СКР начал доследственную проверку по заявлению адвокатов Байчорова

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Следственный комитет России начал проводить доследственную проверку по заявлению о нарушении силовиками и судьями прав имама Кисловодска Курман-Али Байчорова, сообщил сегодня адвокат Алауди Мусаев. Направленное в СКР заявление подписали девять адвокатов имама.

"Кавказский узел" сообщал, что 12 января Курман-Али Байчоров был приговорен к 3,5 года колонии общего режима и штрафу 50 тысяч рублей по обвинению в незаконном обороте наркотиков. Имам не признал вину, он заявил, что стал жертвой людей, похитивших и подбросивших ему наркотики, к чему причастен сотрудник ФСБ Филатов. 

Заявление в главное следственное управление СКР было направлено 6 февраля, сообщил корреспонденту "Кавказского узла" адвокат религиозного деятеля Алауди Мусаев.

По его словам, в заявлении говорится о 20 эпизодах "преступных действий, совершенных сотрудниками ГУ МВД по СКФО, УСФБ России по Ставропольскому краю, судьями Предгорного суда Ставропольского края".

"В заявлении подробно изложены обстоятельства совершения преступлений - на этапе похищения Байчорова, фабрикации в отношение него уголовного дела, фальсификации доказательств на этапе доследственной проверки, судебного следствия. На 24 февраля нам назначена явка к следователю ГСУ СКР России для дачи объяснений по заявлению. Начата доследственная проверка фактов, изложенных в нашем заявлении", - рассказал Алауди Мусаев.

Как утверждается в заявлении адвокатов, копия которого имеется в распоряжении "Кавказского узла", целью направленной в СКР жалобы "является сообщение о преступлениях против правосудия, совершенных целым рядом должностных лиц".

22 октября 2014 года Курман-Али Байчоров уже направлял жалобу в СКР на действия судьи, однако 3 ноября 2014 года заявление было возвращено без проведения проверки, заметили адвокаты.

По делу имама были допущены такие нарушения, как "принуждение к даче показаний, фальсификация доказательств по уголовному делу, укрывательство преступлений", отмечается в заявлении адвокатов.

"В ходе адвокатского расследования и судебного следствия нами было установлено, что Курман-Али Байчоров был похищен сотрудниками правоохранительных органов, подвергнут угрозам и физическому насилию. Ему в карман был подброшен пакет с наркотическим веществом, после чего он был доставлен на пост ДТП и официально задержан, а подложенное вещество было изъято у него при личном досмотре", - говорится в заявлении адвокатов.

Также адвокаты сообщили руководству СКР, что в ходе судебного следствия "были установлены лица, участвовавшие в похищении и задержании Байчорова, сотрудники ФСБ, резервировавшие за день до задержания Байчорова понятых и руководившие их действиями".

Сотрудники управления ФСБ и судьи "действовали согласованно", а также оказывали давление на свидетеля "с целью воспрепятствовать его явке в суд для дачи показаний", считают адвокаты имама Байчорова.

Один из оперативных сотрудников также оказывал давление на имама Байчорова в СИЗО, "предлагая дать заведомо ложные признательные показания", заявили адвокаты. По их утверждению, правоохранительные органы Ставропольского края "не могут защитить Байчорова от произвола должностных лиц".

"Единственная надежда нашего подзащитного на справедливость в рамках уголовного процесса сейчас связана с вами. Просим вас внимательно проверить все вышеизложенные обстоятельства силами ГСУ СКР, восстановить нарушенные права Байчорова. И привлечь к уголовной ответственности лиц, виновных в совершении вышеописанных преступных деяний", - говорится в заявлении адвокатов имама Курман-Али Байчорова.

"Кавказский узел" пока не располагает комментариями представителей главного следственного управления СКР относительно заявлений адвокатов имама Байчорова.

 Обвинительный приговор имаму защита обжаловала в Ставропольском краевом суде. Сторонники религиозного деятеля называют обвинение провокацией, связывая его с непримиримой позицией имама по поводу мечетей в Кисловодске, где власти добились запрета их строительства.