Зона контакта

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Анне Политковской и Андрею Бабицкому - журналистам, широко известным в Чечне, - не удалось попасть в Беслан не по своей воле. Анна Политковская отравилась в самолете по пути на Северный Кавказ настолько, что ее пришлось госпитализировать. Сама журналистка предполагала версию отравления. С Бабицким ситуация была менее трагической, хотя результат оказался тем же - в Беслан он не попал.

2 сентября Бабицкий собирался вылететь на Минводы, чтобы добраться впоследствии в Беслан. Рано утром он был в аэропорту. Полвосьмого утра встретился там со своей знакомой - корреспонденткой Франс-пресс Яной Длугий. Они прошли регистрацию, поднялись в зал ожидания. Но были остановлены сотрудниками службы безопасности аэропорта, которые сказали, что розыскная собака обнаружила следы взрывчатого вещества на их багаже.

"Если в моем случае это объяснение хоть какое-то правдоподобие имело - я сдавал вещи в багаж, то в случае с Яной это утверждение не имело никакого смысла, поскольку у нее в багаже вещей не было. Но, тем не менее, нас продержали где-то час с лишним, самолет улетел. После этого меня привели в комнату для досмотра багажа, где багаж был тщательно проверен. Никакого взрывчатого вещества не обнаружилось", - рассказывает сам журналист.

Когда Бабицкий вышел из комнаты, где проводился досмотр, то к нему вдруг неожиданно подошли два молодых человека, где-то лет по 20, толкнули его намеренно и потребовали, чтобы он им купил немедленно пива.

"Я сказал, что никакого пива покупать не буду, что тороплюсь. И хотел уже просто от них уйти, не продолжая конфликт. Я ушел в конец зала, они меня догнали, развернули, и скандал продолжился. После этого нас забрали в линейный отдел, где я провел целый день сначала на положении потерпевшего, потом к вечеру выяснилось, что на самом деле я обвиняемый", - рассказывает Бабицкий.

Журналист якобы совершил административное правонарушение - "мелкое хулиганство", выразившееся в том, что он якобы кричал и нецензурно выражался.

"Пока мы вместе сидели, выяснилось, что молодые люди - сотрудники охраны автостоянки аэропорта. Они были удручены как-то этой ситуацией, так как не ожидали, что это у них займет столько времени. Да и сотрудники милиции с ними не лучшим образом обращались, потому что, видимо, не были предупреждены. Они сказали, что в то время, когда шел досмотр моих вещей и соответственно мои документы находились у сотрудников службы безопасности, их вызвал к себе начальник СБ и сотрудник ФСБ, показал мой паспорт и мою фотографию, и сказал, что они должны этого человека на выходе из комнаты досмотра встретить и затеять с ним ссору, что они и сделали", - рассказывает Бабицкий.

На следующий день состоялся суд, где журналист был приговорен к пяти суткам административного ареста. Его адвокат подал жалобу, но ночь журналист все равно провел в спецприемнике. На следующий день жалобу обжаловал суд следующей инстанции - районный, который изменил меру наказания на административный штраф. То есть, статья "хулиганство" так и осталась.

"Молодые люди в зале суда на следующий день после всего этого происшествия на первом судебном заседании рассказали, все как было, за исключением того, что они были вызваны начальником службы безопасности. Они сказали, что это они спровоцировали конфликт, что я старательно уклонялся, что ни на кого я не кричал, что нецензурной брани не было, но их показания во внимание суд просто не принял, что, в общем-то было странно, потому что считается, что показания, данные в суде, перекрывают по своему значению и важности показания, данные в ходе следствия", - говорит Бабицкий.

Прошло три дня. История в Беслане получила свое кровавое завершение. "И естественно, никуда я уже не полетел, вернувшись в Прагу", - завершает свой рассказ Бабицкий.

Сам журналист не берется "понять логику ФСБ", но предположение у него имеется. "Так как и Аня Политковская не смогла добраться до места назначения, мне все-таки кажется, что они не хотели, чтобы там находились люди, журналисты, которых знают в Чечне. И которые могли бы, по их предположениям, создать неконтролируемую зону контактов и переговоров, которыми они не могли бы манипулировать", - полагает Бабицкий.

По его мнению, "изначально Кремль принял решение никакие переговоры фактически не вести и максимально снизить вероятность переговоров или вообще устранить ее". "Больше мне ничего в голову не приходит, - говорит журналист. - Потому что они понимали, что пределы самостоятельности моего поведения и Ани Политковской в этой зоне (поскольку мы хорошо знакомы с реалиями) существенно шире, чем у других журналистов. Мы и труднее управляемы и можем сами попытаться как-то выйти на контакт, чего им не хотелось абсолютно".

Асланбек Дадаев

Опубликовано 28 сентября 2004 года