Куст конопли и его последствия. Поставлена точка в деле по присуждению морального вреда
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.
В небольшом городке Нарткала Кабардино-Балкарии четыре года назад произошла трагическая история. 85-летний Николай Захарченко покончил с собой. Происшествие получило широкий общественный резонанс.
Спустя некоторое время, вдова Захарченко, Евгения Георгиевна, обратилась в суд с иском о компенсации морального вреда за доведение до самоубийства ее супруга, причиной которого она считает незаконное привлечение его к уголовной ответственности.
Все началось с того, что на придомовом участке супругов Захарченко вырос куст конопли. То, что это конопля, а не другая сорная трава, супругам подсказал сосед и посоветовал убрать ее, мол, законом запрещено. Николай Захарченко куст срубил и оставил его во дворе, чтобы потом покормить им кроликов.
Вскорости дом явились с обыском сотрудники полиции. Они предложили пенсионерам добровольно выдать все незаконно хранящиеся в доме вещества, «запрещенные к гражданскому обороту». Не поняв, о чем речь, супруги сказали, что ничего такого они не хранят. Тогда сотрудники провели обыск и нашли срезанный куст конопли в тазу. Он весил целых 850 грамм. Пенсионера забрали в отдел, в отношении него возбудили уголовное дело по обвинению в незаконном хранении наркотических средств в особо крупном размере.
А через несколько дней он покончил с собой. Впоследствии уголовное дело в отношении Захарченко было прекращено за отсутствием в действиях состава преступления.
Евгения Захарченко подала иск в суд о взыскании компенсации морального вреда за доведение до самоубийства ее мужа.
Нальчикский городской суд иск удовлетворил в той сумме, которую просила вдова – 1 млн рублей. Апелляционная инстанция решение отменила и приняла свое – об отказе в удовлетворении иска. Захарченко и ее адвокат Галина Рыжкова обратились в Пятый кассационный суд. Здесь решение Апелляционной инстанции отменили и дело вернули на новое рассмотрение. При новом рассмотрении Верховный суд КБР оставил в силе решение суда первой инстанции.
Теперь уже кассационные жалобы на принятое решение подали Министерство финансов РФ в лице Управления казначейства по КБР и МВД по КБР. Они просили отменить решение и отказать Захарченко в удовлетворении иска. Свое требование Минфин, в частности, обосновал тем, что Евгения Захарченко лично не проходила по делу ни подозреваемой, ни обвиняемой, не подвергалась мерам процессуального принуждения. А. стало быть, оснований для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда нет.
МВД по КБР в своей кассационной жалобе указывало, что действия сотрудников были в рамках их полномочий, а уголовное дело в отношении обвиняемого утвердила прокуратура. Кроме того, не доказано, что между уголовным преследованием Захарченко и его самоубийством есть прямая причинно-следственная связь.
Вдова и ее защита на это привели свои аргументы, подробно изложив, как проходили следственные мероприятия в доме. О том, что сотрудники разговаривали грубо, заставили пенсионера подписать протокол, не дав вдове вынести очки, чтобы он смог его прочитать, что у них не было в тот момент адвоката, что в отделе его продержали до 18 часов – без еды, воды и лекарств, а, отпуская, сказали, что ему грозит до 10 лет лишения свободы.
Николай Захарченко, всю жизнь честно трудивший на одном из нарткалинских предприятий, имевший множество поощрений, воспринял все случившееся как тяжкий позор для себя, с которым жить дальше посчитал невозможным. Самоубийство мужа для Евгении Захарченко явилось тяжелым моральным ударом.
Кроме того, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела говорится, что уголовное дело прекращается в отношении Николая Захарченко и в отношении Евгении Захарченко. То есть она тоже была незаконно привлечена к уголовной ответственности.
Вчера Пятый кассационный суд рассмотрел жалобы ведомств и отклонил их, оставив в силе решение об удовлетворении иска Захарченко в полном объеме.
