Адвокаты подозреваемых в нападении на Нальчик протестуют против своего отстранения от ведения дел подзащитных

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В столице Кабардино-Балкарии Нальчике в массовом порядке отстраняют независимых адвокатов, которые осуществляют защиту подозреваемых в нападении на город 13 октября этого года. Уже под различными предлогами отстранены адвокаты Лариса Дорогова, Ирина Комиссарова и Инна Голицына. По их словам, это только первый этап. В дальнейшем следствие планирует отстранить всех адвокатов, нанятых родственниками и заменить их на послушных "подписантов". Адвокат Расула Кудаева Ирина Комиссарова уверена, что "это сознательная политика следственных органов, направленная не на установление истины по делу, а на привлечении как можно большего числа лиц к уголовной ответственности, создание нездорового ажиотажа".

"Я не могу придти в себя от шока, не могу поверить, что так грубо можно попирать закон. Мой подзащитные - Руслан Кудаев и Батыр Шидиев, после моего отстранения от дела фактически остались без защиты. Пять дней, именно столько по закону должны рассматривать в суде мою жалобу на отстранение от ведения защиты, они остаются один на один с машиной силовых органов, - заявила сегодня корреспонденту "Кавказского узла" Ирина Комисарова. - За это время, плюс выходные дни Кудалова можно "убедить" в чем угодно, он все подпишет, вплоть до отказа от моих услуг и соглашения на послушного адвоката".

По словам Комиссаровой, она сама была назначена государственным защитником Кудаева, уже потом его брат и мать заключили с ней договор. "Но, когда я встретилась с Расулом первый раз, увидела синяки у него на  руках, шрамы, услышала, что он рассказал о пытках, то решила, что от этого дела я просто так не откажусь, - говорит адвокат. - А все  началось с того, что я обратилась с жалобами на избиение своего подзащитного, нарушение его и своих прав на справедливое и законное ведение расследования в четыре адреса: в республиканскую прокуратуру, к уполномоченному по правам человека Владимиру Лукину,  в президиум коллегии адвокатов Кабардино-Балкарии и в Совет Палаты адвокатов КБР с просьбой отреагировать на имеющиеся нарушения".

"9 ноября я встретилась с Кудаевым в ходе для проведения допроса в качестве подозреваемого он мне рассказал, что 28 октября его вывезли куда-то в один из правоохранительных органов из СИЗО и избили. Избивали его и до этого, пытали током, по его словам. Тогда мы решили опираться на 51 статью Конституции России, которая гласит: "Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом" и решили не давать показаний. В тоже время Кудаев попытался сделать заявление об избиении и требовал занести это в протокол, - рассказывает Комиссарова. - Следователь заявил, что в этом протоколе таких заявлений делать нельзя. Я ему ответила -  кому еще жаловаться, как не следователю прокуратуры? Под нашим давлением, следователь все-таки вынес постановление об экспертизе Кудаева".

"Сам Расул мне рассказывал, что его избивали три раза: 23 октября в здании РУБОПа, 25 октября - в СИЗО, 28 октября - в неустановленном месте. Медик его осмотрел внимательно, сделал для себя пометки, но результаты его экспертизы пока неизвестны, - говорит Комиссарова. - Но видимо, это оказалось последней каплей после моих жалоб и меня допросили по поводу моих заявлений. Мне нужно было бы повернуться и уйти, но я законопослушный человек и ответила на формальные вопросы следователя. Тем более, что этот протокол был не по обстоятельствам дела, а в связи с моими заявлениями. После этого меня представили, как свидетеля и отстранили от защиты Расула Кудаева и Батыра Шидиева".

По словам Комиссаровой, вместе с отстранением следственные органы запросили нового адвоката. "А следственным  органам нужны статисты, подписанты, а не адвокаты. И, таких, я уверена, они найдут, и значит, наши подзащитные останутся без реальной защиты", - говорит Комиссарова.

"За много лет работы я сталкивалась с беззаконием, но с таким давлением, с таким правовым беспределом - ни разу!", - заключает Ирина Комиссарова.

Основанием для отстранения адвокатов послужило то, что адвокаты были допрошены в качестве свидетелей по жалобам, направленным ими в Генпрокуратуру РФ. Жалобы Ирины Комиссаровой и Инны Голицыной касались нарушений прав их подзащитных, а в жалобах Ларисы Дороговой речь шла о массовых нарушениях прав верующих, имевших место до 13 октября и привлечении к ответственности виновных лиц.

Лариса Дорогова считает, что она не была допрошена по событиям 13 октября, поэтому свое отстранение считает незаконным и попыткой следствия вывести ее из дела.

"Это очень принципиальные адвокаты, которые написали жалобу на незаконные действия и нарушения прав подзащитных, - отметила она. - Их стали допрашивать по этим жалобам, но адвокаты, понимая, что это не основание для отстранения от дела, стали разъяснять, в чем заключается нарушение, а следствие решило этим воспользоваться".

Защитники, по словам Дороговой, намерены обжаловать постановление следователя в судебном порядке, свою жалобу они направят в суд в понедельник, 14 ноября, сообщило "Эхо Москвы".

Ирина Комиссарова была адвокатом бывшего узника Гуантанамо Расула Кудаева, Лариса Дорогова адвокатом некоего Хамукова, обвиняемого в нападении на столицу Кабардино-Балкарии Нальчик, еще двух обвиняемых защищала Инна Голицына.

Как передал корреспондент "Кавказского узла", Расул Кудаев подвергся избиению со стороны представителей правоохранительных органов Кабардино-Балкарии с целью добиться от экс-узника Гуантанамо признательных показаний в том, что он участвовал в нападении на Нальчик. По словам его матери Фатимы Текаевой, Расула избили так, что пришлось вызывать к нему "Скорую помощь". Однако, когда она обратилась в "Скорую помощь" за соответствующей справкой, ей было отказано со ссылкой на то, что такую справку они могут выдать только по указанию правоохранительных органов. По словам матери Кудаева, Расул к нападению на Нальчик 13 октября совершенно не причастен. Он все время находился дома, так как тяжело болеет, он практически инвалид.