Колосова: основной формой коррупции на Северном Кавказе является клановость

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Коррупция на Северном Кавказе отличается от всероссийской: юг страны подвержен так называемой "клановой коррупции" - когда отдельные группы граждан продвигают родственников, зачастую пренебрегая более опытными и подготовленными кадрами, заявили участники пресс-конференции "Коррупция и права человека в современной России".

Прошедшая 12 сентября в Независимом пресс-центре в Москве пресс-конференция на тему:"Коррупция и права человека в современной России" была посвящена ущемлению прав человека в связи с высоким уровнем коррупции в стране и, в частности, на Северном Кавказе. Встреча представляла собой обсуждение Доклада о результатах анализа связи коррупции с нарушениями прав и свобод граждан Центра развития демократии и прав человека, фонда ИНДЕМ, Института прав человека и неправительственной международной организации по борьбе с коррупцией и исследованию уровня коррупции Transparency International – Россия, передает корреспондент "Кавказского узла".

В мероприятии, в частности, принимали участие директор автономной некоммерческой организации "Институт прав человека" Валентин Гефтер, координатор Центра развития демократии и прав человека Андрей Калих, заведующий отделом социологии фонда ИНДЕМ Владимир Римский, а также Нателла Колосова из Высшей школы экономики.

Колосова: религия не влияет на уровень коррупции

В своем выступлении Нателла Колосова отметила различия между всеобщими российскими коррупционными схемами и схемами на Северном Кавказе. "Я занималась исследованием, насколько коррупция впиталась в традиции, культуру Кавказа. Назвать в цифрах уровень коррупции в регионе нельзя, она проявляется в других формах – клановых, родственных, то есть подтягивание "своих" людей, создание родственной коалиции. Яркий пример – клан Кадырова в Чечне. В Дагестане немного по-другому – там много национальностей – аварцев, кумыков, занимающих высокие должности, и им достаточно сложно договориться между собой", - заявила в ходе пресс-конференции Колосова.

В связи с коррупцией в регионе возникает нехватка профессионалов, способных решать проблемы, отметила эксперт. "Половина населения Северной Осетии, откуда я родом, - это пенсионеры, дети и студенты. Из республики в крупные города такие как Пятигорск, Москва, Ростов-на-Дону, идет выезд населения. В связи с этим возникает проблема кадров, социальные проблемы, которые не решаются чиновниками, занимающими должности по несколько лет. Тех, кто хочет и может решать проблемы, не пускают", - отметила она.

Ярким примером "клановой коррупции" Колосова называет Чечню, где главой республики является Рамзан Кадыров. "В Чечне существует стабильность, Кадыров добился результата, но при этом идет та самая "клановая коррупция" - один из способов устройства политической системы", - рассказала она, отмечая, что если "убрать Кадырова с политической арены", стабильности в регионе не будет.

"В России мы не можем жить по системе кланов, но Россия – это и Северный Кавказ тоже, который нельзя отделять от политического устройства государства, являющегося демократическим. Если Кавказ – частичка России, то он должен идти в ногу со всеми остальными регионами и Москвой. Получаются двойные стандарты – "кадыровская" клановая коррупция работает, но жить надо по законам России", - отметила эксперт.

Религия никак не влияет на уровень коррупции, уверена Колосова. "Неправильно говорить, что мусульмане более подвержены коррупции, чем христиане. Религиозный момент не имеет значения. В светской Грузии коррупция ниже, чем в России, так же как и в мусульманском Иране", - говорит Колосова.

Гефтер: похищения  - особые коррупционные схемы на Кавказе

Как заявил корреспонденту "Кавказского узла" руководитель АНО "Институт прав человека" Валентин Гефтер, "клановость" в коррупции пока что малоизученное явление и ему стоит уделить время. "Клановые отношения или клановая коррупция - отношения, складывающиеся на Кавказе как, в том числе и групповая защита от нарушений прав и закона в отношении членов этой группы. Это очень интересное малоисследованное явление. Кто эмпирически может это исследовать, затрудняюсь сказать. Многим кажется, что озвученное явление – элемент средневековья, но это не так: в каждом обществе есть свои нарушители, и как от них избавляться, неизвестно", - сказал он.

Среди кавказских коррупционных схем, затрагивающих права человека, особняком стоят похищения людей, отмечает Гефтер. "Но похищения похищениям рознь. Есть похищения, которые являются традицией, например, похищение невесты. Здесь я не вижу нарушения прав, так как "похищение" осуществляется, скажем так, по договоренности, - говорит эксперт. - Другое дело – насильственное похищение силовиками или боевиками (тут нет разницы) человека с целью получения выкупа. Вот тут есть коррупционный элемент. Это уголовное преступление, которое должно преследоваться законом. Кроме того, оно преследуется кавказскими обычаями. Но, следуя им, идет не уголовное наказание, а месть. Хотя последнее время боевики редко похищают людей ради выкупа, они перешли к террору и диверсиям".

По словам Владимира Гефтера, "есть и другие случаи, когда должностные лица осуществляют незаконные действия". "Это уже не обычные криминальные нарушения. Тут должны быть дополнительные средства воздействия, исключающие жестокость и безнаказанность. За нее, кстати, преследуются мобильные группы Игоря Каляпина на Кавказе. Нужно создать, например, следственную группу с участием юристов правозащитных организаций", - предлагает эксперт.

Римский: одномоментно отказаться от клановости невозможно

В свою очередь представитель фонда ИНДЕМ Владимир Римский считает "клановую коррупцию" именно средневековым явлением. "Клановость провоцирует коррупцию и нарушает права человека, - говорит он. - Искажен сам подход к пониманию права. Он несовременный, плановый, то есть, если ты наш, то у тебя есть права. Получается средневековье".

Предъявлять претензии к тем векам, по мнению эксперта, бессмысленно. "Другое дело, можем ли мы тот принцип протекционировать на сегодняшнее время: если ты чужой, то у тебя нет прав, - заявил он. - В нашем обществе много всего плохого, но принцип рабства отсутствует. Конечно, случаются единичные случаи – например, в Москве у нескольких вьетнамцев отбирают паспорта и заставляют работать. В конечном итоге "работодателей" ловят, это уголовное преступление. Схожая схема существует на Северном Кавказе".

"От клановости необходимо отказываться, причем постепенно. Одномоментно отказаться от клановости невозможно, - подытожил Римский. - Пусть это произойдет не сейчас, через несколько поколений, но надо встать на рельсы, выбрать правильный путь. Нужно вовлечь людей в дискуссию, чтобы они сами постепенно сделали выводы".

Ранее "Кавказский узел" сообщал, что именно клановое устройство общества наряду с религиозным экстремизмом и экономической нестабильностью было названо в числе главных проблем Северного Кавказа в ходе презентации научно-исследовательского проекта "Северный Кавказ: взгляд изнутри". Посвященное изучению социальных различий и конфликтов исследование было основано на материале опроса фокус-групп, состоявших из жителей пяти регионов Северного Кавказа: Дагестана, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и Чечни.

Отметим также, что, по данным управления генпрокуратуры в СКФО, в прошлом 2011 году ущерб от коррупции в виде хищения и нецелевого использования бюджетных средств на территории Северо-Кавказского федерального округа составил 2,5 миллиарда рублей. Вернуть в бюджет удалось только 2,8% разворованных денег.