Потерпевшие рассказали о серии пожаров на Театральном спуске

29-летний Андроник Адамян, уроженец Армении, сейчас живущий на улице Лобачевского в Ростове-на-Дону, рассказал, что работает в одной из крупных торговых сетей города. По его словам, до пожара его семья – мать, отец, сестра и бабушка Матрена Крикунова - проживали в переулке Чувашском, 68. Они жили в этом доме в течение 10 лет, но не были там прописаны, у членов семьи не было права собственности на дом, все они были зарегистрированы в Воронежской области, рассказал Адамян. Он рассказал, что в доме семья поселилась с согласия женщины, которую они считали хозяйкой дома. Впоследствии она умерла, но с ее стороны никто не заявлял права на наследство, поэтому семья продолжала там жить, пояснил он.

«Мы присматривали за домом, чтобы он не развалился», - сказал Адамян. Он также добавил, что в доме не было воды, и ее приходилось брать в колонке на улице.

Отвечая на вопросы прокурора, Адамян сказал, что до пожара 21 августа 2017 года у них в районе было еще два пожара. Один произошел 4 августа 2017 года, во время него сгорел дом на улице Нижегородской, а второй - 7 августа того же года, тогда сгорели три дома, в том числе в Чувашском переулке, пояснил он. Соседи рассказывали, что к ним приходили мужчины и предлагали купить их дома по 300 тысяч рублей, сказал Адамян.

По его словам, пожар 21 августа 2017 года начался примерно в обед, первой его заметила мать Адамяна, которая вышла на улицу набрать воды.

"Я отдыхал после работы дома, мать позвонила и сказала, чтобы я машину выгнал, потому что она увидела дым и начинавшийся пожар. Я выбежал на улицу, выгнал машину […] смогли спасти только документы, дом полностью сгорел, все вещи тоже", - рассказал Адамян. Он сказал, что первой приехала полиция, а затем пожарные, но воды не было. "Я это наблюдал лично. Они пытались брать воду из гидрантов, но ее не было. Приехали пожарные тоже без воды», - вспомнил потерпевший. «Я считаю, что причиной пожара был поджог», - заявил Адамян.

Он рассказал, что все члены его семьи получили по 110 тысяч рублей компенсации, кроме того. по решению суда семья получила жилищный сертификат на сумму 3,3 миллиона рублей. Свой личный ущерб от пожара Адамян оценил в 500 тысяч рублей, включив в него стоимость ноутбука, телевизора, личных вещей и инструментов.

Мать Адамяна Наира Закинян 1970 года рождения рассказала, что родилась в Армении и на момент пожара проживала в переулке Чувашском, 68 вместе со своей семьей. По ее словам, из-за участившихся пожаров на Театральном спуске жители не чувствовали себя в безопасности и ожидали новых возгораний. По ее словам, когда 21 августа 2017 года начался пожар, члены семьи Закинян быстро сели в машины и уехали с места происшествия.

«Где-то в 12.40 мск я вышла за водой, смотрю - в районе переулка Чувашского, 80 дым. Я позвонила сыну, чтобы он выгнал машину […] Перед этим в августе уже были пожары, и мы ждали новых. Ходили слухи, что нас подожгут […] Мы посадили (в машины) дочку, бабушку и уехали», - рассказала Закинян.

Она не смогла указать, откуда жители Чувашского знали о предстоящем пожаре. По словам Закинян, это были только слухи. Она подтвердила показания своего сына о том, что вода для тушения пожара отсутствовала. Куч мусора в переулке Чувашском не было, сказала потерпевшая.

По словам Закинян, общий ущерб семьи от утраченного имущества составил два миллиона рублей, эти деньги жителям переулка Чувашского, 68  никто и не компенсировал.

Оба потерпевших заявили, что не считают подсудимых виновными в пожаре и не имеют к ним материальных претензий.

Следующее заседание назначено на 10.00 мск 28 февраля.

Адвокат Марины Беляевой Екатерина Водяник считает, что следствие учло не все показания погорельцев, рассказывающих о пожаре на стадии предварительного следствия о пожаре.

"Погорельцы давали разные показания на стадии предварительного следствия. Некоторые говорили о поджоге, некоторые нет. Отдельные показания о поджоге  просто не были записаны в протокол", - сказала она корреспонденту "Кавказского узла".

Она также рассказала, что дело в отношении спасателей было выделено в отдельное производство, которое оказалось в 36 томах материалов, которые впоследствии были изъяты.

Из документов следует, что следствие разбиралось с отсутствием воды при тушении пожара, но качество этой проверки сомнительно, рассказала она. "Эти документы нам не дали. Следствие пришло к выводу, что там никаких нарушений нет. Что говорили спасатели, в большей части нам не известно. По отчетам пожарных, которые есть в деле, вода была, но напора было недостаточно. Они попросили водоснабжающую организацию добавить давление, что, по отчету, и было сделано», - рассказала Водяник.