Эксперт: если вина Калоева будет доказана, он получит условный срок

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

«Наша власть ведет себя чрезвычайно вяло в отношении защиты Калоева, отношение безразличное, подумаешь одним больше, одним меньше, - заявил сегодня, 26 октября, корреспонденту «Кавказского узла» эксперт Института прав человека Лев Левинсон. – Хотя есть и исключения, например, Адамов (бывший глава Минатома РФ Евгений Адамов прим.; КУ). Сам по себе Адамов мало кого волнует, но он носитель определенных ценностей, он обладает определенной информацией. А Калоев – кому он нужен? Поэтому наше посольство и другие органы власти занимаются им чисто формально. Понятно, что он брошен там на произвол судьбы».

Напомним, что сегодня на судебном процессе в Цюрихе будет оглашен приговор по делу об убийстве авиадиспетчера швейцарской компании SkyGuide Петера Нильсена, в котором обвиняют жителя Северной Осетии Виталия Калоева.

Сегодня Калоеву будет предоставлено право "последнего слова", после чего судебная коллегия должна принять свое решение. Оглашение приговора начнется в 13:45 по местному времени (15:45 по московскому), сообщает NEWSru.com.

Обвинение потребовало для подсудимого наказание сроком 12 лет тюрьмы строгого режима, а защита - три или четыре года обычной тюрьмы.

По мнению Левинсона, Россия практически никогда не поддерживает соотечественников за рубежом, когда они попадают в трудную ситуацию. «Виталия Калоева поддерживают только журналисты, оказывают ему информационную поддержку, но это организует не власть, а они сами. Так что благодаря журналистам в России видят, знают, что происходит в Цюрихе, это создает позитивный фон. Тем более, что это очень сложный случай с точки зрения уголовного права, - говорит Левинсон. – Если исходить из того, что он убил, а версии может быть много, и даже очевидные версии могут оказаться ошибочными. Но если суд признает его виновным в убийстве, то мотивация Калоева, его психологическое состояние, в определенной мере вина потерпевшего Нильсена – все это должно учитываться при вынесении наказания. И я считаю, что нужно разделять признание вины и меру наказания и с учетом всех смягчающих обстоятельств он должен быть приговорен к условному сроку наказания, если это возможно по швейцарским законам».

«Но если он все-таки будет приговорен к реальному сроку заключения, то России не надо спешить с дипломатическими демаршами, с целью вернуть его на родину для отбывания срока наказания, сначала надо поинтересоваться мнением Калоева, - считает Левинсон. – Ведь здесь его сразу не выпустят, какое то время ему придется в российских колониях посидеть. Может быть, он предпочтет в швейцарской тюрьме посидеть, ведь большой вопрос, где лучше и легче отбывать срок наказания – мало, но плохо у нас, немного больше, но гораздо лучше у них. Тем более, что во всех европейских странах практически никто не отбывает срок наказания полностью – там очень сильны традиции досрочного освобождения. Поэтому весь срок ему там сидеть точно не придется».

Лев Левинсон говорит также, что Россия вообще практически никогда не заботится о своих гражданах, попавших в зарубежные тюрьмы. «Такое у нашего государства отношение к простому человеку. И это зависит от политического режима в стране. Афганистан десятками выдает своих граждан на суд в Америку – режим полностью зависит от США, он не национальный, не ориентированный на защиту своих людей. Сравнивать нас конечно сложно, но отношение к судьбе человека такое же, - говорит эксперт. – Наши не только из штатов никого требовать не будут, а даже из Узбекистана, например. А в Средней Азии много российских граждан просто гниют там в тюрьмах и они никому не интересны. Российская прокуратура даже не отвечает на их жалобы, даже никто чесаться не хочет. И это показывает, что мы не защищаем своих не потому что на задних лапках перед Западом ходим, а даже у зависимых от нас стран не требуем своих арестованных людей. Это просто такое отношение к своим гражданам со стороны государства. Одним больше, одним меньше, подумаешь!».