Голодовка заключенных в Грузии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Голодовка 30 заключенных одной из грузинских тюрем, начавшись три недели назад, в последние дни, по заявлению министра юстиции Грузии Роланда Гилигашвили, приобретает все более угрожающий характер. Министр юстиции считает, что если порядок в тюрьмах не удастся навести в течение двух-трех дней, то акции протеста, в которых уже участвует около половины всех заключенных грузинских тюрем, то есть более четырех тысяч человек, могут подорвать устои государственности и привести к кровавому противостоянию в обществе. При этом господин Гилигашвили не скрывал, что в тюрьмах скрыто большое количество оружия, в том числе стрелкового.

Инициаторами акции протеста в форме голодовки в середине апреля стали бывшие военнослужащие Национальной гвардии Грузии и вооруженного формирования "Мхедриони". Они объявили голодовку, требуя от президента издать указ о всеобщей амнистии для тех, кто воевал за независимость и территориальную целостность страны, хотя и совершил затем тяжкое преступление. В ответ генеральный прокурор Грузии Нукзар Габричидзе заявил, что за последние годы президент помиловал несколько тысяч преступников, а остальным срок заключения сократили на половину. Тем не менее, к акции протеста присоединились другие заключенные в нескольких тюрьмах, как на востоке, так и на западе страны. Во вторник они объявили, что начинают сухую смертельную голодовку, то есть, они отказываются от воды.

Приказом министра внутренних дел охрана тюрем усилена за счет дополнительных подразделений Внутренних войск. Власти больше всего опасаются, что мирные акции протеста, которые вне зданий тюрем - у государственных учреждений - проводят родные и близкие участников голодовки, могут перерасти в массовые беспорядки. Однако, по мнению министра юстиции, удовлетворение требований заключенных может привести к полной дезорганизации правоохранительной системы в стране.

Президент Шеварднадзе пока демонстративно воздерживается от каких-либо комментариев, хотя вопрос очень эмоционально обсуждался в парламенте, и часть оппозиции поддержала требования участников акции.