"Государству нет дела до родителей погибших на войне"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

"Я возвращаю Вам этот орден", - написал в письме Владимиру Путину Николай Грачев - отец старшего лейтенанта милиции Михаила Грачева, погибшего в Чечне весной 2000 года во время расстрела колонны Сергиево-Посадского ОМОНа и посмертно награжденного орденом Мужества. В небольшую бандероль, отправленную 17 января президенту, Грачев вложил государственную награду, фотографии оскверненного памятника сыну и последний приговор Моздокского районного суда, по мнению Грачева, несправедливо осудившего людей, якобы ответственных за гибель его сына. Это решение суда позволило прокуратуре фактически похоронить уголовное дело, призванное ответить на вопрос, кто же все-таки убил лейтенанта Грачева и еще 21 милиционера.

27-летний сапер Михаил Грачев служил в подольском ОМОНе, сопровождавшем колонну своих коллег из Сергиевого Посада. "Он служил уже пять лет. Всегда хотел этого - у него оба деда были военными, - рассказал ГАЗЕТЕ отец погибшего офицера Николай Иосифович. - Это была его третья командировка в Чечню, незадолго до которой он второй раз женился. Ему оставался буквально день до возвращения".

Стоит отметить, что 58-летний Николай Грачев - один из немногих потерпевших, посещавших все три судебных процесса по делу о гибели Сергиево-Посадского ОМОНа (они проходили на выездной сессии в Пресненском суде Москвы. - ГАЗЕТА). Пережив гибель сына, кандидат физико-математических наук получил второе высшее образование. Юридическое. "Тому было несколько причин, - поделился с ГАЗЕТОЙ Николай Иосифович. - Во-первых, Миша поступил в Московскую юридическую академию и так ее и не закончил. Во-вторых, в деле появилось много моментов, в которых хотелось разобраться, и, в-третьих, жить стало очень тяжело. А юрист - единственная профессия, не имеющая ограничений по возрасту". К выводу о том, что представшие перед судом невиновны, он пришел давно: "Это дело для галочки. Основное же дело, которое призвано дать ответ, кто стрелял, кто виноват в убийстве ребят, просто похоронено. Я вовсе не вступаюсь за Фадеева и Левченко. Если у защиты и потерпевших в этом деле совпали интересы - это проблема прокуратуры". Однако последний приговор суда и решение властей об отмене части социальных льгот стали последней каплей, переполнившей чашу терпения отца погибшего офицера.

"Чего я жду от своего письма? Какой-нибудь реакции. Может, прокуратура, наконец, займется расследованием", - надеется он. Писать президенту, по словам Грачева, было нелегко. Вернее, очень тяжело. "Я садился писать и два раза прерывался - просто не мог, плакал",- признался Николай Иосифович.

"Через полтора месяца исполнится 5 лет с того страшного дня, который фактически лишил смысла всю мою жизнь и жизнь моей супруги, Грачевой Наталии Николаевны. Лучшие годы нашей жизни мы отдали тому, чтобы вырастить и воспитать доброго и сильного парня, который искренне верил, что служит Отечеству. Но после 2 марта 2000 года эти годы оказались перечеркнуты, наше прошлое обесценено. Наше здоровье, силы, время, знания, которые мы отдавали и передавали сыну, оказались потрачены зря, - написал Грачев главе российского государства. - Но не менее страшно и то, что без сына нет у нас и будущего. Мы уже немолоды. Кто нам поможет в старости? На кого мы можем рассчитывать?

В сентябре 2001 года мне назначили пенсию по случаю потери кормильца: 707 рублей 68 копеек. В тот период я платил за отопление своей квартиры 150 рублей (с учетом льгот). Нынче эта же пенсия равна 1428 рублям 26 копейкам, но за отопление я уже плачу 398 рублей (тоже с учетом льгот, пока!). Видите, как реально повышается мое благосостояние?

Теперь вот с 01 января 2005 года нас лишили части льгот, которые были установлены статьей 21 Федерального закона "О ветеранах". Самой болезненной и чувствительной оказалась отмена бесплатного проезда в городском транспорте в Москве, где мы с женой вынуждены работать, чтобы получаемой от государства пенсии хватило на жизнь.

Я не понимаю, чем отец с матерью, потерявшие сына на чеченской войне, но живущие в Москве, лучше или хуже тех же родителей, но живущих в другом субъекте РФ? Ведь их сыновья выполняли приказ федеральных властей и исполнили свой долг перед всей страной, а не перед тем субъектом Федерации, где теперь живут их несчастные родители!

Я не понимаю, почему государство, будучи в неоплатном долгу перед родителями погибших солдат и офицеров, вместо того чтобы обеспечить этим родителям достойное существование и достойную старость, стремится отобрать у них даже то, что они имели по праву и по совести? Это что, награда им за то, что они вырастили своих сыновей, которых государство не смогло уберечь от смерти?

Мне больно и обидно от всего этого! Если Вы, уважаемый господин президент, думаете, что за трагедию 2 марта 2000 года и гибель сотрудников милиции виновные понесли наказание, то знайте, что это не так!" "Здесь не хватит места перечислять все безобразия и нарушения, допущенные следствием и некоторыми судами при расследовании и разбирательстве этого уголовного дела (Фадеева и Левченко. - ГАЗЕТА). Мое мнение таково: данный приговор лишь дискредитирует российское правосудие, - указал Грачев, заключив: - Истинные виновники и убийцы не найдены и не наказаны".

"Мне больно и обидно также оттого, что нас, родителей, даже не известили официально о том, что наш сын погиб, - написал президенту отец погибшего. - У нас нет официального извещения о гибели сына при исполнении служебных обязанностей. В Великую Отечественную этот документ назывался похоронкой. Такое извещение есть акт вежливости, акт уважения к родителям Солдата, погибшего за Отечество. Но наше государство и этого сделать не в состоянии. Так же, впрочем, как и охранить покой павшего воина: за 4 года памятник моему сыну был осквернен дважды. Виновных, как водится, не нашли.

Все, о чем сказано выше, показывает, что государству нет дела до родителей погибших на войне ребят. Поэтому, уважаемый господин президент, я не рассматриваю более орден Мужества, которым Вы наградили моего сына посмертно, как государственную награду. Я возвращаю Вам этот орден.

Наградите им кого-нибудь более достойного. Может быть, доблестных работников прокуратуры или "беспристрастных и независимых судей, подчиняющихся только закону". А может быть, авторов масштабного мероприятия под названием "монетизация льгот". Да мало ли в нашей стране "героев"! Пусть ОНИ с чувством "выполненного долга" носят орден моего сына. Нам же, родителям, остается жить с чувством утраты, горечи и обиды. Спасибо, господин президент! Спасибо за все".

Дело о расстреле Сергиево-Посадского ОМОНа

Колонна бойцов Сергиево-Посадского ОМОНа в составе 100 человек была обстреляна 2 марта 2000 года неизвестными на блокпосту в чеченском селении Подгорное Старопромысловского района Грозного. 22 милиционера погибли, 54 получили ранения. Кто именно открыл огонь по отряду, до сих пор не установлено. Есть мнение, что колонну ОМОНа приняли за переодетых боевиков бойцы свердловского и подольского ОМОНа, на смену которым и шел Сергиево-Посадский отряд. По версии же самих бойцов, это была провокация, тщательно спланированная чеченскими боевиками. Возбужденное по статье 105 УК РФ ("Убийство") уголовное дело N 59030 о гибели отряда, которое расследовало управление Генпрокуратуры на Северном Кавказе, сейчас приостановлено. Из него в свое время и было выделено в отдельное производство дело о халатности, повлекшей гибель людей, в отношении бывшего замначальника ГУВД Московской области генерал-майора Бориса Фадеева, а также экс-руководителя управления ОГВ полковника Михаила Левченко. Фадеева, Левченко и командира отряда подольского ОМОНа Игоря Тихонова (он не дожил до суда, скончавшись от рака) обвинили в том, что они не проинструктировали омоновцев перед выездом из Моздока, не обеспечили отряд бронетехникой и авиацией и нарушили ряд должностных инструкций. 22 марта 2002 года Старопромысловский суд Грозного оправдал их. Однако по протесту прокуратуры приговор был отменен, и 20 февраля 2004 года Моздокский районный суд вынес новое решение: признать Фадеева и Левченко виновными и приговорить к 4 годам лишения свободы в колонии-поселении. К осужденным, правда, применили амнистию. Адвокаты и ряд потерпевших, принявших сторону подсудимых, добились пересмотра дела. Но 15 декабря 2004 года Моздокский районный суд вынес третий приговор. Он был идентичен предыдущему. Защита и потерпевшие вновь обжаловали его.

Мария Локотецкая

Опубликовано 19 января 2005 года