Полицейский в суде признал вину в ДТП в Адлере с гибелью 11-летней девочки

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Ни сам сотрудник полиции, ни его коллеги не пытались оказать помощь семье, в которой погиб ребенок, рассказала мать девочки.

Как информировал "Кавказский узел", вечером 16 февраля на нерегулируемом пешеходном переходе в Адлерском районе машина насмерть сбила 11-летнюю девочку. В наезде на ребенка и оставлении места аварии был заподозрен полицейский. Для его поисков был введен план "Перехват", но позднее он сам явился в правоохранительные органы и дал признательные показания. В отношении него было возбуждено дело о нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть ребенка (ч.3 ст.264 УК РФ), он был арестован. 17 апреля в суде защита просила рассмотреть дело в особом порядке, но мать ребенка настояла на рассмотрении дела в обычном порядке, так как полагала, что иначе водитель автомобиля уйдет от ответственности. 9 июля суд на три месяца продлил срок ареста обвиняемому, его сторонники отреагировали на это решение криками и руганью.

8 августа Адлерский районный суд Сочи под председательством судьи Евгения Федорова продолжил слушание дела о ДТП, в результате которого погибла 11-летняя девочка. 26-летний подсудимый был доставлен конвоем в зал суда, сторонники подсудимого, которые пришли его поддержать, не были допущены на слушание. По ходатайству гособвинителя Дениса Мынзата были допрошены трое свидетелей, также суд заслушал показания обвиняемого, передает корреспондент "Кавказского узла", присутствовавшая на процессе.

Подсудимый в своих показаниях признал свою вину, однако не выразил соболезнования по поводу случившегося матери погибшей девочки. Защита подсудимого и он сам настаивали на том, что он осознал содеянное и явился с повинной. Подсудимый также рассказал суду, что плохо себя чувствовал в течение дня 16 февраля, поэтому вечером поехал в аптеку за лекарствами, куда так и не доехал. Он объяснил, что с места происшествия скрылся, потому что испытал шок от случившегося, но вскоре сам явился на работу, где написал явку с повинной. Подсудимый, отвечая на вопросы матери девочки, уточнил, что в этот день не работал.

"Я не работал в этот день, я плохо себя чувствовал, я должен был заступить на работу на следующее утро. С места происшествия скрылся, потому что испытал шок. Я свою вину признаю. Я виноват", - сказал он.

Водитель автомобиля BMW Ольга Лапонина сообщила суду, что видела девочку, которая переходила по пешеходному переходу дорогу. Свидетель пояснила, что пропустила пешехода. "Когда девочка пересекла встречную полосу движения, на нее со [высокой] скоростью... наехал с противоположной стороны автомобиль, а водитель, сбивший ее, с места ДТП скрылся", - рассказала свидетель.

Фельдшер скорой помощи Дарья Жарких, которая констатировала смерть ребенка, была допрошена судом по видео-конференц-связи из суда в Краснодаре. По словам свидетеля, когда она прибыла в составе бригады скорой помощи на место происшествия, девочка не подавала признаков жизни. "Была констатирована остановка сердца, но девочке все равно оказывались реанимационные мероприятия в автомобиле, которые не помогли, и она была доставлена в морг", - рассказала Жарких.

Гособвинитель отказался от допроса ряда ранее заявленных свидетелей, так как не счел их показания существенными. 

Судья объявил, что слушания продолжаться 20 августа в 14.30. На заседании планируются прения.

Мать девочки опасается, что суд вынесет несправедливый приговор и максимально смягчит наказание полицейскому.

"Этот человек хочет получить наименьшее наказание за свои деяния, и я уверена, что суд будет защищать не меня... и даст ему небольшой срок. Но я все равно буду жаловаться на приговор, если он будет мягким. Я хочу, чтобы... [подсудимый] получил суровое наказание", - сказала потерпевшая корреспонденту "Кавказского узла" после заседания.

Она полагает, что подсудимый избежал проверки на состояние опьянения сразу после происшествия, поскольку был обследован спустя около 6 часов, при этом сторона обвинения не делает акцент на том, что водитель "за короткий период трижды привлекался к административной ответственности за превышение скорости". Мать девочки полагает, что в документах скорость автомобиля подсудимого занижена, тогда как ее можно было точно установить по имеющейся видеозаписи.

Мать девочки также отметила, что "ни морально, ни материально никто из родственников подсудимого и сам подсудимый даже не пробовали загладить вину".

Часть обстоятельств, которые суд может признать отягчающими, уже невозможно установить, считает адвокат краевой коллегии адвокатов Михаил Охрименко, предоставленный потерпевшей по соглашению с "Кавказским узлом".

"Сейчас уже невозможно установить такие отягчающие обстоятельства, как наличие алкоголя или наркотиков, потому что ранее было установлено, что алкоголя нет в крови. Невозможно установить скорость автомобиля, потому что на дороге не было радаров. Видеозапись не является оригинальной, поэтому установить скорость не получится, и скорость не является обстоятельством для переквалификации статьи на более жесткий пункт статьи [УК РФ]... Поэтому никаких оснований для возвращения дела прокурору я не вижу. Суд должен вынести свой вердикт, и если мама девочки не будет согласна с ним, то его надо будет обжаловать. Но я считаю, что еще рано говорить о приговоре суда, о его мягкости или жесткости, потому что судебное следствие еще не выяснило вопрос явки с повинной подсудимого: была ли эта явка или все-таки это ее имитация", - сказал Охрименко "Кавказскому узлу".

"На мой вопрос: где подсудимый писал явку, он не дал четкого ответа. По его же словам, он приехал в отдел полиции по указанию своего руководителя, где на него были составлены протоколы о правонарушении... И только потом его под конвоем отвезли в Следственный комитет, где он, согласно материалам дела, в присутствии адвоката и написал явку с повинной. Но может ли это являться явкой с повинной, должен установить суд", - считает адвокат Михаил Охрименко.      

Он пояснил, что по просьбе своей доверительницы подал гражданский иск. Потерпевшая требует за смерть своего ребенка взыскать с обвиняемого  20 миллионов рублей.