Неявка потерпевшего на допрос в суде подчеркнула абсурдность обвинения Мусаевой

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сотрудник ФСИН, который проходит потерпевшим по делу Заремы Мусаевой, вновь не явился на допрос в суд, сославшись на состояние здоровья. Последняя свидетельница обвинения, допрошенная судом, дала показания в пользу Мусаевой. 

Как писал "Кавказский узел", Зарема Мусаева обвиняется в дезорганизации деятельности колонии (часть 2 статьи 321 УК РФ). 25 апреля на заседании Шалинского горсуда были допрошены пять свидетелей, в том числе женщины, которые отбывали с Мусаевой наказание в колонии, и врач, осматривавший потерпевшего. Врач сообщил суду, что у потерпевшего на шее была небольшая ссадина, но в медицинской помощи не было необходимости. На 28 апреля планировался допрос еще одной свидетельницы и потерпевшего, но они оба не явились на заседание. 

Сотрудник ФСИН, который проходит потерпевшим по делу Заремы Мусаевой, вновь не явился в суд по состоянию здоровья, сообщил "Кавказскому узлу" адвокат Александр Савин.

"Сегодня Шалинский городской суд после долгого перерыва возобновил рассмотрение уголовного дела в отношении Заремы Мусаевой. Сегодня в суд должен был прийти потерпевший сотрудник ФСИН, на которого якобы напала тяжелобольная Зарема Мусаева, однако он не смог этого сделать по состоянию здоровья", - сказал защитник. 

По словам адвоката, сегодня на заседании допросили последнего свидетеля обвинения. "Это женщина, которая отбывала наказание вместе с Мусаевой в колонии-поселении в городе Аргун. Она сказала, что Зарема не была конфликтной и никогда не ругалась с сотрудниками колонии. При этом обе женщины расплакались во время судебного заседания. Следующее заседание назначено на 7 июля", - рассказал он. 

Свидетельница, которая сегодня была допрошена в суде, не видела самого происшествия, рассказали "Кавказскому узлу" в "Команде против пыток"*. 

"Люди, ранее отбывавшие наказание вместе с Мусаевой в колонии, фигурируют в уголовном деле как свидетели обвинения, но сами они происшествия не видели и дают совершенно положительные характеристики Мусаевой. То есть доказывать обвинение с таким содержанием их показания просто не могут, а суд, между тем, обязан оценивать имеющиеся характеризующие сведения в отношении обвиняемого", - сказал представитель КПП*. 

В организации также отмечают, что, "если бы описанные в уголовном деле повреждения причинили вред здоровью, то действия Мусаевой были бы квалифицированы по более тяжкой части уголовной статьи".

Незначительный характер повреждения - ссадина без оказания помощи и потери трудоспособности, - ставит под сомнение саму суть обвинения против Мусаевой, считает адвокат Тимур Филиппов.  

"По закону речь должна идти о насилии, мешающем нормальной работе учреждения. Очевидно, что подобное "повреждение" не может дестабилизировать деятельность колонии. Более того, инцидент якобы произошел вне колонии, во время поездки в больницу, что ставит под сомнение саму применимость статьи 321 УК, где речь идет о дезорганизации работы именно внутри исправительного учреждения. Часть 2 статьи 321 УК предусматривает до пяти лет лишения свободы. В нынешней современной судебной практике по делам с политическим подтекстом суды назначают реальные сроки даже при незначительном вреде, поэтому надеяться на мягкость наказания, особенно в публичном деле, не приходится", - сказал он "Кавказскому узлу". ⠀

Зарема Мусаева - пожилая женщина, ослабленная тяжелыми заболеваниями, и предположить, что она напала на вооруженного конвоира во время поездки в больницу, просто абсурдно, уверен он.

"Все указывает на то, что новое обвинение имеет своей целью не установление истины, а искусственное продление ее заключения, по сути, в статусе политического заложника. Положительные характеристики, в том числе показания сокамерницы о миролюбивом поведении Мусаевой, важны для защиты, но в нынешней репрессивной судебной системе редко становятся решающими. При политически мотивированном процессе и отсутствии объективного расследования такие доказательства часто игнорируются. Сам факт, что обвинение строится на словах "потерпевшего", который даже не явился на допрос, уже выглядит сомнительно, но это аргумент для суда в нормальной правовой реальности. Практика последних лет говорит о том, что ни прокурора, ни суд отсутствие в судебном заседании потерпевшего смущать не будет, а его показания могут быть оглашены, что УПК РФ вполне позволяет", - указал он.⠀⁣⁣⠀

Явиться в суд потерпевшему не позволяет совесть, а не состояние здоровья, полагает глава комитета "Гражданское содействие"* Светлана Ганнушкина*. "Представьте, каково здоровому мужику стоять и принародно утверждать, что немолодая женщина нанесла ему травму. Это же позор для каждого мужчины. Тем более, что никакой травмы там не было, это все придумали, чтобы продлить ее мучения", - сказала она "Кавказскому узлу".

Дело Мусаевой вписывается в тренд дел о применении насилия против силовиков людьми, которых власти считают своими врагами, указала правозащитница.

"Сотрудник ФСИН стал инструментом в руках чеченских властей, которые используют любые методы, чтобы как можно больше страдали все те, кто против них. В данном случае они это делают с Мусаевой, против пожилой женщины используют всевозможные фальсификации. Это настоящий позор для всех участников этого процесса, и хотя многие в этом участвуют вынужденно, все равно никому не удастся избежать позора", - отметила она.

* внесены в реестр иноагентов.

** деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) запрещена в России.