интернете. Тем, кто готов финансировать террористов во всем мире, предоставляется на выбор длинный список ведущихся сражений, а также наглядные свидетельства успехов, которые имеют ключевое значение для получения денег.

Все связанное с нападением в Ингушетии заставляет сделать вывод о том, что террористы на Кавказе хорошо организованы, нацелены на удары по интересам Кремля с применением жестокой и смертоносной силы, а также сфокусированы на демонстрации миру исламского экстремизма того факта, что они представляют собой хороший объект для инвестирования.

С другой стороны, план Кремля для этого региона является нечетким, явно нацеленным не на те приоритеты и не внушающим доверия по причине множества неудач в прошлом. Путин отметил, что повстанцев, участвовавших в этом нападении, найдут и уничтожат. Печально, но мы это уже слышали раньше, а конфликт продолжается с неослабевающей силой.

Питер Лавель

Опубликовано 23 июня 2004 года

Перевод веб-сайт ИноСМИ.Ru