Родные арестованных дербентцев добились внимания Верховного суда Дагестана к отводу адвоката

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Верховный суд Дагестана анонсировал рассмотрение жалобы адвоката на отвод от защиты  жителей Дербента Ислама Барзукаева и Гасана Курбанова, обвиненных в терроризм. Об этом заявили сегодня родственницы арестованных, проводившие одиночный пикет в Махачкале. 

Как сообщал "Кавказский узел", 12 февраля родственницы жителей Дербента Ислама Барзукаева и Гасана Курбанова на пикете в Махачкале заявили, что следователь вынес постановление об отводе адвоката, лишив их права на защиту. Мать третьего обвиняемого, Мирзаали Мирзалиева, утверждает, что силовики вынуждают его оговорить Барзукаева и Курбанова. 19 февраля женщины обнародовали фамилии силовиков, которых считают причастными к пыткам.

Сегодня на пересечении улицы Дахадаева и проспекта Гамзатова мать Ислама Барзукаева Елена Барзукаева и тетя Гасана Курбанова Зайнаб Рабаданова провели одиночные пикеты. Это уже третья акция в Махачкале, которую они проводят по пятницам. 

Верховный суд Дагестана рассмотрит 9 марта апелляционную жалобу адвоката Тагира Шамсудинова на отвод от защиты  Барзукаева и Курбанова, пояснила Рабаданова корреспонденту "Кавказского узла". "Отказываться от адвоката, который вел дело около 20 месяцев, мы не намерены. Мы ему полностью доверяем. Но пока наши дети остаются без защиты. Заключать соглашение с новым адвокатом мы не хотим, так как надеемся, что суд все же отменит решение следователя об отводе", – пояснила она.

Барзукаева стояла с плакатом, на котором было требование "возбудить уголовное дело на четверых (силовиков)  за зверские пытки наших сыновей". Пытки доказаны медицинскими заключениями, также было указано на плакате.

"Мы их фамилии уже обнародовали (на пикете, который прошел 19 февраля. – Прим. "Кавказского узла"). Мы продолжаем требовать привлечения их к уголовной ответственности. Мы хотим знать, откуда наши дети взяли столько оружия, откуда взялся схрон с оружием, который следствие приписывает моему сыну", – сказала корреспонденту "Кавказского узла" Барзукаева.

По ее словам, то, что место нахождения схрона было неизвестно ее сыну, следует из видеозаписи следственного эксперимента. "Если бы этот схрон принадлежал моему сыну, то он бы сам показал, где зарыл оружие. Но даже на записи видно, что Ислам не знает, где был этот схрон. Сами сотрудники бежали к тому месту, и сами вели к нему моего сына", – отметила она.

Елена Барзукаева также заявила, что необходимо изучить уголовные дела по оружию за последние семь лет, так как одно и то же оружие может встречаться в материалах разных дел. "Силовики не утилизируют оружие, которое является вещественными доказательствами по уголовным делам. В Дагестане в тюрьмах сидит очень много ребят по сфабрикованным делам по хранению оружия. Поэтому мы хотим, чтобы подняли все акты утилизации по таким делам. Надо выяснить, утилизоровали ли в действительности оружие", – сказала она.

Как пояснила Барзукаева, следствие  еще не завершило проверку по их заявлению о пытках. "Шесть раз мы уже получали отказ в возбуждении дела. Последнее постановление об отказе прокуратура отменила и дело направила на дополнительную проверку. Какое решение принято по последней проверке, мы пока еще не знаем", – добавила она.

Зайнаб Рабаданова сменила Барзукаеву с плакатом, на котором было требование: "Верните нашего адвоката", а также надпись: "Судья <...> незаконно лишила защиты наших детей".

Акция продлилась чуть больше часа. Практически все это время на месте дежурили наряды сотрудников полиции. Четыре сотрудника по очереди подходили к женщинам и записывали в блокнот их данные. Чуть позже подошел и участковый, который взял у участниц акции объяснительную.

Кроме того, подполковник полиции следил, чтобы рядом с участницами пикета не стояли прохожие. Когда один из них остановился близ Барзукаевой, подполковник полиции попросил его "не задерживаться". Прохожий возмутился, почему он не может прочитать надпись на плакате и, "если надо, пообщаться". Полицейский возразил, что в этом случае это уже будет несогласованный митинг. Остальные прохожие, обратившие внимание на участниц пикета, ограничились только чтением плаката.