Иран в конце марта начинает разработку нефтяных месторождений на Каспии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Министр нефтяной промышленности Ирана Бижан Намдар-Зангени заявил, что Иран вскоре начнет разведывательное бурение на нефть в секторе Каспийского моря, который он считает своим. По словам министра, работы начнутся вскоре после иранского Нового года в конце марта. Зангени сказал также, что Иран не позволит никакой другой стране вести нефтеразведку в секторе размером в 20 процентов акватории, на который Иран выдвигает свои претензии.

Иран и Туркменистан выступают за раздел акватории на пять равных по площади секторов, а Россия, Азербайджан и Казахстан настаивают на демаркации национальных секторов пропорционально длине береговой линии каждой из пяти стран.

По сути дела, заявление министра нефтяной промышленности Ирана Бижана Намдар-Зангени означает, что официальный Тегеран начинает наступление на позиции Азербайджана и бросает вызов интересам США на Каспии.

До конца марта осталось не так уж много. И если Г.Алиев настроен любой ценой избежать противостояния с официальным Тегераном, то он, естественно, должен поторопиться. Ведь не секрет, что во время переговоров с президентом Путиным в Москве Г.Алиев обсуждал и каспийскую тематику. Злые языки утверждают, что в результате этих переговоров азербайджанская сторона согласилась пойти на определенные уступки Ирану. Вспомним дальнейщие заявления замминистра РФ о необходимости более справедливого раздела ресурсов Каспия. Просто в Тегеране хотят ускорить официальное оформление этих договоренностей. То есть все эти заявления - обычный блеф.

Но нельзя отбросить в сторону и вторую версию, объясняющую подобное поведение Ирана. Тегеран вкупе с Москвой пытается сыграть на обострении на Каспии с целью нанести удар по геополитическим интересам США и ее региональных союзников. Ведь появление американских спецназовцев в Грузии, несмотря на заявление Путина о том, что в этом нет ничего необычного и неприемлемого для России, безусловно, раздражает и Москву, и Тегеран.