Чего хотят смертники и кто за ними стоит?

"Северный Кавказ глазами блоггеров" – совместный проект Русской службы Би-би-си и интернет-СМИ "Кавказский узел".

Лечи Хамзатов из Грозного пишет об отношении в Чечне к "смертникам".

Лечи Хамзатов (псевдоним): "Родился в Астраханской области. Закончил школу и ВУЗ в городе Грозном Чеченской Республики. В настоящее время живу в Грозном. По профессии историк. Журналистикой увлекся два года назад. Также занимаюсь частным бизнесом".

Кто и зачем сегодня взрывает себя на улицах чеченских или ингушских городов? Чего хотят и чего добиваются эти люди? Откуда они берутся, и кто за ними стоит? Вот, пожалуй, основные вопросы, которые задают себе сегодня жители Чечни и Ингушетии, да и не только они.

Вообще, если так подумать, то о смертниках-"шахидах" примерно до 2001-го года многие в Чечне знали разве что по телерепортажам или материалам печатных СМИ о конфликте на Ближнем Востоке, где шахидизм имеет свои давние корни. Но в Чечне такого не было. Даже если взять "первую чеченскую войну", не припомню случая, чтобы какой-то смертник совершил самоубийственный теракт против российских военных или местной милиции.

Люди у нас теракты, конечно, не приветствуют. Не в менталитете чеченцев кончать жизнь самоубийством, даже во имя благородных целей. Потому что это – самый страшный грех перед Создателем. Так исламская религия говорит. Когда палестинцы взрывали себя в еврейских городах, многие тут удивлялись: ну как же так можно? А теперь это пришло и к нам.

Подорвать себя гранатой, чтобы не попасть в плен, это было. Также как во время Кавказской войны чеченцы с обнажёнными кинжалами бросались на окруживших их солдат, стремясь перед собственной смертью убить хотя бы одного врага. Можно ещё вспомнить один из эпизодов войны позапрошлого столетия, когда несколько десятков чеченских девушек, захваченных царскими солдатами в разгромленном селении Дади-Юрт, покончили с собой, бросившись с моста в воды реки Терек. При этом каждая из них увлекла с собой в реку по солдату. Говорят, что старые казаки проходя возле того места крестились и говорили: "Здесь погибли самые геройские чеченские девушки! Вечная им память!"

Несомненно, шахидизм был привнесён в Чечню извне и теми силами, которые принято называть радикальными исламистами или ваххабитами. Достаточно вспомнить, что первый теракт с использованием смертника был совершён в Чечне в 2001-ом году племянницей одного из лидеров ваххабитов Арби Бараева. Тогда молодая девушка на набитом взрывчаткой грузовике "КАМАЗ" въехала на территорию военной комендатуры и взорвала себя. Когда эта новость разошлась по Чечне, многие были шокированы. Потому что это было впервые, и потому что на смерть послали девушку.

Затем были и другие теракты. Взрыв Дома правительства в Грозном, или отдела ФСБ в Надтеречном районе с многочисленными жертвами. Из всех тех самоподрывов измученное непрекращающимся насилием, постоянными "зачистками" и "спецоперациями" население Чечни, в подавляющем своем большинстве посчитало "правильной" только одну. Это когда молодая женщина взорвала себя вместе с военным комендантом Урус-Мартановского района, который на её глазах зверски расправился с её мужем и был причастен к смерти отца и брата. Но даже и здесь, осуществление акта мести женщиной тоже было воспринято как нечто исключительное.

Вероятно, в тех самоубийственных акциях смертников было какое-то рациональное зерно. Нанести крупный ущерб противнику, укрывшемуся за бетонными дотами и дзотами, продемонстрировать свои возможности, подорвать имидж промосковских властей и так далее. И ещё один нюанс. Тогда эти нападения были направлены в первую очередь против представителей федеральных сил.

Но сегодня ситуация совершенно иная. Объектом нападений бомбистов-смертников теперь становятся работники местных властей или силовых структур. Взять хотя бы покушение на президента Ингушетии или взрывы в Грозном. Везде объекты нападений — исключительно "свои".

Отношение основной массы населения к смертникам в Чечне довольно противоречивое, и по этому поводу существует ряд различных мнений. Одни, в основном, те, у кого родственники или знакомые имеют отношение к органам власти или силовым структурам, убеждены в том, что нападения смертников оплачиваются из-за рубежа, а готовят "шахидов" некие арабские инструкторы (президент Чечни после последних двух совершённых в Грозном терактов даже назвал их имена), и что арабы чуть ли не путём зомбирования (плюс, конечно, усиленная пропагандистская агитация о райских кущах, которые ожидают будущего самоубийцу), вынуждают молодых парней идти на такие акции.

Версия вторая (тоже как бы официальная): смертники (вернее их родственники) получают деньги за совершённый взрыв.

Третья версия: самоубийственные теракты совершают те, кто раньше задерживался представителями силовых структур, был подвергнут пыткам и истязаниям и решил таким образом отомстить. Но есть ещё одна версия, которую считает вероятной довольно большое количество людей. Их мнение — за терактами с использованием смертников стоят российские спецслужбы, заинтересованные в сохранении напряжённости на Северном Кавказе. Однажды один из моих знакомых, бывший офицер советской госбезопасности, воевавший в Афганистане, клятвенно уверял, что в арсенале спецслужб существуют некие психотропные вещества, с помощью которых можно управлять сознанием человека и заставлять его выполнять любые приказы, вплоть до совершения самоубийства. Я до сих пор несколько скептически отношусь к такого рода предположениям, хотя…

А власть и СМИ террористов-смертников иначе как фанатиками, "отморозками", не мусульманами, отбросами общества и врагами народа не называет. Это вроде как полуграмотные, ограниченные, психически неустойчивые люди, которые ни с того, ни с сего обозлились на весь белый свет и убивают себя и других почем зря. И новый термин относительно бомбистов в обиходе чиновников появился – "несостоявшиеся люди".

Но вряд ли всё так просто. Взять того же Беслана Чагиева, взорвавшего себя 15-го мая у здания МВД в Грозном. Это был довольно известный и успешный спортсмен, борец вольного стиля. Несколько лет назад ему вроде бы даже предлагали должность министра спорта Ингушетии.

Или взорвавшийся 26-го июля у театрально-концертного зала в Грозном Руссам Мухадиев. Тоже ведь бывший спортсмен. Кстати, вырастили его мать и бабушка. А через несколько дней после совершённого им теракта, в Аргуне сожгли дом, в котором жили его близкие. А наказывать женщин за сына и внука - это правильно?

Разобраться в том, что действительно толкает человека на смерть, очень сложно. Тем более, если этот человек знает, что его родственники подвергнутся жестоким репрессиям и даже могут быть убиты в результате кровной мести.

Я знаю близкого родственника Рустама Мухадиева. Это абсолютно мирный человек и он осуждает его за совершенный теракт. "Он-то сам погиб. Но оставил нам кровную месть, сожжённый дом матери и нас, которых теперь, можно сказать, поставили вне закона. Наша жизнь с того дня стала адом. Зачем он это сделал?"

Как бы то ни было, сегодня ясно одно. Тактика использования бомбистов-самоубийц вновь возрождается, а значит это кому-то очень нужно. А что же делать обычным гражданам в такой ситуации? Разве что, на всякий случай, держаться подальше от сотрудников милиции, мест проведения "культурно-массовых мероприятий", зданий госучреждений, главных улиц и парков отдыха. Авось, пронесет...