Обвинение запросило 13 лет для начальника ингушского центра "Э"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Гособвинение попросило от 6 до 16 лет колонии для сотрудников ингушского центра "Э", обвиненных в пытках задержанных.

Как сообщал "Кавказский узел", Нальчикский гарнизонный военный суд рассматривает дело семи сотрудников ингушского центра "Э", обвиненных в убийстве, вымогательстве, превышении должностных полномочий с применением насилия к задержанным и других преступлениях. Подсудимые отказались признать вину. Пятеро из обвиняемых, в том числе начальник ЦПЭ Тимур Хамхоев, заявили суду, что считают себя жертвами оговора и политических интриг. 

В ходе прений в Нальчикском гарнизонном военном суде сторона обвинения сегодня попросила приговорить начальника центра "Э" Ингушетии Тимура Хамхоева к 13 годам колонии общего режима. Больший срок - 16 лет колонии строгого режима с двумя годами ограничения свободы - обвинение потребовало для оперативника Алихана Бекова, сообщила сегодня со ссылкой на адвоката потерпевших Андрея Сабинина "Медиазона".

По десять лет колонии общего режима обвинение попросило для начальника отдела центра "Э" Андрея Безносюка и оперативника Исы Аспиева. Для сотрудника ингушского управления ФСБ Мустафы Цороева прокуроры попросили девять лет колонии общего режима и штраф 80 тысяч рублей. Для заместителя Хамхоева Сергея Хандогина и начальника Сунженского РОВД Магомеда Бекова обвинение потребовало по шесть лет колонии общего режима. Также прокуроры настаивают на лишении всех подсудимых званий и запрете на работу в государственных органах в течение двух или трех лет, указывает издание.

Алихан Беков, для которого прокуратура попросила самое строгое наказание - единственный из подсудимых, кто обвинен в убийстве Магомеда Далиева.

Адвокат Андрей Сабинин, представляющий потерпевших, недоволен тем, в каком виде дело дошло до суда: "Многие из тех, на кого указывали как на лиц, которые били и пытали, вообще не стали обвиняемыми", - приводит его слова в сегодняшнем материале "“Оттуда - либо избитый, либо мертвый”: сотрудников центра "Э" судят за пытки" Русская служба BBC.

На предыдущем заседании 16 июля два свидетеля защиты заявили, что потерпевшего Магомеда Аушева, который подозревался в подрыве машины ингушского религиозного деятеля, избивала толпа у больницы в Назрани. Адвокат потерпевших Хеди Ибриева подвергла сомнению эти показания - по словам Ибриевой, защита обвиняемых хочет доказать, что Магомед Аушев был избит толпой, а "пыток в ЦПЭ не было".

Читатели "Кавказского узла" следят за ходом процесса и периодически комментируют моменты заседания. Один из читателей после последней публикации сообщил, что драки у больницы, куда Аушева доставили только через два дня после задержания, вовсе не было, а следы насилия на теле Аушева к моменту доставления в больницу уже были зафиксированы.

"Магомеда Аушева задержали 15.06.2016, в тот же день пытали. При доставлении в ИВС в тот же день с него сняли побои, записали все синяки и ссадины в журнал, а так же сфотографировали сотрудники ИВС, опасаясь чтобы пытки на них не свалили. В больницу Магомеда Аушева доставили через два дня, то есть 17.06.2016. Во-первых, драки в больнице не было. Во-вторых, даже если она и была, то доставление в больницу было уже после того как сняли с Магомеда Аушева побои. Его собственно и доставили в больницу из-за того что его здоровье пошатнулось после пыток", - говорится в сообщении, поступившем минувшей ночью на SMS-сервис "Кавказского узла".

Об эпизодах дела сотрудников ингушского ЦПЭ подробно рассказывается в материале "Кавказского узла" "Пытки, убийства и шантаж — борьба с экстремизмом в Ингушетии".