Дошли до суда апелляции осужденных в Грузии россиян

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Апелляционный суд в Тбилиси рассмотрит жалобы на приговор участвовавшим в проевропейских протестах россиянам Антону Чечину, Анастасии Зиновкиной и Артему Грибуль, осужденным на 8,5 лет заключения по делу о наркотиках.

Как писал "Кавказский узел", граждане России Артем Грибуль и Анастасия Зиновкина, участвовавшие в протестных акциях в Тбилиси, в декабре 2024 года были арестованы по обвинению в наркоторговле. Они утверждают, что улики им были подброшены, а силовики прибегали к угрозам. 12 сентября суд в Тбилиси назначил обоим по 8,5 года лишения свободы. Такой же срок по аналогичному обвинению получил и участник протестов Антон Чечин. Зиновкина рассказала , что 29 октября она в течение восьми часов не получала никакой помощи от персонала тюрьмы, хотя не могла двигаться из-за боли в спине, а врач смогла ей предложить только "обезболивающее посильнее, которое есть у психиатра.  Зиновкина обеспечена в заключении медицинской помощью и не нуждается в стационарном лечении, заявила Пенитенциарная служба Грузии в ответ на требования активистов обеспечить ей медпомощь. 

На следующей неделе состоятся два апелляционных суда по делам россиян, политзаключённых, участников прошлогодних протестов, которых грузинские власти признали виновными в хранении наркотиков.

24 ноября в 14.30 (13.30 мск) начинается  апелляционный процесс по делу Антона Чечина

26 ноября в 13.30 (12.30 мск) суд рассмотрит дело Анастасии Зиновкиной и Артёма Грибуля, сообщает Tbilisi Life.

3 ноября грузинские правозащитные организации провели брифинг, где заявили, что Чечин, Зиновкина и Грибуль стали жертвами политизированного правосудия. По оценке НПО, любой объективный суд освободил бы их прямо в зале заседаний. Правозащитники отметили, что судьи опирались почти исключительно на показания полицейских и переводчиков, чья объективность вызывает серьёзные вопросы. Бюро, которое наняло переводчиков, имело финансовые связи с Министерством внутренних дел, а сами переводчики были знакомы с полицейскими-свидетелями, говорится в публикации.