Кабардино-Балкария ужесточает требования к беженцам

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Получить регистрацию в Кабардино-Балкарии удается лишь немногим поселившимся здесь беженцам, несмотря на то, что права их защищает Верховный суд республики. В прошлом месяце уже в третий раз за последние два года суд признал противоречащими российскому законодательству правила, ограничивающие права иммигрантов.

Приезжие - это, в основном, чеченцы, которые оказались здесь, спасаясь от войны в родной республике. Как утверждают сами чеченские беженцы, законным путем зарегистрироваться в Кабардино-Балкарской республике, расположенной к западу от Чечни, почти невозможно. На сегодняшний день в КБР официально зарегистрировано немногим более 4,5 тысяч беженцев. А еще около 12 тысяч вынуждены проживать здесь "нелегально", регулярно выплачивая представителям правоохранительных органов штрафы за отсутствие регистрации.

"А где ее взять, эту регистрацию?", - выкладывая очередной 50-рублевый штраф служителю закона, глава семьи из 7 человек Аламат Умалатов лишь развел руками. "Я родом из Грозного и вернусь в Чечню сразу же, как только там наладится нормальная жизнь. Здесь, в Кабарде, я с семьей живу уже 2 года, не один раз пытался оформить свое проживание, но все безрезультатно".

В отделе виз и регистраций (ОВИР) паспортно-визовой службы МВД КБР, куда за разъяснениями отправился корреспондент IWPR, царил ставший уже привычным в последние месяцы ажиотаж. Приезжие, в большинстве своем, судя по характерному акценту, жители Чеченской республики, заполонили коридоры ОВИРа в надежде получить регистрацию в Кабардино-Балкарии. Многие жаловались, что для оформления временной прописки здесь стали требовать предоставления целого ряда документов, раздобыть которые очень сложно.

Между тем, законных оснований для всей этой волокиты нет. В отличие от действовавшего в России до 1997 года разрешительного порядка прописки регистрация по месту жительства носит теперь лишь уведомительный характер - гражданин России просто сообщает местным органам власти о том, что отныне он желает проживать по такому-то адресу. Никакого разрешения на воплощение оного желания в жизнь не требуется.

В паспортно-визовой службе МВД КБР пояснили, что ужесточение порядка регистрации граждан вызвано специальным постановлением, принятым местным парламентом 26 декабря прошлого года.

Помимо запрета на постоянную регистрацию в КБР приезжих, в число мер, должных, по мнению авторов постановления, ограничить приток мигрантов, вошло и поручение органам записи актов гражданского состояния "приостановить регистрацию браков, если лицо, вступающее в брак, не имеет постоянной регистрации на территории республики", и государственную регистрацию рождения ребенка, если его родители не имеют постоянной регистрации на территории республики.

По словам депутата, в недавнем прошлом первого заместителя министра внутренних дел республики Магазали Эндреева, принятие постановления было вынужденной мерой, попыткой справиться с мощным притоком беженцев. В трудную минуту, сказал он IWPR, Кабардино-Балкария протянула руку помощи беженцам из Чечни - приняла их столько, сколько могла. Однако теперь, по его словам, в парламент, правительство КБР регулярно поступают письма, заявления с просьбой оградить республику от приезжих, с появлением которых, вдобавок к тому, что они занимают рабочие места, здесь осложнилась криминогенная ситуация.

Всего этого, по мнению Эндреева, можно было избежать. При планировании т.н. контртеррористической операции, как ее называют в Москве, федеральные власти должны были прежде всего продумать, как будут расселяться беженцы по соседним регионам.

"Этих людей, которых война вынудила бежать с насиженных мест, необходимо обеспечить жильем, работой, местами в образовательных, лечебных учреждениях. А их просто забросили сюда и оставили. Если бы этот вопрос был заблаговременно решен на федеральном уровне, сегодня нам не пришлось бы идти на крайние меры, защищая интересы своих избирателей".

Проблема, полагает Эндреев, в том, что все принимаемые на этот счет парламентские постановления в конечном итоге отменяются. Так, 13 марта Верховный суд КБР отменил заявление прокуратуры республики, признав его "бездействующим и не влекущим правовых последствий со дня принятия и противоречащим федеральному законодательству".

Вряд ли это решение стало неожиданностью для кабардино-балкарских парламентариев. Аналогичные постановления, ограничивающие возможность приобретения в КБР жилья приезжими, были аннулированы судом в ноябре 2000 и 23 июля прошлого года. Парламентарии и не пытаются оправдаться. "Мы знали, что это постановление противоречит действующему законодательству, и все же единогласно проголосовали за его принятие, чтобы хоть на время приостановить приток в республику мигрантов, особенно из Чеченской республики", - сказал Магазали Эндреев.

Вынужденное упорство местных властей в их нежелании пускать на свою территорию "пришлых", особенно из беспокойной Чечни, характерно не только для Кабардино-Балкарии. Вот уже 8 лет, с начала первой чеченской кампании, как по городам и весям России хлынул из Чечни поток беженцев. И законодательные акты, в той или иной мере ограничивающие возможность регистрации приезжих, действуют на территории Краснодарского и Ставропольского краев, Москвы и Московской области.

"Несмотря на исключительно "рекомендательный" характер этих постановлений, они, как правило, четко исполняются местными органами власти, правоохранительными органами республики", - прокомментировал законотворческую деятельность депутатов парламента КБР полномочный представитель Чеченской республики при президенте КБР Саид-Али Абдулхалимов. "Мои земляки, которые обрели здесь вторую родину, вынуждены на каждом шагу доказывать свое право называться гражданами России. Вряд ли такое положение вещей будет способствовать стабилизации обстановки в нашем и без того проблемном регионе".

Опубликовано 3 апреля 2003 года