Кадыров пошел на вынужденные уступки в годовщину депортации

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Недовольство жителей Чечни запретом на официальный траур в годовщину депортации стало за восемь лет столь явным, что властям пришлось с ним считаться, полагает глава Ассамблеи народов Кавказа Руслан Кутаев. Идя навстречу людям, Рамзан Кадыров укрепил свой авторитет, не разозлив при этом Кремль, указал политолог Дмитрий Орешкин. Чечня больше не выделяется своим отношением к этой дате на фоне других республик Северного Кавказа, констатировал историк Павел Полян.

Как сообщал "Кавказский узел", 23 февраля власти Чечни впервые с 2011 года официально анонсировали проведение в мечетях религиозных обрядов, связанных с годовщиной депортации вайнахов, и позволили провести траурное собрание в Грозном. Кроме того, власти организовали в этот день раздачу питания малоимущим, а делегация из Чечни во главе с министром по национальной политике, внешним связям, печати и информации Джамбулатом Умаровым приняла участие в траурных мероприятиях на территории Дагестана.

Разрешив мероприятия в память о депортации, Кадыров пошел навстречу жителям республики, пытаясь таким образом упрочить свое влияние на всем Северном Кавказе, считает политолог Дмитрий Орешкин. "Кадыров медленно и аккуратно укрепляет свой имидж самого влиятельного политика Северного Кавказа" - сказал Орешкин корреспонденту "Кавказского узла". По его мнению, отменив запрет, Кадыров "набирает себе очки" не только в Чечне, но и на всем Северном Кавказе. 

С другой стороны, Кадыров делает это аккуратно, чтобы не разозлить Кремль, указал он. "Он понимает деликатность момента, не рискует, поскольку найдутся люди, которые постараются в глазах Путина использовать этот вопрос для дискредитации Кадырова. Но он, как всегда в таких тонких вопросах, сам не выступает, не засвечивается, а делает это через людей второго и третьего уровня. Они скорбят, ничего при этом не говоря против КГБ, силовых структур, федерального центра и так далее", - отметил политолог.

По его словам, глава Чечни выстраивает такую модель управления, при которой он подчиняется лично Владимиру Путину. "Кадыров все время испытывает на прочность людей, которые хотели бы вернуться к советской модели. В данном случае, он выступает сторонником большей федерализации. Ему нужно больше полномочий. Он хотел бы меньше зависеть от припутинских царедворцев. Он строит свою модель султанского управления. То есть Владимиру Путину он готов лично отдавать дань уважения и его демонстрировать, но он хочет подчиняться только одному царю", - считает Дмитрий Орешкин.

Власти Чечни отреагировали на рост протестных настроений жителей республики, полагает глава Ассамблеи народов Кавказа Руслан Кутаев. "Главной причиной стало недовольство жителей республики по поводу решения властей, что нельзя официально отмечать эту дату. Жители всегда вспоминали жертв депортации, но они хотели делать это на официальном уровне. Власти понимали, что есть определенное недовольство, и они решили уже организовать кое-какие мероприятия", - сказал Кутаев корреспонденту "Кавказского узла".

Эксперты поспорили о том, оглядывался ли Кадыров на соседние республики

Кутаев уверен, что власти Чечни не учитывали ситуацию в других регионах СКФО. "То, что в других республиках отмечали, а в Чечне нет - это не повод для местных властей. Они просто сделали то, что хотел народ. Желание чеченцев было услышано. Можно было по социальным сетям понять недовольство народа. Люди уже открыто, не скрывая свое лицо, имя и фамилию, высказывали негодование по поводу того, что 23 февраля не отмечается как день памяти депортированных", - отметил он. 

Отношение властей соседних республик к годовщине депортации все же имеет значение для руководства Чечни, заявил, в свою очередь российский географ, историк, специалист по вопросам принудительного труда в годы Второй мировой войны Павел Полян. "На такое изменение, скорее всего, повлияло то, что в соседних республиках 23 февраля отмечали дату депортации, а в Чечне нет. Наверное и в Чечне решили возобновить эту традицию. Республика выделялась из ряда, но теперь вернулась в ряды тех, кто отмечает 23 февраля как день депортации", - сказал Павел Полян корреспонденту "Кавказского узла".

Внимание к этой дате на всем Северном Кавказе является само собой разумеющимся делом, отметил он. "Вопрос памяти очень чувствительный для депортированных народов. Не назвал бы болезненным, именно чувствительный. Потому что уже было и прошло, это не изменишь. Но вспоминать жертв и  культивировать память о депортации стало общей традицией. У каждого народа есть такая дата, есть места, откуда были депортированы люди. Проведение мероприятий в память о жертвах – некая нормальность, которая была прервана в последние несколько лет в Чечне. Хорошо, что сейчас снова отмечают", - сказал Полян.

Он отметил, что особой массовостью отличалась депортация именно чеченцев и ингушей. "Депортация ингушей и чеченцев отличалась также повышенной степенью тактической и оперативной подготовки войск НКВД и вообще тех, кто осуществлял депортацию. Соотношение депортирующего и депортируемых никогда не было таким низким, как в случае депортации ингушей и чеченцев. Исходили из того, что будет сопротивление. Она была уникальной операцией, которой руководил лично Берия. Никакими другими подобными операциями лично он не руководил", - добавил историк.

Он также указал на то, что и советские и постсоветские власти замалчивали участие в депортации чеченцев национальной элиты. "Они пытаются скрыть роль партийного начальства, религиозных деятелей, мулл, которые вступили в некоторый альянс с советской властью и помогали осуществить депортацию. Вся элита уехала на последнем поезде, который был совершенно другого уровня комфорта. С одной стороны, об этом предпочитают не говорить, а с другой – все это недоизучено", - сказал Павел Полян.

Операция "Чечевица", во время которой с территории Чечено-Ингушской АССР чеченцы и ингуши были массово выселены в Казахстан и Среднюю Азию, проходила с 23 февраля по 9 марта 1944 года. Причинами репрессий были объявлены массовое дезертирство, уклонение от призыва в военное время и подготовка вооруженного восстания в советском тылу. Из Чечни и Ингушетии во время депортации было вывезено почти 500 тысяч человек. С подробностями этих событий можно ознакомиться в справке "Депортация чеченцев и ингушей", опубликованной "Кавказским узлом" в разделе "Справочник".