Пенсионерка назвала мизерной компенсацию после пожара на Театральном спуске

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Увеличения размера компенсации за потерянное жильё намерена добиваться пенсионерка Зинаида Арсеньева, дом которой сгорел во время пожара на Театральном спуске в Ростове-на-Дону.

Как сообщал "Кавказский узел", житель Ростова-на-Дону Евгений Анпилогов, дом которого горел при пожаре на Театральном спуске, рассказал суду, что пожарная бригада не хотела приступать к тушению огня. Защита напомнила суду о версии поджога. Кроме того, предъявлены обвинения в халатности бывшей замглавы Пролетарского района Марине Беляевой, которая, по версии следствия, не проконтролировала выявление несанкционированных свалок. Также предъявлены обвинения руководителю филиала ОАО "Донэнерго" "Ростовские городские электрические сети" Павлу Трунову и старшему мастеру производственного участка этой компании Игорю Безземельному. Они обвиняются в причинении смерти по неосторожности и уничтожении или повреждении имущества. Все обвиняемые не признали вину. 

В Пролетарском районном суде Ростова-на-Дону 29 мая состоялось очередное заседание по делу о пожаре на Театральном спуске. В зале суда присутствовали подсудимые Павел Трунов и Игорь Безземельный, три адвоката и двое потерпевших. В связи с мерами безопасности из-за угрозы распространения коронавируса, все присутствующие находились в масках и перчатках, передал из зала суда корреспондент "Кавказского узла".

Первой давала показания 79-летняя пенсионерка Зинаида Арсеньева, проживавшая на момент пожара в частном доме на улице Седова, дом 90а. Арсеньева уточнила, что домовладение по праву долевой собственности (более 40 квадратных метров) принадлежало ей, а также еще двум соседкам, с которыми она вместе и проживала.

Отвечая на вопросы сторон процесса, пенсионерка рассказала, что она заметила начинающийся в районе пожар "около" 12 часов дня 21 августа 2017 года. По ее словам, находясь в Грибоедовском переулке, она увидела черные клубы дыма, поднимающиеся из Чувашского переулка. 

"Я пошла туда (в переулок Чувашский, – прим. "Кавказского узла"), там все горит. Я еще подумала: между нами (улицей Седова и пожаром, – прим. "Кавказского узла") Грибоедовский, дома высотные, дорога, до нас пожар не дойдет!" – вспоминала пенсионерка.

По словам Арсеньевой, она отсутствовала всего 20 минут, однако после возвращения с Чувашского переулка в район своего дома, обнаружила, что пожар уже распространился по  Грибоедовскому переулку, улице Седова и дошел до улицы 7 Февраля. 

"Мой дом горел со всех сторон, я забежала, схватила все документы и старинные иконы, доставшиеся мне по наследству", – сообщила женщина с плачем. 

Затем женщине помог полицейский, который вывел ее из огня и перевел на улицу 7 Февраля, откуда она прошла далее к трамвайной линии и после четырех часов ожидания была эвакуирована в гостиницу для погорельцев.

Дом Арсеньевой был полностью уничтожен пожаром. Пенсионерка оценила ущерб в 4 млн 800 рублей, из которых 3 млн – это стоимость шести комнат в доме, которыми она владела. Стоимость же сгоревшего имущества, в том числе двух старинных икон, женщина оценила в 1 млн 800 тысяч рублей. Между тем, по словам Арсеньевой, государственный жилищный сертификат она получила на сумму в 1 млн 550 тысяч рублей, а возмещение за имущество составило 100 тысяч рублей, плюс несколько "мелких" выплат по 20 и 25 тысяч, количество которых она не запомнила. 

Пенсионерка заявила, что она не знает причин пожара в Чувашском. Претензий к подсудимым она не имеет.

Следующим был допрошен Александр Гринев, мужчина средних лет, работающий водителем пассажирского транспорта. До пожара на Театральном спуске он проживал по адресу: ул. Седова, дом 94, где у него была доля, как и у еще нескольких проживавших в доме человек.

Гринев не смог рассказать подробности пожара, поскольку 21 августа с 05.00 утра по 23.00 вечера он находился на работе, занимался перевозками людей. Во время работы Гринев видел черный дым в городе, но он и "предположить не мог", что этот дым поднимался, в том числе и от его горящего дома. 

Ущерб от потери домовладения Гринев оценил в 1 млн 600 тысяч рублей, а между тем получил от государства даже немного больше. По его воспоминаниям, 1 млн 620 тысяч рублей ему было перечислено во время покупки нового жилья, еще 20, 30 и 100 тысяч рублей Гринев получил в качестве компенсационных выплат.

Никаких претензий к подсудимым он не имеет. "К подсудимым претензий нет, не знаю, кто эти люди", – сказал мужчина.

Следующее заседание по делу состоится 3 июня в 10.00 мск.

"Показания потерпевших никак не подтверждают вину наших подзащитных. Потерпевшие рассказывают, как происходил и распространялся пожар, как они теряли имущество. При этом допрошенные потерпевшие конкретно к подсудимым не имеют материальных претензий. Это о многом говорит", – отметил защищающий Игоря Безземельного адвокат Иван Ильин.

Зинаида Арсеньева осталась недовольна мерами государственной поддержки и считает, что у нее были намного лучше условия для жизни, чем те, которые она получила сейчас.

"Компенсацию я получила частично: квартиру мне дали, и так, немного на мебель – 100 тысяч рублей", – рассказала Арсеньева "Кавказскому узлу". "Квартира почти в центре – улица Портовая, 39. Но если сравнивать квартиру и частный дом – это земля и небо. У меня был свой участок, у меня было все огорожено, был погреб. Я была одна, а здесь ( в новой квартире, – прим. "Кавказского узла") соседи слева, справа попались нехорошие. Дом был 41 квадратный метр, а квартира сейчас 25,7 квадратного метра. Я недовольна, это кошмар, в каких условиях я живу", – посетовала пенсионерка и добавила, что оставшуюся сумму будет взыскивать через суд. 

Материалы о пожаре в Ростове-на-Дону и его последствиях "Кавказский узел" публикует на тематической странице "Ростов: пожар или поджог?". В разделе "Видео" размещен также видеоролик "Пожар в Ростове-на-Дону: "до основанья, а затем...".