Вопросы, на которые Путин не хочет давать ответ. Похоже, что в Чечне Кремль собирается придерживаться политики "око за око, зуб за зуб"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Россия с яростью раненного зверя бросилась в атаку на тех, кто так или иначе контактировал с захватчиками московского театра. Азербайджан и Грузия сдались сразу, закрыв у себя представительства чеченских сепаратистов. Турция и страны Персидского залива до сих пор пребывают в раздумье.

Ещё один фронт был открыт в Дании, когда в Копенгагене, несмотря на решительный протест Москвы, прошел Всемирный чеченский конгресс. По требованию Интерпола датская полиция задержала вице-премьер министра чеченского правительства Ахмеда Закаева. Три дня спустя министр юстиции Дании отказался уступить давлению со стороны Москвы. И доводы, которыми он руководствовался, понять легко: Закаев, окончивший театральный институт в Москве и восемь лет проработавший в воронежском театре, сыграл крайне важную роль в первой чеченской кампании, но не имеет никакого отношения к исламистам. Даже во время переговоров, проходивших в Москве в сентябре 1996 года, Закаев был одним из тех немногих участников, что, в отличие от большинства чеченцев, не носили национальный головной убор из астракана (тип каракуля). В последнее время Закаев путешествовал по всему миру как эмиссар Аслана Масхадова, а в ноябре прошлого года встречался в Москве с генералом Виктором Казанцевым. Так что у русских была прекрасная возможность задержать чеченского вице-премьер министра, если его обвиняют в связи с террористами.

Отказ датчан выдать Закаева вызвал целую волну публикаций в прессе, направленных против этой североевропейской страны, которую обвинили, чуть ли не во всех смертных грехах. Но суть самой проблемы не имеет никакого отношения к данной полемике. Для Владимира Путина не существует ни чеченских сепаратистов, ни борцов за независимость. "Кто не с нами - тот принадлежит к международной террористической сети Аль-Каиды, а потому переговоры с этими людьми вести невозможно", - утверждает он, вторя эхом призывам Джорджа Буша (George Bush) к борьбе против "оси зла". И российскому президенту бесполезно говорить, что подобный подход к проблеме, вынуждает его вести бесконечную войну на Кавказе. Бесполезно говорить и о мирном соглашении, не так давно достигнутом в Северной Ирландии. Главные действующие лица кавказской кампании отвечают: "Та война шла тридцать лет, прежде чем стороны сели за стол переговоров".

И все же стоит признать, что на Западе - особенно в Соединенных Штатах - престиж Масхадова заметно уменьшился. Президент Чечни не стал сразу же отмежевываться от связи с захватом заложников в Москве, словно ждал, что можно будет извлечь выгоду из ситуации, которую он не контролировал. Правда, после развязки московской трагедии один из командующих чеченскими экстремистами, вахабит Шамиль Басаев, взял на себя ответственность за проведенную операцию по захвату заложников, но и этого оказалось недостаточно, чтобы вернуть Масхадову доверие. Даже такое либерально настроенное издания, как "Financial Times" убеждено, что Россия не должна выводить свои войска из Чечни, дабы избежать того хаоса, в котором республика оказалась за трехлетний период независимости (1996-1999), сыгравшей на руку исключительно вахабитам.

Ограничения для прессы

После трех туров голосования Дума приняла закон, согласно которому ограничивалась свобода прессы при освещении событий, связанных с войной и захватом заложников. Это чистейшей воды калька с закона, действующего в США, благодаря которому прессе практически недоступны сведения о том, что в действительности происходит в Афганистане или на базе в Гуантанамо. Но трагическая развязка операции по освобождению заложников из Дома культуры в Дубровке ставит слишком много вопросов, которые невозможно просто так взять и заглушить. Каким образом боевики Мовсара Бараева смогли вооружиться прямо в Москве? Что за газ был использован для нейтрализации захватчиков, ставший к тому же причиной смерти почти двухсот человек? Почему были расстреляны боевики, в том числе и 18 женщин, спавших, судя по всему, глубоким сном? Быть может, лучше было бы их арестовать (хотя двое террористов действительно были задержаны), вместо того чтобы расстреливать? И, наконец, как можно объяснить исчезновение почти шестидесяти человек? На самом деле, они до сих пор не фигурируют ни в списках раненых, ни в списках убитых.

Российская пресса эти проблемы затрагивает, но очень осторожно. Советники Путина утверждают, что взрывчатка была привезена из Грозного, а чтобы специально натренированные собаки не могли её унюхать, была обильно полита уксусом. Старый водитель-чеченец, работающий вот уже восемь лет на маршруте Грозный-Москва, говорит: "Ну, что я могу сказать. На каждом контроле меня спрашивают: "Условия знаешь?". Если я не плачу, они меня задерживают на три-четыре часа". Он говорит об этом простодушно, пребывая в уверенности, что всему миру известно о царящем на дорогах путинской России мошенничестве.

Есть и те, кто говорит о разветвлённой сети поддержки террористов, включающей в себя более ста человек, в том числе и высокопоставленных политиков. Но и эта новость, опубликованная в газете "Известия", не была ни подтверждена, ни опровергнута, а единственной реакцией властей стали облавы на чеченцев. Нет, не среди богатых владельцев игорного бизнеса - чеченская мафия одна из самых старинных в России - а среди бедных, которых, прежде чем отпустить на свободу, изобьют. Число задержанных - 30 человек, но неизвестны ни их имена, ни инкриминируемые им преступления. Подобные новости подталкивают к действиям "народных мстителей", которые по ночам громят палатки и магазины, принадлежащие чеченцам, и пишут на стенах: "Око за око, зуб за зуб".

На протяжении четырех первых дней после освобождения заложников российские власти хранили молчание относительно газа, примененного спецназом во время штурма театра. А американская пресса, напротив, постоянно публиковала статьи, в которых шли рассуждения о составе использованного газа: "Речь идёт о фентаниле? О том самом опиате, что используют при анестезии лошадей?". Лишь пять дней спустя после развязки трагедии министр здравоохранения собрал пресс-конференцию и подтвердил, что действительно был использован фентанил, а не химический газ, запрещённый к применению международными соглашениями. Министр подчеркнул, что причиной столь негативных последствий воздействия этого мощного препарата стало 56-часовое пребывание изможденных и голодных заложников в закрытом зале. Но и здесь появились опровержения: российские ученые, эмигрировавшие в США, утверждают, что у России нет фентанила. Немецкие медики из Мюнхена провели анализ крови двух своих соотечественников, находившихся среди заложников в московском театре, и пришли к выводу, что был использован совершенно иной газ. Противоречия не иссякли.

Некоторые вопросы

Почему были расстреляны похитители, в том числе и 18 женщин-вдов чеченских боевиков? Во время пресс-конференции один из заместителей директора ФСБ, сидя перед столом, заваленным взрывными устройствами, патетически вещал, что чеченцы собирались взорвать весь этот арсенал, и тогда бы погибли все люди (более тысячи человек), находившиеся в зале. Никто даже не попытался выяснить, как могли люди, находящиеся под анестезирующим воздействием фентанила, активировать взрывные устройства. И причиной подобного конформистского отношения является не закон, а условный рефлекс, заставляющий не противоречить ФСБ.

И, наконец, что можно сказать тем, кто безутешно ходит с фотографиями своих пропавших без вести родных? Одному из этих людей, выходцу с Кавказа повезло: ему удалось найти своего родственника в морге, где находились трупы других заложников. Погибший, несмотря на костюм и галстук - как и положено тому, кто идет в театр - внешне по-прежнему походил на кавказца, что несколько смущало работников морга. Другие родственники заложников по-прежнему ищут своих близких, надеются на чудо или хоть какое-то признание врачей: может, они специально не разглашают имена некоторых своих пациентов, получивших сильное отравление газом, чтобы не увеличивать числа тех, кто находится в критическом состоянии. В любом случае, из подобного испытания российское здравоохранение выходит не с гордо поднятой головой: на лицо нехватка и современного оборудования, и медикаментов.

Через несколько дней Владимир Путин должен будет встретиться в Праге, на заседании совета НАТО с Джорджем Бушем; эта встреча может пройти и в Москве, и в столице любого другого государства. Он попросит американского президента включить Чечню в список террористических организаций, со всеми финансовыми последствиями, вытекающими из подобного решения. В обмен на такую услугу он развяжет руки президенту США, чтобы тот действовал в отношении Ирака по своему усмотрению. И никакого "восточного базара", как заявил сам Путин во время недавнего визита Тони Блэра (Tony Blair), это лишь вопрос силы и зависимости России от могущественных Соединенных Штатов.

К.С. Кароль, "El Pais", Испания

Опубликовано 11 ноября 2002 года