Выступление в Европарламенте по проблеме Чечни депутата Оливье Дюпюи

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Европейский парламент, пленарная сессия,

16 января 2003 года

Оливье Дюпюи (Olivier Dupuis) (NI - Радикалы):

?

Господин председатель, дорогие коллеги,

я считаю, если уж говорить откровенно, что текст, который мы готовимся сейчас проголосовать, является совершенно постыдным и чудовищным по своему содержанию. Его сторонниками являются те же самые депутаты, те же самые наши коллеги, которые в течение двух лет всеми силами пытались воспрепятствовать предъявлению обвинения со стороны Гаагского трибунала в отношении Слободана Милошевича (Slobodan Milosevic), в частности, господин Остландер (Oostlander), который в настоящее время отсутствует. Именно они, сегодня, вновь проводят так называемую "реалистическую" политику, на этот раз в отношении Российской Федерации и ее президента, господина Путина. Именно они, всякий раз, как это только становится возможным, пытаются скрыть правду о том, что творится сегодня в Чечне. А творится в Чечне настоящий геноцид.

Мы, европарламентарии, заявляем о том, что мы разочарованы по поводу судебного решения, снимающего с полковника Буданова юридическую ответственность за совершенное им преступление. Я думаю, что мы должны были бы, как минимум, заявить о том, что мы в высшей степени возмущены подобным решением суда. Мы лишь сожалеем о том, что мы не можем направиться в Чечню, вот уже в четвертый раз нам в этом отказывают, в течение вот уже двух лет делегация Европейского парламента никак не может добраться до Чечни.

Мы совершаем ошибки, путаемся в терминах и теряем одну позицию за другой. Мы забываем о том, что в период с 1940 по 1945 годы наша страна активно сопротивлялась оккупантам, эти акты сопротивления были направлены против символов оккупации, против Виши, против Кислинга (Quisling), против тех, кто сотрудничал с оккупантами. Сегодня происходит атака на здание правительства в Грозном, которую лично я, будучи сторонником ненасилия, никогда бы не предпринял, но это в равной степени является актом сопротивления. И мы осуждаем чеченцев, которые борются с промосковскими коллаборационистами, называя эти акты сопротивления террористическими атаками. Это здание было гнездом всех тех, кто работал на ФСБ. Это здание было стратегической мишенью для чеченских бойцов, для всего чеченского сопротивления. Мы совершенно запутались в терминологии. Мы все называем теперь одним единственным словом "терроризм".

Все это очень серьезно, столь же серьезно и ошибочно, как одновременно призывать к политическому решению чеченского конфликта, с одной стороны, а, с другой стороны, поддерживать идею проведения референдума, организованного оккупантами. Высказываться за проведение политических переговоров и, на деле, отказывать чеченским парламентариям и членам чеченского правительства в возможности прибыть в Европейский парламент и встретиться с политическими деятелями наших стран в стенах Европейского парламента, в рамках Европейской Комиссии и Европейского Совета. Мы продолжаем говорить, что это невозможно, прекрасно зная при этом, что статья 14, параграф 3, позволяющие нам создавать "черные списки" югославов или белорусов, с другой стороны, позволяет нам создать "белый список" для тех чеченских политиков, с которыми мы хотели бы встретиться и провести переговоры. Если мы хотим говорить о политике, мы должны вести политический диалог с политически переговорщиками. Отказываясь на деле от подобного диалога, мы, по сути, становимся пособниками геноцида. Европейскому парламенту уже давно пора проснуться. В противном случае повторится тот же позор, которым мы покрыли себя во время событий в Боснии, Хорватии, Косово. Я думаю, что мы уже заплатили достаточно высокую цену за наши прошлые ошибки".