Станислав Клых в зале Верховного суда Чеченской республики. Фото Мурада Мурадова для "Кавказского узла"

29 декабря 2015, 02:42

Анализ обвинительного заключения в отношении Николая Карпюка и Станислава Клыха (Часть 1)

"Кавказский узел" публикует первую часть анализа обвинительного заключения по делу Николая Карпюка и Станислава Клыха, проведенного Правозащитным центром "Мемориал". В первой части анализа основное внимание уделено процессуальным моментам в деле. Все четыре части анализа обвинительного заключения опубликованы на "Кавказском узле" в разделе "Документы организаций".

Верховный суд Чечни с 27 октября рассматривает дело граждан Украины Николая Карпюка и Станислава Клыха, обвиняемых в участии в боях на территории республики. По данным следствия, Карпюк и Клых были членами созданной в начале 1990-х годов организации УНА-УНСО, признанной в России экстремистской. Подсудимые обвиняются в руководстве и участии в банде, убийстве и покушении на двух и более человек во время первой чеченской войны. Карпюк и Клых отрицают свое участие в конфликте в Чечне и заявили о пытках во время следствия.

В свою очередь Правозащитный центр "Мемориал" проанализировал обвинительное заключение по делу Карпюка и Клыха. Правозащитники заявили о фактических ошибках и противоречиях в деле - в первой части анализа основное внимание уделялось процессуальным моментам, во второй правозащитники сосредоточились на анализе фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении.

В третьей части анализа были рассмотрены  фактические обстоятельства преступлений против пленных российских военных, изложенные в документе, а в четвертой - вопрос о состоятельности обвинения об участии Карпюка и Клыха в убийствах тридцати российских военнослужащих в ходе боевых столкновений в Грозном. Все четыре части анализа обвинительного заключения опубликованы на "Кавказском узле" в разделе "Документы организаций". 

Анализ обвинительного заключения в отношении Карпюка Николая Андроновича и Клыха Станислава Романовича

Продолжаются судебные процессы над украинцами, обвиняемыми в совершении преступлений еще двадцать лет назад, в ходе Первой чеченской войны, где они якобы участвовали на стороне сепаратистов. 29 сентября 2015 г. Шатойский районный суд вынес приговор Алекандру Малофееву. В Грозном идет суд над Николаем Карпюком и Станиславом Клыхом.

Ранее, в ходе предварительного следствия, подсудимые признались в многочисленных преступлениях и  дали обильные показания. Однако знакомство с доступными материалами, относящимися к этим делам, порождает всё больше сомнений и вопросов. Это относится и к методам получения признаний, - Карпюк и Клых успели заявить своим адвокатам о том, что к ним применялись пытки, так что вообще неочевидно, бывали ли обвиняемые Карпюк и Клых на территории Чечни до их задержания в 2014 году.

Равным образом, много вопросов и к сути семисотстраничного обвинительного заключения. Не пытаясь детально изложить здесь все эти вопросы и сомнения, касающиеся сути предъявленных обвинений, сосредоточимся для начала на процессуальных аспектах и на формальных противоречиях в материалах дела, касающихся:

вопросов квалификации и объема обвинения,

доказательственной базы,

возможности применения срока давности,

и отдельно - вопроса о возможной причастности к совершенным в 1994-1995 гг. преступлениям действующего премьер-министра Украины Арсения Яценюка.

При этом мы пока оставляем за скобками достоверность утверждений и доказательств, положенных в основу обвинения.

1. Вопросы квалификации и объема обвинения

Определяя вмененные Карпюку и Клыху преступления, как бандитизм, следствие не обосновало обвинение Карпюка в организации и в руководстве бандой, весьма произвольно и бездоказательно определило период деятельности этой банды, и не описало должным образом преступления, совершенные фигурантами дела, - так, что под вопросом оказывается само обвинение в бандитизме.

Николай Карпюк и Станислав Клых обвиняются в том, что «совместно с Малофеевым и другими лицами» в начале 1990-х «по идейным соображениям» вступили в созданную в Украине военизированную политическую организацию праворадикального толка Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона (УНА-УНСО). Согласно обвинительному заключению, в декабре 1994 г. в Украине Карпюк «совместно с другими лицами» создал из членов УНА-УНСО и возглавил «вооруженную банду «Викинг», в которую вошли Клых, Малофеев «и другие лица», - «с целью участия в вооруженном конфликте на территории Российской Федерации на стороне самопровозглашенной Чеченской Республики Ичкерия». Далее, с декабря 1994 г. по апрель 1995 г. Карпюк и Клых «совместно с Малофеевым и другими участниками банды» неоднократно вели бои с военнослужащими Вооруженных Сил РФ. С 31 декабря 1994 г. по 2 января 1995 г. Карпюк и Клых «совместно с Малофеевым и другими участниками банды в г. Грозном в районе «Президентского дворца», площади «Минутка» и железнодорожного вокзала обстреливали «военнослужащих Вооруженных Сил РФ, исполнявших свой служебный долг», убив 30 и совершив покушение на убийство 13 военнослужащих. Наконец, с марта 1999 г. по май 2000 г. Карпюк с Клыхом «и другими участниками банды из числа членов УНА-УНСО» в лагере близ Ведено под командованием полевого командира Салмана Радуева «обучались тактике ведения боя». Клых в 2006 году, якобы, вышел из состава банды в связи с переходом в политическую организацию «Социал-патриотическая ассамблея славян» (СПАС), а Карпюк «покинул банду в связи с задержанием» 21 марта 2014 года.

Если говорить в терминах статей Уголовного кодекса РФ, Карпюк обвиняется в создании банды и руководстве ею, умышленном убийстве двух и более лиц в связи с выполнением ими своего служебного долга и покушении на такое убийство  1, а Клых - в участии в банде и совершаемых ею нападениях, умышленном убийстве двух и более лиц в связи с выполнением ими своего служебного долга, и в покушении на такое убийство  2

*****

Исходя из конструкции предъявленного обвинения, вызывает сомнение сама квалификация содеянного Карпюком как создания и руководства бандой.

Содержащиеся в обвинении формулировки «выполняя приказы руководителей банды, Карпюк совместно с Музычко и другими неустановленными лицами возглавили устойчивую вооруженную группу (банду) под названием «Викинг», «Карпюк являлся участником устойчивой вооруженной группы (банды), состоящей из членов УНА-УНСО в период с декабря 1994 года по 21 марта 2014 г.» указывают на то, что вооруженная группа «Викинг» входила в состав более крупного бандформирования, в котором Карпюк являлся не создателем и руководителем, а одним из участников.

В обвинении Карпюка указано, что для реализации преступных целей он, Музычко и другие приближенные к ним неустановленные следствием лица «разработали структуру устойчивой вооруженной группы (банды), организовали систему подчинения и управления, вовлекли новых участников, разделили их на группы, снабдили их различными видами огнестрельного оружия и боеприпасами, экипировкой, средствами связи, а также организовали доставление участников банды на территорию Российской Федерации для участия в боевых действиях против федеральных сил в Чеченской Республике Российской Федерации». При этом Карпюку не инкриминированы конкретные обстоятельства, при которых им, якобы, совершены указанные действия. Кроме того, текст обвинения содержит формулировки, опровергающие совершение Карпюком Н.А. этих действий. Например, далее в обвинении указано всего лишь на «осведомленность о наличии огнестрельного оружия и боеприпасов» всех участников банды, в том числе Карпюка. Описано, что в декабре 1994 года Карпюк «с целью совершения умышленных убийств военнослужащих Вооруженных Сил РФ и сотрудников правоохранительных органов вооружился огнестрельным оружием – автоматом Калашникова калибра 5,45 мм, и снайперской винтовкой СВД калибра 7,62 мм, боеприпасами к ним – патронами калибра 5,45 мм и 7,62 мм, которые он незаконно приобрел в неустановленном месте и при неустановленных обстоятельствах у неустановленного лица». То есть, следствие пишет, что Карпюк принял меры для собственного вооружения, а не для снабжения оружием и боеприпасами участников банды.

При такой формулировке обвинения можно сделать обоснованный вывод, что Карпюк не был организатором и руководителем банды.

*****

В обвинении искусственно расширен период существования банды и, соответственно, период совершения преступления. Конструкция обвинения ставит под сомнение время окончания бандитизма. Так, в обвинении полностью отсутствует описание обстоятельств существования и деятельности банды с мая 2000 г. по 21 марта 2014 г., когда Карпюк был задержан. Ссылка на выход Карпюка из банды в связи с задержанием намекает на то, что банда продолжает существовать.

Вряд ли это простая небрежность: возможно, таким образом следствие пытается исключить применение срока давности (см. ниже).

*****

Объем квалификации содеянного Карпюком и Клыхом не соответствует требованиям УК РФ. Ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответственность за создание банды, руководство и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений  3. В этих случаях при совокупности преступлений лицо несет ответственность за каждое преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ  4. В соответствии с этим требованием, наряду с бандитизмом Карпюку и Клыху отдельно инкриминировано совершение убийства и покушения на убийство.

Однако обоим не вменяется отдельно ст. 222 УК РФ (незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов), хотя в рамках описания обстоятельств совершения бандитизма, убийства и покушения на убийство обвиняемым фактически инкриминирован незаконный оборот и использование при совершении преступлений оружия и боеприпасов. Это свидетельствует об отсутствии у следствия достаточных доказательств для обвинения Карпюка и Клыха по ст. 222. В тексте обвинения ничего не сказано об источниках приобретения оружия и боеприпасов, обстоятельствах их хранения, перевозки и ношения, - только данные об использовании в составе банды, о применении при совершении убийства и покушении на убийство граждан. Само оружие не обнаружено.

Обвинение в бандитизме требует доказательства обязательных квалифицирующих признаков. А в случае с Карпюком и Клыхом ставятся под сомнение вооруженность как один из обязательных признаков банды и обоснованность обвинения Карпюка и Клыха в бандитизме, убийстве и покушении на убийство с применением огнестрельного оружия.

2. Доказательственная база

Обвинительное заключение основано отнюдь не на объективных материалах: тут, воистину, признание вины – «царица доказательств». Перепроверить, подкрепить или опровергнуть эти признания следствие не пытается. Попытки использовать «детектор лжи» для придания этим показаниям веса несостоятельны.

Есть многочисленные признаки того, что доказательственная база по делу построена на оговоре и самооговоре. Она основана на показаниях Карпюка, Клыха и Малофеева  5, допрошенных в качестве подозреваемых, обвиняемых, свидетелей против самих себя и друг против друга. При этом Клых в ходе расследования отказался как от заявленного первоначально признания вины в инкриминированных ему преступлениях, так и от дальнейшей дачи показаний. Карпюк в своих показаниях не подтвердил создание им банды и руководство ею, а сообщил, что был заместителем Музычко, который и возглавлял группу «Викинг». Согласно показаниям Клыха, отрядом «Викинг» командовал Музычко, а вооружение этого и других отрядов обеспечили командиры чеченских боевиков. Малофеев также подтвердил, что руководил всем Музычко, но сообщив об отдельных организационно-руководящий действиях Карпюка. Таким образом, квалификация действий Карпюка как создателя и руководителя банды не находит подтверждения.

Обвинительное заключение содержит ссылку на объективные доказательства, - на видеозаписи, подтверждающих участие Малофеева в «бандформированиях» в Чеченской Республике. Однако в обвинительном заключении ничего не говорится о том, были ли допрошены родственники, соседи, однокурсники, коллеги Карпюка и Клыха с тем, чтобы подтвердить или опровергнуть их отсутствие по месту жительства, учебы, работы в рассматриваемый период декабря 1994 – апреля 1995 гг. и последующие предполагаемые периоды деятельности банды. 

Никто из оставшихся в живых потерпевших военнослужащих, воевавших в Грозном в то время, побывавших в плену, не указал в своих показаниях на Карпюка, Клыха, Малофеева, Яценюка как участников боестолкновений и совершенных против них преступлений. При этом потерпевшие опознали Александра Музычко, Олега Челнова, Дмитрия Корчинского, Дмитрия Яроша.

*****

Значительная часть доказательств представляет собой производные от показаний ныне осужденного свидетеля Малофеева,участие которого в совершении преступлений, аналогичных инкриминированным Карпюку и Клыху, подтверждено большим объемом доказательств, чем получено в отношении самих Карпюка и Клыха. Такими производными доказательствами выступают: протоколы осмотров мест происшествий, проверки показаний на месте и следственных экспериментов с участием Малофеева;протоколы опознаний Малофеевым Карпюка, Клыха и других участников бандформирования; заключения психофизиологических экспертиз с применением полиграфа в отношении Малофеева; заключения психологических экспертиз в отношении показаний Малофеева с предоставлением материалов уголовного дела; ряд заключений судебно-медицинских экспертиз об отсутствии у Малофеева телесных повреждений в период производства с ним следственных действий. Все эти доказательства подтверждают не обстоятельства обвинения, а направлены на проверку, закрепление и подтверждение достоверности показаний Малофеева. Из обвинительного заключения видно, что для проверки и закрепления показаний Карпюка и Клыха не был организован такой большой комплекс следственных действий. Это свидетельствует о некоторой необъективности и неполноте расследования.

*****

Проведенные в отношении Клыха и Малофеева психофизиологические экспертизы достоверности показаний дают основания ставить вопрос о признании заключений этих экспертиз недопустимыми доказательствами. Сама по себе допустимость такого рода экспертиз в качестве доказательств - до настоящего времени вопрос спорный.

Ранее в разных решениях Верховного суда РФ обосновывалось признание этого вида экспертиз недопустимыми доказательствами и исключение их из числа доказательств:

 - «результаты экспертизы с использованием полиграфа не могут быть признаны допустимым доказательством по уголовному делу, поскольку сводятся к даче экспертом оценки показаниям лиц, в отношении которых проводится экспертиза, как правдивых или не правдивых, что входит в исключительную компетенцию суда»;

 - «подобные исследования не являются доказательствами факта, и, следовательно, не могут представляться в качестве таковых коллегии присяжных заседателей»;

 - «Уголовно-процессуальный кодекс РФ не предусматривает законодательной возможности применения полиграфа в уголовном процессе. Данный вид экспертиз является результатом опроса с применением полиграфа, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и ее заключение не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям ст. 74 УПК РФ. Данные использования полиграфа при проверке достоверности показаний подсудимых не являются доказательством. Подсудимые непосредственно допрашиваются в судебном заседании, и оценка их показаний относится к компетенции суда, присяжных заседателей, а не эксперта».

Особо отметим, что психологические экспертизы показаний Клыха и Малофеева не разрешали вопрос: «основаны ли эти показания, полностью или частично, на реальных, пережитых самим субъектом событиях или же они не основаны на собственном опыте, а даны с чужих слов, являются надуманной импровизацией?» Как следует из обвинительного заключения, психологами не рассматривался вопрос о том, могло ли установленное экспертами наличие у Малофеева ВИЧ-инфекции влиять на дачу им показаний по существу дела, в том числе - влиять на достоверность показаний, изобличающих других фигурантов дела в совершении преступлений. Согласно обвинительному заключению, психологические экспертизы в отношении показаний Карпюка не проводились вообще. Так что обвиняемые и их защитники вправе ходатайствовать в суде о проведении экспертиз по всем перечисленным вопросам.

При всех этих недостатках и противоречиях в доказательственной базе в отношении обвиняемых Карпюка и Клыха, в обвинительном заключении представлены обширные доказательства участия и роли в преступлениях Музычко и других достоверно известных участников боевых действий в Чеченской Республике. Столь явный контраст ставит под сомнение состоятельность обвинительного заключения.

3. Срок давности  6

Вне зависимости от обоснованности обвинений, выдвинутых в отношении Карпюка и Клыха, в их отношении вполне можно требовать прекращения уголовного преследования в связи с истечением срока давности.

Карпюку и Клыху, во-первых, вменены убийства, то есть не длящиеся, а оконченные в 1995 году особо тяжкие преступления  7, срок давности за которые составляет 15 лет после их совершения  8. Этот срок истек еще в 2010 году. Поскольку ст. 102 («убийство») УК РСФСР (действовавшего в России на середину 1990-х) предусматривает возможность такого наказания, как смертная казнь, то вопрос о применении сроков давности в данном случае решается судом  9. При этом, если суд не сочтет возможным освободить подсудимого от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы не применяются.

Во-вторых, хотя  обвинение в бандитизме  10 построено так, что окончание преступления у Клыха приходится на 2006 г., а у Карпюка – на 2014 г., в обвинительном заключении отсутствуют доказательства участия Карпюка и Клыха в банде после 1995 года. Это позволяет обвиняемым и защитникам настаивать на том, что по ст. 209 (участие в банде) совершение преступлений окончено в 1995 году, и срок давности в данном случае истек. Поскольку бандитизм не карается смертной казнью и пожизненным лишением свободы, то тут не требуется усмотрение суда о возможности применения срока давности.

Однако действие срока давности может приостанавливаться, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда  11. Поскольку обвиняемые от суда и следствия не уклонялись, по уголовному делу в отношении Карпюка и Клыха обвиняемые и их защитники вправе ходатайствовать перед судом об освобождении от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности.

4. Обвинения в пытках и убийствах пленных

Едва ли не самая тяжелая и запоминающаяся часть обвинительного заключения – описание жестоких пыток и казней пленных российских военнослужащих, в которых якобы участвовали воевавшие в Грозном украинцы. 

Речь идет, прежде всего, о группе из 12 солдат, взятых в плен в окрестностях площади «Минутка». Кроме того, говорится об убийствах пленных, содержавшихся в подвалах «Рескома», - здания бывшего республиканского комитета КПСС, ставшего штабом обороны Грозного, куда с 31 декабря 1994 г. доставляли пленных российских военнослужащих. Подробнее и по существу мы коснемся этих эпизодов в следующей части нашего анализа, здесь же обратим внимание на процессуальные несоответствия.

1.  В показаниях свидетелей и обвиняемых есть противоречия. О своем непосредственном участии в пытках и убийствах пленных военнослужащих подробно сообщили при даче показаний обвиняемый Николай Карпюк и свидетель Александр Малофеев. Обвиняемый Станислав Клых до отказа от дачи показаний подтверждал непосредственное участие Карпюка и Малофеева в пытках и убийствах пленных военнослужащих. Однако если Малофеев указал на Карпюка как еще одного участника пыток и убийств пленных, то в показаниях Карпюка сведений об участии Малофеева в этих преступлениях нет. И следствие никак не пыталось это противоречие объяснить или устранить.

2. Перечисленные выше показания не имеют объективных подтверждений, и из обвинительного заключения не видно, что следствие пыталось такие подтверждения получить. Плененные, подвергшиеся пыткам и убитые солдаты остаются безымянными. С одной стороны, в обвинительном заключении отсутствуют какие-либо документальные сведения об обнаружении трупов этих двенадцати военнослужащих со следами пыток. С другой стороны, нет и сведений о безвестном исчезновении или пленении группы военнослужащих в указанном месте  в указанное время. Нет и материалов, подтверждающих, что следствие пыталось  такие сведения добыть.

3. Наконец, хотя  этот ужасающий эпизод с пытками и убийством пленных изложен в показаниях подсудимых и свидетеля, однако, странным образом, Николаю Карпюку участие в этих преступлениях вовсе не инкриминировано. Неужели следствие не готово отстаивать эти обвинения в суде?

Даже эти процессуальные несоответствия и противоречия в доказательствах, содержащихся в  обвинительном заключении, дают основания для вывода о надуманности эпизода с пытками и убийствами пленных военнослужащих. Это, в свою очередь, позволяет говорить о возможном самооговоре обвиняемых, инициированном оперативными или следственными работниками.  Цель здесь может быть простая: не утяжеляя собственно обвинение, придать обвиняемым максимально зловещий, отрицательный, отталкивающий облик, в частности, для эмоционального воздействия на судью и присяжных заседателей.

5. Вопрос о причастности Арсения Яценюка к преступлениям

Как следует из материалов, вошедших в обвинительное заключение, в Грозный к началу боев за город были переброшены около 140 украинцев (л. 57, 60), из которых в боях участвовали около 500 (л. 58, 61), - налицо  удивительная небрежность следствия. При этом, поименно перечислены, если суммировать по всем показаниям, несколько десятков человек. Особое место в этом списке жителей Украины  уделено одному из них - действующему премьер-министру Украины Арсению Яценюку. В его отношении обвинительное заключение содержит признаки искусственного включения в число «членов бандформирования», совершившего преступления на территории Чечни.

1. В обвинительном заключении указано, что Карпюк опознал Яценюка по фотографии, но не сказано, в каком качестве. При этом показания Карпюка не содержат какой-либо информации об участии Яценюка в деятельности УНА-УНСО, участии в бандформированиях и совершении убийств на территории Чечни.

2. Малофеев (который, видимо, на самом деле воевал в Грозном в Первую чеченскую) был допрошен в качестве свидетеля и подтвердил членство Яценюка в УНА-УНСО и отряде «Викинг», и в общем виде сообщил о его участии в боевых действиях против федеральных военнослужащих в декабре 1994 - январе 1995 гг.

3. Наиболее подробные показания обо всём этом дал обвиняемый Клых, который, однако, затем начал отрицать свое участие в совершении преступлений, и отказался от дачи показаний. В показаниях Клыха обращает на себя внимание то, что Яценюк – единственный человек, чей внешний вид в деталях запомнил Клых в ходе боя с военнослужащими федеральных сил, а затем подробно описал на допросе. При этом у Клыха не было никаких объективных оснований акцентировать внимание на Яценюке. Тот не приходится Клыху родственником или другом, и вряд ли Клых мог предвидеть, что двадцать лет спустя Яценюк возглавит правительство Украины. Крайне маловероятно, что в ходе вооруженного боя, требующего концентрации на уничтожении противника и сохранении своей жизни, человек запомнил особенности внешнего вида и поведения других участников боя, - если это не его друзья или родственники, о которых он может беспокоиться. Столь же маловероятно сохранение этих детальных воспоминаний по прошествии 20 лет.

Следовательно, эти показания Клыха о Яценюке с куда бОльшей вероятностью надуманны, либо даны им со слов третьих лиц, - например, оперативных сотрудников или следователей.

4. Еще один свидетель, бывший сотрудник «Самарской газеты» В.Е.Петров, который в Чечне занимался розыском и содействиемосвобождению пленных, однако сам попал в заложники к боевикам, показал, что апреле 2000 г. якобы увидел мужчину с автоматом, переодевавшегося с другими боевиками после сражения. Мужчину этого он якобы запомнил настолько хорошо, что много лет спустя узнал в нем Яценюка. Не обсуждая достоверность этих показаний, отметим, что они не подтверждают ни участие Яценюка в совершенных в 1994-1995 гг. деяниях, инкриминированных Карпюку и Клыху, ни совместного с ними участия в банде.

5. Обвинительное заключение содержит ссылку на два оптических диска с фото- и видеофайлами со сведениями  «об участии Музычко, Тягнибока, Яроша, Корчинского и Яценюка в УНА-УНСО и боевых действиях на территории Чеченской Республики в составе незаконных вооруженных формирований в 1994-1996 годах», однако не представляется возможным высказаться о конкретном содержании этих фото- и видеофайлов.

6. Также в обвинительном заключении в числе доказательств фигурирует письмо ФСБ РФ о том, что «в результате оперативно-розыскных мероприятий» установлено «членство в УНА-УНСО и участие в боевых действиях в Чеченской Республике в составе незаконных вооруженных формирований гражданина Украины Яценюка А.П. – ныне Премьер-министра Украины и члена политической партии «Батькивщина». Ссылка на это письмо не сопровождается никакими указаниями на наличие в нем какого-либо обоснования этой информации.

7. В обвинительном заключении цитируются показания Клыха о том, что «…После боя Яценюк часто был среди журналистов, много позировал, фотографировался, давал интервью. В их отряде Яценюк находился примерно до 4-5 января 1995 года, а потом через Грузию уехал в Киев вместе с какими-то журналистами. …» (л. 28). Однако далее нет ни ссылок на эти публикации, интервью, фотографии в СМИ, ни сведений о попытках следствия получить эти сведения.

Очевидно, что столь неопределенные данные нуждались бы в тщательной проверке, прежде всего - в проверке возможности пребывания Яценюка в декабре 1994 - январе 1995 гг. не в месте совершения расследуемых преступлений, а в ином месте (по месту жительства, работы, учебы, и т. п.). Однако в обвинительном заключении нет каких-либо сведений о проведении оперативно-следственных мероприятий по проверке этих обстоятельств.

Утверждения об участии Арсения Яценюка в вооруженном конфликте не имеют отношения к существу обвинений в отношении Николая Карпюка и Станислава Клыха, однако привлекают внимание к этому уголовному делу и повышают его значимость в контексте современной российской политики. Это может свидетельствовать о лежащем в основе дела политическом мотиве властей.

*****

Таким образом, обвинения, выдвинутые против Николая Карпюка и Станислава Клыха, вызывают массу сомнений, - даже если не задаваться вопросами: действительно ли они совершили вмененные им преступления? и вообще, насколько изложенное в обвинительном заключении соответствует реальности боев в Грозном в 1994-1995 гг.?

Во-первых, вменяя статью Уголовного кодекса «бандитизм», следствие не обосновало обвинения в организации и в руководстве бандой, весьма произвольно и бездоказательно определило период деятельности этой банды, и не описало соответствующим этой статье образом преступления, совершенные фигурантами дела. В итоге под вопросом оказывается само обвинение в бандитизме.

Во-вторых, обвинительное заключение базируется на признании вины, «царице доказательств». Вместо того, чтобы объективными материалами подкрепить или опровергнуть эти признания, следствие пытается придать им вес, используя «детектор лжи». Есть многочисленные признаки того, что доказательственная база по делу построена на оговоре и самооговоре.

В-третьих, вне зависимости от обоснованности обвинений, выдвинутых в отношении Николая Карпюка и Станислава Клыха, срок давности со дня совершения преступлений по этим статьям Уголовного кодекса истек, и по делу может  быть рассмотрен вопрос о прекращении его на этом основании.

09.10.2015

Примечания: 
  1. В совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.06.1996 № 63-ФЗ), п.п. «в», «з», «н» ст. 102, ч. 2 ст. 15, п.п. «в», «з», «н» ст. 102 УК РСФСР (в редакции Федерального закона от 29.04.1993 № 4901-1).
  2. В совершении преступлений,  предусмотренных ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.06.1996 № 63-ФЗ), п.п. «в», «з», «н» ст. 102, ч. 2 ст. 15, п.п. «в», «з», «н» ст. 102 УК РСФСР (в редакции Федерального закона от 29.04.1993 № 4901-1).
  3. См. п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.01.1997 № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм»
  4. Согласно положениям ст. 17 УК РФ
  5. Согласно фабуле обвинения - соучастника преступлений, и допрошенного в деле против Карпюка и Клыха в качестве свидетеля
  6. Ст. 78 УК РФ
  7. Предусмотренные п.п. «в», «з», «н» ст. 102, ч. 2 ст. 15, п.п. «в», «з», «н» ст. 102 УК РСФСР в редакции Федерального закона от 29.04.1993 № 4901-1
  8. Согласно пункту «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ
  9. В силу ч. 4 ст. 78 УК РФ
  10. Ч. 1 и ч. 2 ст. 209 (бандитизм) УК РФ
  11. Согласно ч. 3 ст. 78 УК РФ

источник: Правозащитный центр "Мемориал"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях WhatsApp и Telegram.
Лента новостей

24 ноября 2017, 06:54

24 ноября 2017, 06:00

24 ноября 2017, 05:44

24 ноября 2017, 05:27

  • Участники круглого стола назвали осетино-ингушский конфликт проблемой всей России

    События осени 1992 года в Пригородном районе Северной Осетии стали проблемой всей России, заявил один из организаторов круглого стола, член Правозащитного совета Санкт-Петербурга Юрий Нестеров. В стране нет выработанной политики по национальным вопросам, считает епископ Апостольской православной церкви Григорий Михнов-Вайтенко. Подобные круглые столы помогают преодолеть последствия трагических событий и будут проходить регулярно, сообщила журналистка Хава Хазбиева.

24 ноября 2017, 04:28

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Персоналии

Все персоналии

Архив новостей