Эксперт: введение суда присяжных в Чечне не приведет к восстановлению смертной казни

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Внесение в Государственную думу России законопроекта "О введении суда с участием присяжных заседателей на территории Чеченской Республики" с вступлением в силу которого, как отмечается в ряде средств массовой информации, потеряет силу решение Конституционного суда о том, что российские суды не могут выносить смертные приговоры, прокомментировал корреспонденту "Кавказского узла" эксперт Института прав человека Лев Левинсон.

"Постановление Конституционного суда не единственное препятствие для возобновления применения смертной казни в России. По заключению Парламентской ассамблеи Совета Европы (СЕ) на заявку России о вступлении в СЕ, нашей страной было принято обязательство рассмотреть возможность, без указания сроков, подписания протокола № 6 к европейской Конвенции о защите прав человека (ЕКПЧ) о запрете смертной казни и ввести мораторий на применение смертных приговоров со дня вступления в Совет Европы. Россия мораторий так и не ввела. Постановлением Конституционного суда от 2 февраля 1999 года, можно сказать, был введен временный мораторий (хотя, слово мораторий там не фигурирует) на вынесение (а, не на применение) смертных приговоров судами до введения присяжных коллегий во всех регионах страны", - разъясняет эксперт.

"В феврале 1997 года вышло распоряжение Президента России о подписании протокола № 6. 5 мая 1997 года представителем России в Совете Европы протокол был подписан. Т. е., первый этап присоединения России к протоколу № 6 к ЕКПЧ был совершен. В Венской конвенции о праве международных договоров, подписанной Россией указывается, что подписание государством международного договора, до решения вопроса о его ратификации, влечет за собой приостановление тех действий, которые запрещаются этим договором или осуществление действий, которые договором предписываются", - говорит Лев Левинсон.

"Из Венской конвенции впрямую вытекает, что страна, подписавшая протокол № 6 к ЕКПЧ не может применять смертную казнь до тех пор, пока не будет решен вопрос о ратификации протокола. Об этом много раз говорила бывший зампредседателя Конституционного суда Тамара Морщакова, опровергая расхожее мнение, что все держится на постановлении Конституционного суда о незаконности вынесения смертных приговоров до введения повсеместно судов присяжных, автором которого она была. Таким образом, когда будет введен суд присяжных в Чеченской Республике, последнем регионе, где его пока нет, суды будут вправе выносить смертные приговоры, но приводиться в исполнение они не смогут".

"Законопроект о ратификации протокола № 6 внесен в российский парламент в 1999 году, с положительными заключениями правительства, имея поддержку профильного комитета Госдумы по законодательству, - рассказывает правозащитник. - С тех пор он лежит в Думе. Не выносят проект на голосование потому, что Комитет по законодательству не может вынести его на отклонение, он должен вынести его на принятие. Команды же принять законопроект из Кремля не поступило. И команды отклонять тоже. Такое подвешенное состояние властям выгоднее. Я не думаю, что председательство России в Совете Европы подвигнет Кремль к ратификации протокола № 6. Они говорят, что в Великобритании тоже не отменена смертная казнь. Дескать, почему к России другие требования предъявляют? В Англии 40 лет не казнят, у нас 10 - тоже значительный срок. На дипломатическом уровне представители МИД говорят: "В Думе против отмены смертной казни большинство, зачем проводить такие непопулярные меры, лучше потихонечку никого не казнить".

"Думаю, президент может отдать команду ратифицировать протокол в какой-то переходный момент. Самым выгодным моментом для принятия такого закона, учитывая, что Путин не идет на третий срок, было бы одно из последних заседаний нижней палаты парламента этого созыва, когда голосование за депутатов следующей Думы уже состоится, а старая Дума еще в течение нескольких недель будет заседать. Это испытанный способ принятия непопулярных законов, когда одних депутатов уже переизбрали, а других нет, но обоим категориям, становится менее важно совершать популистские действия, чтобы понравиться избирателям. Нашей власти смертная казнь, я думаю, не нужна, здесь действительно вопрос непопулярности ее отмены", - считает Левинсон.

"Еще один миф - указ президента о введении моратория на смертную казнь. Указом Ельцина от 16 мая 1996 года "О поэтапном сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в Совет Европы" моратория на смертную казнь не вводилось. Им предписывалось подписать протокол № 6 к европейской Конвенции по правам человека, внести проект закона о ратификации протокола в Государственную думу и провести научную конференцию по отмене смертной казни. Одновременно в 1996 году, по представлению Комиссии по помилованию при Президенте РФ, несколько сот человек, ожидавшие на тот момент смертной казни, были помилованы. Но, после указа еще применялись смертные казни. Последние 40 с лишним человек, которым ранее было отказано в помиловании, были расстреляны 2 августа 1996 года. С того момента, уже почти 10 лет смертная казнь не исполняется. Было еще рекомендательное предложение Верховного суда областным приостановить вынесение смертных приговоров с учетом вступления России в Совет Европы. Поскольку это была только неофициальная рекомендация, озвученная на Пленуме, то до постановления Конституционного суда 2 февраля 1999 года единичные случаи вынесения смертных приговоров судами были - по закону они имели на это право. Но, все, кто был приговорен в это время к смертной казни, были помилованы: она была им заменена, как правило, на пожизненное лишение свободы", - рассказал историю проблемы Лев Левинсон.

Напомним, Чечня - единственный российский регион, который не имеет собственного суда присяжных. По закону о введении в действие Уголовно-процессуального кодекса РФ институт суда присяжных должен заработать в республике не позднее 1 января 2007 года.