На суде по делу милиционеров Беслана потерпевшие высказывали претензии к обвиняемым

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В суде Правобережного района, где слушается уголовное дело по обвинению бывших сотрудников РОВД, начали давать показания потерпевшие Беслана. Напомним, в преступной халатности обвиняются бывший начальник Правобережной милиции Мирослав Айдаров, а также двое его заместителей Таймураз Муртазов и Гурам Дряев.

Сегодня на допрос из вызванных судом явились пять потерпевших. Всего же удалось допросить 14 человек, которые давали показания по собственному желанию. Отвечая на вопрос стороны обвинения, большинство потерпевших пояснили, что охрана общественного порядка милицией в Беслане не была осуществлена должным образом, что и привело к захвату заложников. В частности, в день теракта не было на месте постов ГИБДД, которые должны там находиться, школа не охранялась сотрудниками милиции, как это должно быть в местах массового скопления людей в дни праздника.

«Машина ГИБДД до этого всегда находилась по улице Коминтерна, по обе стороны школы. Поэтому, когда я отправляла детей в школу, я была спокойна за то, что они благополучно перейдут дорогу, ведь там стоит пост. Но 1 сентября его там не было», - рассказала суду потерпевшая Эльвира Туаева.

Кроме того, потерпевшие высказывали претензии в адрес подсудимых в том отношении, что некоторые опознанные боевики до теракта числились в розыске, но при этом открыто передвигались по Беслану, однако сотрудники милиции не предприняли действий по розыску преступников.

«Многие потерпевшие указывают на то, что видели некоторых боевиков до теракта, когда они спокойно гуляли по Беслану. Нам представили в прокуратуре прижизненные фотографии боевиков, и некоторые потерпевшие вспомнили, что видели этих людей до теракта. Например, Ходова, одного из главарей, а также боевика со шрамом и некоторых других. Они ходили по нашим дворам, их видели на рынках. Наша милиции их не замечала? Они ведь были в розыске», - пояснила Эльвира Туаева.

По мнению многих потерпевших, жертв теракта было бы меньше, если б сотрудники РОВД оперативно среагировали на захват и оказали сопротивление, когда заложников только загоняли в спортзал. «Около 30 минут всех заложников загоняли. За это время сотрудники милиции могли бы хоть что-то сделать, оказать вооруженное сопротивление, кого-то из боевиков обезвредить. Но этого сделано не было. Жертвы бы были, конечно, но не такие», - заявила свое мнение потерпевшая Залина Музаева, потерявшая в школе дочь.

Кроме того, некоторые потерпевшие указали на то, что в милиции «существовала» коррупция, что и могло послужить беспрепятственному проезду боевиков по территории республики. Также потерпевшая Мария Албегова, потерявшая в школе сына, служившего в милиции Правобережного района, рассказала, что коррупция имела место внутри отдела милиции. В частности, она заявила, что заместитель начальника РОВД Таймураз Муртазов для устройства на работу требовал с ее сына 30 тысяч рублей, а впоследствии регулярной «выручки».

В рассмотрении дела милиционеров Беслана председательствующим судьей Виталием Бесоловым был объявлен перерыв до вторника, 21 марта.