Об общественно-политической ситуации в Кабардино-Балкарии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Кабардино-Балкарии, возможно, скоро произойдет смена власти, о чем уже кулуарно говорят многие.

То, что президент Валерий Коков серьезно болен, известно уже давно. За последний год он на людях появлялся всего несколько раз. При этом даже на телеэкране было заметно, насколько он нездоров. Президенту приходилось прикладывать усилия, чтобы произнести несколько слов. В этой ситуации было бы разумно и логично уйти в отставку. Но Коков не уходит. И общественность понимает почему.

Остро стоит вопрос о преемнике.

За последние 15 лет в республике сложилась структура власти, которая базируется не на праве и законе, а на родственных и клановых связях. Не только высшие руководящие посты, но любые мало-мальски значимые должности заняты либо родственниками, либо друзьями президента.

К родству во власти можно было бы относиться спокойно, если бы эта власть справлялась с возложенными на нее обязанностями. Но вот уже больше десяти лет республику лихорадит от одних и тех же проблем, которые муссируются и в Правительстве, и в Парламенте. О проблемах говорят на всех отчетных мероприятиях. Но при этом, несмотря на периодические заявления о достигнутых успехах, они не только не решаются, а подчас и усугубляются.

Один пример. На отчетном заседании Правительства КБР 4 февраля 2005 года Председатель Правительства Геннадий Губин подверг критике деятельность практически всех министерств. Публикация о заседании в газете "Кабардино-Балкарская правда" озаглавлена весьма красноречиво "Лицом к народу развернуть свою деятельность призвал Председатель Правительства КБР органы исполнительной власти". Выходит, сама власть признает, что его деятельность все эти годы была повернута "спиной к народу".

Несомненно, так оно и есть.

О ситуации в экономике республики на совещании по итогам 2004 года президент В.Коков сказал следующее: "Целый ряд промышленных предприятий недодали продукции почти на миллион рублей, недостаточно высокий уровень сбора налогов, мизерный сбор арендной платы за землю, немалая задолженность по заработной плате, медленный рост заработной платы в отдельных сферах" (газета "Кабардино-Балкарская правда", 8 февраля 2005). К этому следует добавить - невысокий уровень производства, слабая экономическая активность населения, высокий уровень безработицы, низкая налоговая дисциплина, высокая дотационность бюджета и т.д. Президент сказал, что причиной существующего положения дел является "недостаточная" деятельность Правительства. Правительства, в котором последние 15-20 лет сидят одни и те же фигуры. Поменялся, пожалуй, только председатель Правительства. Вместо многословного Хусейна Чеченова, ставшего сенатором, этот пост занял немногословный Геннадий Губин, бывший вице-президент. Среди министров за эти годы появилось лишь два-три свежих лица.

Ключевые же фигуры, такие как вице-премьер Хаути Сохроков, который до этого посидел в креслах министра сельского хозяйства, министра образования и науки, нынешний руководитель отделения Пенсионного фонда Хасанбий Шеожев, в прошлом министр финансов, а еще раньше министр экономики, и другие, успешно провалив работу одного министерства, пересаживались на министерскую должность в другое, чтобы провалить и там. Некоторые министры, не справившиеся со своими обязанностями в качестве оных, становились советниками президента, или пересаживались в депутатские кресла. Более дальновидные, перед возможной сменой власти, и вовсе переехали из республики в Москву, преварительно переведя туда собственность, активы.

И при таком положении дел в республике власть принимает активные меры, чтобы преемником президента стал человек из "ближнего круга". А так как пока не удается договориться с Кремлем по конкретной кандидатуре, которую Президент России представит на утверждение Парламента КБР, тяжело больной Коков продолжает нести президентское бремя.
 
Причиной существующего положения дел в республике является экономическая стратегия властей КБР. Она заключается в том, что под предлогом "сохранения народной собственности" собственность в республике формально остается государственной. Государственная собственность сохраняется на землю, промышленные предприятия, объекты социально-культурной сферы, санатории и турбазы, колхозы-совхозы. Подобное положение дел не дает возможность проявиться экономической инициативе граждан, зато позволяет власти распоряжаться имуществом по своему усмотрению.

Достаточно привести один пример. Указом Президента КБР, а затем и соответствующим законом, принятым Парламентом КБР, земля в республике передана в собственность местных органов власти, которые наделены правом сдавать ее в аренду. Прошедший год показал неэффективность арендной системы землепользования. Большие площади земли из-за высокой арендной платы остались невостребованными и невозделанными. В бюджеты местных уровней арендная плата за землю поступила, как заметил сам президент В.Коков, в "мизерных" суммах. Однако власть упорно настаивает именно на подобной форме землепользования, категорически выступая против введения частной собственности на землю. Объяснение этому может быть только одно. Землей в республике распоряжаются два-три человека из ближайщего окружения президента В.Кокова.

При этом положение сельского населения республики особенно тяжелое. Безработица здесь достигает 90 процентов. И даже там, где есть какая-то работа, уровень зарплаты не превышает 500 рублей. (Данные независимых источников).

Результаты подобной экономической политики привели к тому, что значительная часть экономически активного населения покинула республику. Никто не считает, сколько человек в поисках работы уехало из республики, но речь может идти о десятках тысяч. Жители КБР уезжают не только в центральные города России, но и в соседний Ставропольский край, где успешно занимаются бизнесом. А те, кто не может уехать, не спился или не сел на наркотики, вливается в ряды приверженцев радикального ислама, появление и распространение которого на территории республики, традиционно не отличавшейся особой религиозностью, можно рассматривать как своеобразный протест против существующего положения дел. Не случайно, как заявляли руководители правоохранительных органов республики, после богослужений в мечетях сторонники ваххабизма вели речь о необходимости смены власти в республике.

По мнению интеллектуальной элиты кабардино-балкарского общества, власть в республике следует менять кардинально. При этом новый президент должен быть абсолютно свободен от влияния нынешнего правящего клана. А для этого лучше всего было бы, если бы он был из другого региона. Думается, что никто бы не возражал, если бы президентом на данном этапе стал представитель некоренной национальности. Так, при опросе двадцати человек, имеющих влияние на общественное мнение в республике, о том, как бы они отнеслись к назначению президентом КБР представителя некоренной национальности, восемнадцать из них дали положительный ответ. Дело, конечно, не в национальности, но при всех прочих равных условиях больше вероятности, что "некоренной" президент смог бы провести кардинальную смену кадров, необходимость которой в республике, а особенно в правоохранительной сфере КБР, остро назрела, только президент, свободный от клановых связей, смог бы повести решительную борьбу с коррупцией.

Но существует опасность, что если новый президент окажется недостаточно принципиальным, властная верхушка КБР, сказочно разбогатевшая за эти годы, может прибегнуть к таким распространенным приемам, как подкуп. Клан будет делать все возможное, чтобы остаться во власти и закрепиться в ней навсегда.

Остается надеяться, что такой непопулярный и, безусловно, недемократический шаг президента РФ, как назначение глав регионов в данном конкретном случае принесет пользу и поможет разрушить традиционную клановость и коррумпированность республиканских властей Кабардино-Балкарии.

Март 2005 года