Поэт, тележурналист, государственный деятель

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Владимир Зантариа, ныне вице-премьер РА, интересный и неординарный человек. Его знают многие и многие в Абхазии, знают и за ее пределами. Поэт, тележурналист, общественный деятель, автор ряда поэтических сборников, статей, телевизионных документальных очерков и фильмов, он снискал уважение в кругу своих коллег и в народе. Кроме того, это хороший человек, неравнодушный к чужой боли. Вспоминается, как однажды к нему на прием пришла молодая женщина, бывшая санинструктором в дни Отечественной войны в Абхазии, расстроенная тем, что никто не мог помочь ей. Она серьезно заболела, нуждалась в медицинском обследовании, а средств не было. В. Зантариа внимательно выслушал ее, успокоил, выделил посильную сумму денег и, кроме того, дал номер телефона знакомого врача в Сочи. Этим он решил ее проблему. И это не единичный случай. 27 сентября Владимиру Зантариа исполняется 50 лет. Мы поздравляем его и предлагаем читателю интервью с ним.

- Владимир Константинович, вы являетесь автором многих поэтических сборников. Какое место в вашей жизни занимает поэзия и что побуждает вас к этому непростому творчеству?
- Моя первая проба пера связана со школьным периодом. Я учился вместе с будущим писателем Дауром Зантариа, и у нас появилась потребность в переводах стихов Пушкина, Блока, Есенина на абхазский язык. Помню, Даур читал мне отрывки из "Евгения Онегина". А стихотворение Есенина "Не жалею, не зову, не плачу" мы переводили, как бы соревнуясь, потом читали друг другу. Это было в 9-м, 10-м классах, и нам казалось, что получается неплохо. Вместе с Дауром, уже будучи студентами Сухумского педагогического института, мы писали рецензии на спектакли Абхазского театра. Так, в газете "Апсны Капш" была опубликована наша рецензия на спектакль, поставленный Михаилом Мархолиа по пьесе чешского драматурга Буковчана "Пока пропоет петух".

Делали мы и содоклады на первую книгу стихов Геннадия Аламиа "Зеленое поле". У нас тогда действовал литературный кружок под руководством известного поэта Владимира Анкуаб "Арьаш" ("Горный поток") и выходил рукописный сборник под таким же названием. Тогда же в институте мы открывали для себя прекрасную испанскую поэзию Гарсиа Лорки и других поэтов. Уже на 1-м курсе я смог написать статью о лирике Таифа Аджба и опубликовать ее в журнале "Алашара". Позже подготовил и опубликовал около 20 литературных рецензий и статей о творчестве Баграта Шинкуба, Алексея Гогуа, Мушни Ласуриа, Виталия Амаршан, Рущбея Смыр, Владимира Цвинариа и многих других авторов.

А что касается поэзии, занимаясь художественными переводами, я как-то совершенно естественно, спонтанно вошел в такое состояние, что захотелось выразить себя посредством стиха. Как ни парадоксально, но жанр перевода подтолкнул меня к собственному творчеству, дал импульс к нему, хотя я и раньше набрасывал кое-какие строки, но считал их незрелыми. В студенческие годы появились первые подборки моих стихов на абхазском языке в журнале "Алашара" и в газете "Апсны", в коллективном сборнике "Молодые голоса".

Всегда, и будучи начинающим поэтом, и сейчас, в 50 лет, я сохраняю в душе сомнение, насколько точно выражаю на родном абхазском языке те мысли и чувства, которые переполняют меня. Я считаю, честность в литературе - один из главных моментов. Как говорил Пушкин, "служенье муз не терпит суеты". Нельзя второпях готовить вещи к публикации, надо очень ответственно относиться к каждому слову. Перефразируя Поля Валери, скажу: "Самый суровый критик - это сам автор по отношению к себе", то есть то, что называют "внутренним редактором".

Сегодня, перечитывая свои стихи, очерки, статьи я вижу кое-какие погрешности, и конъюнктура в стихах дает о себе знать, особенно в сравнении с новым временем. Поэтому последние 10 лет я не спешил с публикацией своих стихов.

- В ближайшее время выйдет в свет ваша новая поэтическая книга. Как долго вы работали над ней, и что она вобрала в себя?
- Это мой седьмой по счету сборник. Называется "Луна и кони". В него вошли стихи разных периодов, и старые, и новые, послевоенные. Готовил я его очень тщательно, старался хорошо отредактировать. Бывают вещи более удачные, менее удачные, но, я считаю, каждая должна быть честно оценена самим автором.

- В чем, на ваш взгляд, сегодня предназначение писателя и должно ли его творчество нести отпечаток нашего времени?
- Я считаю, что поэзия, литература, которая слишком открыто, прямолинейно отражает какие-то общественно-политические процессы, обычно становится ущербной, уязвимой в литературно-художественном плане. Примеров этому много, но в то же время у нас не то время, когда можно творить, сидя в башне из слоновой кости. Главное тут внутренний настрой, если есть вдохновение, тема выстрадана, если автор не лжет самому себе, если он следует принципу внутренней правоты - это то, о чем писал Мандельштам в свое время, то он в любом случае остается верным своему профессиональному долгу. Хотя крупный мастер свое великое мастерство проявляет в освещении любой темы.
 
- В своей книге о поэтическом мастерстве "Золотая роза" Константин Паустовский раскрывает секреты творческой лаборатории многих известных писателей. А как вы вдохновляетесь на этот возвышенный труд?
- У человека в жизни бывают и взлеты, и падения. Так, наверное, и в поэзии, и в целом в творчестве. Любой человек легко раним, и на писателя, на поэта времена года очень действуют. На меня, например, очень благотворно влияет поздняя осень. Такое явление, как листопад, настраивает на творчество. И потом, чтобы написать что-то, я должен долго сидеть и сидеть в уединении. Я очень люблю тишину, сосредоточенность, и раньше, в молодые годы, мне казалось, что пишется лучше, и больше ощущаешь внутреннюю уверенность ночью. Вообще, творческий импульс может быть вызван необычным созерцанием природы, когда по-новому совершенно ощущаешь шум морской волны, когда, бывает, не спится тебе, и шум ветра навевает чуть-чуть тревожные мысли, или в деревне ты слышишь шум мельничных жерновов. Или в спокойную, тихую августовскую ночь падают звезды и падают спелые яблоки у тебя под окном. Главное для человека пишущего - не черстветь, не остывать и стараться прислушиваться ко всем звукам природы. В этом смысле мне очень дорог Тютчев.

- Какие качества, на ваш взгляд, необходимы молодому писателю, чтобы заявить о себе, проторить дорогу в большую литературу?
- Необходимо стремление и умение выразить себя, свое внутреннее состояние, и, в то же время, надо хорошо знать современную литературу и стараться не повторять то, что уже сказано твоими великими предшественниками, избегать эпигонства, насколько это возможно. Хотя, по большому счету, у великих поэтов были такие моменты, когда они, любя своих предшественников, незаметно допускали то, что мы называем реминисценцией. Блок включил в свое произведение несколько строф, воспроизвел как свои собственные строчки Фета, настолько он его любил. Получилось. Но дай нам Бог лишь помечтать о том уровне их взаимоотношений.

- Не кажется ли вам, что сегодня авторам, пробующим перо, уделяется недостаточно внимания? Следовало бы подумать о создании литературных студий, где они могли бы получать азы поэтического мастерства?
- Конечно, эта проблема существует. К сожалению, традиция обсуждения первых литературных сборников и отдельных журналов исчезла, и в нашей литературной жизни нет кипения страстей, тех жарких дебатов, дискуссий, которые происходили в писательских кругах, в клубе Союза писателей. Я помню - яркие, смелые выступления Владимира Цвинариа, Владимира Дарсалиа, Артура Аншба - всегда становились событийными, и для нас, начинающих тогда авторов, были школой. Конечно, содержательные дискуссии вокруг актуальных проблем абхазской литературы и литературы в целом необходимы. Среди молодых художников Абхазии больше такого общения. У Батала Джопуа в частной галерее можно и посещать персональные выставки, и обмениваться мнениями по волнующим нас проблемам культуры и искусства. И что удивительно, самые оригинальные мысли о литературе и искусстве у нас можно услышать за чашкой кофе в той же "брехаловке" - в кофейне "У Акопа". Это, кстати, неплохо. Наверное, нужны и салоны, где человек мог бы беседовать на различные темы.

- Немалое, я бы сказала, значительное место в вашем творчестве занимают телевизионные документальные очерки. Они правдивы, искренни и поэтичны. Особенно запомнились очерки о таких личностях, как Юрий Воронов, Александр Бардодым, Ольга Брендель. Как вы работали над ними? Были творческие муки, сомнения, ведь воплощать образы таких людей - это большая ответственность?
- В каждую работу была вложена часть души, и в те, которые вы назвали, и в телеочерк о незаурядном художнике Валерии Гамгиа "Открытая миру ладонь", фильм об Искандере "Дом, который построил Фазиль", о художниках Марине Эшба, Тариэле Ампар, беседы с Джорджем Хьюитом, Юрием Калмыковым, репортажи из Парламента СССР, интервью с Галиной Старовойтовой, писателями Олжасом Сулейменовым, Давидом Кугультиновым, несколько интервью с Президентом Абхазии Владиславом Григорьевичем Ардзинба.

Очень долго приходилось работать над сценарием фильма "Добровольцы", который несколько раз отредактировали мне Станислав Лакоба и Владислав Ардзинба. Со мной над этим фильмом работали режиссер Амиран Гамгиа и оператор Давид Авидзба. Дело в том, что после ознакомления с первоначальным рабочим вариантом сценария Президент выразил мне пожелание и сделал ряд существенных замечаний, которые подтолкнули меня к более глубокому изучению проблем добровольческого движения на Кавказе и в целом в мире, даже вплоть до того, что пришлось в словарях искать документы, связанные с международным правовым статусом добровольцев.

Счастливыми моментами сопровождалась моя работа над телеочерком о Саше Бардодыме, потому что беседы с его матерью Маргаритой Бардодым в Новом Афоне и с Гиви Смыр помогли ярче раскрыть образ этого талантливого молодого поэта, бойца, с которым я познакомился еще задолго до войны.

Мне всегда было приятно работать с оператором Ибрагимом Чкадуа. Он парень мыслящий, умеющий находить оригинальные композиционные решения, и были моменты, когда над отдельными фрагментами сценариев мы работали с ним экспромтом, непосредственного у монтажного стола. Очерк "Афинская мозаика" и передачи об Искандере мы делали с ним вместе и, можно сказать, на одном дыхании.

- А как возникла идея создания фильма "Тернистый путь к победе?"
- Этот фильм мы задумали как своеобразное документальное обобщение главных событий, связанных с борьбой народа Абхазии за восстановление своего суверенитета. Потому здесь воссоздана не только хроника войны 1992-93 гг., но и предшествующие военно-политические события, в том числе 1989 г. Мы старались показать, насколько это возможно, во взаимосвязи с национальным движением выдающуюся роль Владислава Ардзинба - видного политического лидера. Приходилось долго выверять текст, и там, где не хватало видеоматериалов, использовать газетно-публицистический иллюстративный материал.

- Какое событие вы считаете самым главным в своей судьбе?
- Это вступление в семью. Я считаю себя счастливым человеком. Вместе со своей матерью, которая воспитывала меня без отца, и вместе с супругой мне удалось поставить на ноги, воспитать в лучших абхазских традициях своих троих дочерей. Они прекрасно владеют родным абхазским языком, английским, музыкально образованные, двое дочерей танцевали в ансамбле "Кавказ". Иногда, когда хочется отдохнуть дома от повседневных дел и обязанностей, я с удовольствием смотрю вместе с дочерьми национальные танцы в видеозаписи. Большой интерес дочки пробудили к ирландским танцам, подкупающим высочайшей техникой исполнения, особенно ирландской чечетке. Мне приятно, когда в моей семье с удовольствием слушают не только абхазские песни, но и адыгейские, кабардинские, абазинские мелодии. Думаю, что наша молодежь наравне с западной музыкой, эстрадным пением должна с уважением и любовью относиться к произведениям наших северокавказских братьев.
- Как удается вам совмещать деятельность на поэтическом и государственном поприще? Не трудно ли поэту быть руководителем такого ранга?
- Обычно, избирая такое поприще, человек творческий, я думаю, вполне осознает, что эта деятельность обязательно пойдет в ущерб творчеству. И я осознаю и ощущаю это, находясь длительное время на государственных должностях, но мне удается все-таки выкраивать время на творчество. Здесь самое главное - собранность и умение сохранить в себе вдохновенный настрой. В то же время не проходят бесследно и непосредственные контакты с людьми, постоянное общение с ними, это отражается на восприятии жизни в целом, осмыслении тех или иных проблем. И поэтому работать удается в редкое свободное, иногда в ночное время, правда не с таким накалом, как раньше. По крайней мере, большой подборкой новых стихов, включенных в новый сборник, я более или менее доволен, старался не допустить в них фальши и выразить себя.

Интервью взяла Лейла Пачулия.