Приговор с продолжением

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Пресненском райсуде столицы вчера был вынесен очередной приговор двум высокопоставленным чиновникам МВД, обвинявшимся в халатности, повлекшей трагическую гибель 22 сотрудников Сергиевопосадского ОМОНа в Чечне в марте 2000 года. Бывший замначальника ГУВД Московской области генерал-майор Борис Фадеев и руководитель группы управления (ГУ) Объединенной группировки войск (ОГВ) в Чечне подполковник Михаил Левченко по решению выездной сессии Моздокского райсуда на этот раз приговорены к четырем годам колонии-поселения, но освобождены от наказания по амнистии. Это уже третий по счету приговор по этому делу, два предыдущих - оправдательный и обвинительный - вчера были отменены. Но и теперь эпопею нельзя считать завершенной - осужденные и потерпевшие единогласно заявили о несогласии с решением суда и намерены добиться его отмены.

Судья Моздокского райсуда Виктор Головко вчера принял решение зачитать лишь резолютивную часть приговора на том основании, что сам процесс проводился в закрытом режиме. Это вызвало недоумение у всех присутствующих. "Откуда в этом деле взялась какая-то гостайна? - возмущалась адвокат Фадеева Лилия Абакова. - Два предыдущих приговора были зачитаны полностью, а в этот раз - нет, хотя абсолютно ничего нового в деле не прибавилось. Непонятно, на каком основании суд посчитал вину Фадеева и Левченко доказанной".

По версии обвинения, 2 марта 2000 года прибывший в Чечню отряд Сергиевопосадского ОМОНа попал в засаду в пригороде Грозного, которую их коллеги из Свердловского ОМОНа устроили для боевиков Беслана Гантамирова. В результате этой нелепой ошибки под перекрестным огнем погибли 22 милиционера и 54 были ранены. В 2001 году управление Генпрокуратуры по Северному Кавказу возбудило уголовное дело и пришло к выводу, что трагедия произошли из-за несогласованности в действиях командования ОГВ. Кто именно начал перестрелку, так и не удалось выяснить, и следствие было приостановлено. Но в отдельное производство было выделено дело в отношении тех лиц, кто в силу своих обязанностей должен был обеспечивать охрану и безопасность колонны омоновцев. В частности, по мнению обвинения, замначальника ГУВД Московской области Борис Фадеев должен был сопровождать отряд к месту дислокации. По поступившему сверху распоряжению Сергиевопосадский ОМОН высадили в Моздоке, а генерал-майор отправился вместе с остальным эшелоном дальше, в Гудермес, оставив отряд без присмотра. При этом, как считает следствие, Фадеев не доложил о сложившейся ситуации начальству. Организовать охрану - обеспечить колонну бэтээрами, связью, дать позывные и маршрутный лист - на время следования из Моздока в Чечню омоновцам должна была ГУ. На то существовала инструкция МВД, которую начальник ГУ Михаил Левченко не выполнил, а потому также был обвинен в халатности.

В марте 2002 года суд Старопромысловского района Грозного оправдал офицеров. При этом в приговоре отмечалось, что Левченко не мог обеспечить безопасность продвижения колонны, поскольку милиционеры сами не стали получать путевой лист на базе в Моздоке. Фадеев же сопровождал другой отряд и никак не мог одновременно контролировать действия сергиевопосадских милиционеров. Генпрокуратура потребовала в Верховном суде Чечни отменить приговор и отправить дело на доследование, что было возможно по действовавшему тогда УПК. Протест прокуратуры был удовлетворен, и вскоре Моздокский райсуд приступил к новому рассмотрению. В феврале этого года был вынесен прямо противоположный вердикт - подсудимые были признаны виновными и осуждены на четыре года колонии-поселения. Правда, от наказания их освободили по амнистии. Но и этот приговор по жалобе осужденных и потерпевших был отменен теперь уже ВС Северной Осетии. Как рассказал "Времени новостей" Николай Грачев, сын которого - старший лейтенант Псковского ОМОНа Михаил Грачев - погиб в перестрелке, причиной тому послужили грубейшие нарушения УПК. Было нарушено право потерпевших заявлять в суде ходатайства, необоснованно не допросили ряд свидетелей, а показания других были изложены тенденциозно.

Вчерашний приговор повторил предыдущий. Но логика рассуждений суда остается загадкой. "Я расцениваю этот приговор как заказ и обязательно буду его обжаловать, буду бороться до победы. Это дело было сфабриковано теми чиновниками, которые хотели отвести ответственность от себя", - решительно заявил г-н Фадеев, надеявшийся на оправдание. Его адвокат поддержала подзащитного: "Фадеев был освобожден от наказания по амнистии, но если доказательства прямо говорят, что он не имел отношения к этому расстрелу, почему мы с этим должны мириться?"

Михаил Левченко высказал предположение, что их сделали "крайними" именно потому, что они в отличие от многих всегда честно и рьяно исполняли свой долг: "С 1996 года все документы по Кавказу, касающиеся оперативной работы штаба МВД, разрабатывал я. Я умел работать и четко знал, как нужно все делать, поэтому-то на меня все и повесили. Вопросы обеспечения безопасности на меня возложили уже после трагедии, а потом объявили, что я этим должен был заниматься раньше. Я не буду брать на себя чужой грех. А то, что случилось с ребятами, это горе, это боль, это трагедия".

Потерпевшие согласились, что Фадеев и Левченко не причастны к ЧП, и также намерены добиваться отмены приговора. "То, что Фадеев и Левченко невиновны, мы поняли уже давно. Но коли дано указание наказать, то оно будет исполнено. Трагедия была прикрыта этим процессом, а о том, кто действительно виноват в гибели наших родных, мы так никогда и не узнаем. Я очень сожалею, что приговор не основан на законе. Хотя на иное решение я уже и не надеялся", - сказал Николай Грачев. Представитель Генпрокуратуры, поддерживавший обвинение в суде, на публике вчера так и не появился.

Екатерина Буторина

Опубликовано 16 декабря 2004 года