Волгоградская активистка сочла давлением обыски по делу о терроризме

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Обыски у волгоградских активистов были проведены в связи с делом о телефонном терроризме, по которому участники пацифистских акций проходят в качестве свидетелей, рассказала одна из них, Мария Туровец. Действия силовиков она расценила как акт запугивания.

Как писал "Кавказский узел", 20 марта стало известно об обысках у волгоградских активистов Любови Самыловой, Алексея Клокова, Анжелы Датской и Елены Чулановой, ранее выступавших против спецоперации на Украине. 14 марта суд арестовал на шесть суток четырех задержанных на акции в Волгограде жительниц города, в том числе Любовь Самылову и Анжелу Датскую, за отказ от медосвидетельствования. На следующий день суд назначил им штрафы по 40 тысяч рублей за дискредитацию использования вооруженных сил России. 2 марта суд в Волгограде назначил семь суток ареста активисту Алексею Клокову, который был задержан во время пикета на Мамаевом кургане. 8 марта на выходе из изолятора временного содержания его снова задержали, суд назначил Клокову еще пять суток ареста за организацию несанкционированного мероприятия. Активистка Елена Чуланова была арестована на семь суток после антивоенного протеста в Волгограде, проходившего 6 марта, суд оставил это решение в силе, сообщил 10 марта адвокат Роман Зайцев. Мария Туровец была задержана после акции протеста 24 февраля, на нее был составлен протокол об административном правонарушении.

По словам активистки Марии Туровец 18 марта у нее дома прошел обыск, также силовики провели обыски и у других активистов, которые осуждены по делам об административных правонарушениях после участия в акциях протеста против спецоперации в Украине.

"Мы все в статусе свидетелей по делам о почтовом терроризме. То, что я прочитала в материалах дела, это просто очень смешно. По каким-то их источникам совершенно случайно активисты, которые только сейчас познакомились, по мнению каких-то там их источников, 4 февраля сообщали о минировании школ, судов и тому подобное. В материалах дела нет идентификаторов устройств, которые бы указывали на меня, ни идентификаторов сетей. Это от начала до конца филькина грамота. Эти заявления смехотворны, это очевидное политически мотивированное давление с целью запугивания. Мы в статусе свидетелей. 18 марта был обыск у меня, 19 и 20 марта – у нескольких активистов, из которых не всех я даже знаю, но все они (проводили акции протеста после начала спецоперации на Украине). Это политическое давление, которое (...) взялось просто совершенно из ничего и явно по указке сверху. Статус свидетеля – довольно тревожная штука, потому что из свидетеля всегда можно перейти в статус подозреваемого".

По словам Марии Туровец, накануне обыска она отправила ребенка с бабушкой и дедушкой в отпуск.

"На следующий день в 06.00 утра к нам начали стучаться в окно, у нас не работает домофон. Мы решили, что открывать – плохая идея, и нам выломали замки. Только потом уже показали постановление, никаких прав не разъяснили. Что-то, может, и было написано, но нормально почитать тоже не дали. Изъяли всю электронику, хорошо, хоть робот-пылесос не изъяли. Изъяли, в том числе очень старый ноутбук, на котором ребенок играл в игры. Так хотят, очевидно, запугать активистов, но, мне кажется, это приведет к обратному эффекту", – отметила она.

По словам активистки, адвоката у нее не было. "Нас сразу увезли в следственное управление и не дали связаться с адвокатом", – сказала она. В рамках дела также был допрошен ее муж, добавила Туровец.

Спецоперация российских войск на Украине началась утром 24 февраля. В чем ее суть, что ей предшествовало, и как она развивается, можно прочитать в справке "Кавказского узла" "Бои на Украине – 2022".

Новости о преследовании активистов "Кавказский узел" публикует на тематической странице  "Преследование активистов".