Штраф жительнице Нальчика указал на сложности идентификации запрещенной литературы 

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Список экстремистских материалов, опубликованный Минюстом, сложен в использовании, а наименования запрещенной литературы часто указаны неполно. При этом бремя проверки наличия книг в этом списке полностью лежит на продавце, указали опрошенные "Кавказским узлом" эксперты.

Директор исследовательского центра "Сова" Александр Верховский отметил, что среди тех, кто оказывается осужден по статье КОАП 20.29 за распространение книг, "сравнительно много мусульман, потому что просто мусульманских книг много в списке". 

"Кавказский узел" также писал, что суд в Нальчике оштрафовал местную жительницу по статье о распространении экстремистских материалов. Следователи считают, что она пыталась продать в интернете религиозное издание, внесенное в России в список запрещенных.

"Надо понимать, что в основном люди по этой статье привлекаются вообще не за книги, но и к тому же просто с каждым годом все меньше людей привлекается по этой статье. Это относится к любому региону, в том числе и к Северному Кавказу", - заявил он.

Верховский назвал большой проблемой для продавцов понимание, какие книги включены в Федеральный список экстремистских материалов. "Книги в списке обычно не описаны полностью библиографически, и часто они описаны совсем небрежно. Так что может быть несколько разных книг с похожими названиями или одинаковыми даже, и человек не может это знать. Кроме того, если суд, допустим, запрещал книгу определенного издания, но это не отражено в списке адекватным образом, потому что не всегда точный список переносится с описанием из решения суда", - заметил он.

Что касается собственно Федерального списка экстремистских материалов, включающего по состоянию на 24 сентября 5514 наименований, то по словам Верховского, "он не функционален абсолютно". 

"Я не вижу в списке смысла, потому что все равно любой материал, если он кому-то интересен, он будет доступен в интернете. Если он никому не интересен, тогда его, наверное, в интернете не размножат. Само существование этого списка является какой-то очень сомнительной мерой, потому что идея, что человек должен запомнить пять с половиной тысяч пунктов. Не говоря уже о том, что немаленькая часть тех пунктов описана так, что даже человек с идеальной памятью все равно никакого из этого толка не извлечет", - заключил Верховский.

Российский юрист, говоривший на условиях анонимности, отметил, что суд, применяя статью 20.29 КоАП, говорящую о массовом распространении экстремистских материалов, руководствовался наличием неограниченного доступа к объявлению в Интернете. "То есть здесь вопрос в том, создал ли человек условия, при которых это объявление могли бы увидеть многие. И если объявление было размещено не в каком-то специализированном разделе или не скрыто от поиска, оно подпадает под критерий массовости. При этом сам факт размещения объявления о продаже уже рассматривается как осуществление правонарушения, поскольку расценивается как распространение", - заявил юрист. 

При этом, по словам юриста, ответственность за появление подобного объявления ложится на продавца. "Есть постановление Верховного суда, принятое в марте 2026 года по схожему делу, где четко обозначено, что именно продавец должен самостоятельно проверять каждую книгу на предмет её отсутствия в Федеральном списке экстремистских материалов перед публикацией объявления и проводить периодический мониторинг до момента окончания продажи книги на случай, если она все же попадет в список. Платформы, где продаются книги, не берут на себя обязанность проверять и блокировать объявления с книгами из списка. Они могут вводить подобный контроль, но не обязаны это делать", - подчеркнул юрист. 

Как писал "Кавказский узел", в январе 2025 года силовики нашли в домах двух жителей Зеленчукского района Карачаево-Черкесии Рашида Тотаркулова и Шамиля Устарбекова книгу "Крепость мусульман". Тотаркулов сообщил в суде, что купил книгу 15 лет назад и не знал, что она запрещена в России. Ему был назначен штраф в размере двух тысяч рублей, а Устарбекову - в тысячу рублей. Суд счел "массовым распространением" экстремистского материала то, что книга хранилась открыто в шкафу в его доме. Устарбеков признал вину, но сказал, что не знал о включении книги в список экстремистских материалов.