Эксперт из Москвы назвала действия Хакуловой при лечении младенца правильными

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

На допросе по делу врача Арины Хакуловой, обвиняемой в смерти младенца в Нальчике, допрошена эксперт из Москвы Елена Бомбардирова. Она заявила об обоснованности положенного в основу обвинения заключения о наличии у новорожденного неонатального сепсиса, однако действия Хакуловой сочла верными с учетом недостаточных для полноценной диагностики условий в больнице.

"Кавказский узел" писал, что завотделением реанимации и интенсивной терапии новорожденных родильного отделения клинической больницы №1 в Нальчике Арина Хакулова обвиняется в ненадлежащем исполнении обязанностей, в результате чего скончался недоношенный младенец. Хакулова свою вину отрицает. В основу обвинения положено заключение Российского центра судмедэкспертиз Минздрава России, согласно которому ребенок был обследован неполно. Защита опирается на экспертизу Санкт-Петербургского бюро СМЭ, в которой говорится об отсутствии связи между действиями Хакуловой и смертью младенца.

Бомбардирова: врач не виновата, что не могла провести все исследования до назначения лечения

Допрос члена экспертной комиссии Центра судебно-медицинских экспертиз Минздрава России Елены Бамбардировой прошел 15 апреля в Нальчикском городском суде по видеосвязи из Савеловского суда Москвы, передает корреспондент "Кавказского узла".

Гособвинитель на допросе попросил Бомбардирову рассказать, на каком основании умершему младенцу она поставила диагноз "ранний неонатальный сепсис". Отвечая на вопрос, эксперт пояснила, что ранний неонатальный сепсис – это стафилококковая инфекция, которым ребенок заражается внутриутробно, а поздний – когда заражение происходит после рождения.

Как утверждает Бомбардирова, к выводу о наличии у ребенка раннего неонатального сепсиса она и другие члены экспертной комиссии пришли после изучения анамнеза матери – Марьяны Озовой. Там указывалось, что у Озовой был хронический пиелонефрит и другие заболевания. Кроме того, гистологи обнаружили в плаценте воспалительный процесс. Все это, по словам Бомбардировой, "с высокой долей вероятности" свидетельствует о том, что ребенок мог получить инфекцию внутриутробно.

Эксперт пояснила, что более точно о причинах смерти ребенка сказать не может, поскольку вскрытия тела проведено не было. Она также допустила, что ранний неонатальный сепсис мог наслоиться на поздний, поэтому она предложила использовать в деле общий термин "неонатальный сепсис". На протяжении допроса она неоднократно подчеркивала, что поставленный ею диагноз не является "стопроцентным".

Родовспоможение и последующие действия врачей Бомбардирова оценила как "адекватные", но отметила, что новорожденному не был проведен ряд важных исследований. В частности, не было анализов на С-реактивный белок и лактат, а антибиотики были назначены без определения чувствительности. Однако врач не виновата в том, что в больнице не было условий для проведения данных исследований, добавила эксперт.

"Главный дефект лечения – назначение антибиотиков без определения чувствительности", – считает Бомбардирова.

Дать оценку противоречиям между ее заключением и выводами экспертов из Санкт-Петербурга, которые сочли Хакулову не причастной к смерти младенца, Бомбардирова не смогла, сказав лишь, что "каждая комиссия имеет свою точку зрения".

Бомбардирова признала, что отключение света в РДКБ могло стать для ребенка фатальным

Подсудимая Арина Хакулова спросила Бомбардирову, может ли у ребенка при инфекции наблюдаться положительная динамика. Эксперт ответила, что улучшение состояния возможно, но временно.

Адвокат защиты Елизавета Шак попросила уточнить, могло ли сыграть фатальную роль отключение в республиканской детской больнице электроэнергии, отсутствие достаточного количества аппаратов искусственной вентиляции легких и кувезов.

"Безусловно. И ни одна комиссия этого не отрицает", – ответила Бомбардирова.

Хакулова не согласилась с позицией эксперта по поводу того, что у Марьяны Озовой была какая-либо инфекция. Бомбардирова вновь подчеркнула, что это лишь предположение, но она считает эту версию наиболее вероятной. Она также сказала, что, по ее мнению, Хакулова лечила ребенка правильно.

"Чаще всего доктора хотят лечить, но не могут, так как нет у них для этого условий", – признала эксперт.

Елизавета Шак, комментируя допрос эксперта, подчеркнула, что "предположительное" заключение комиссии не может быть основанием для того, чтобы осудить Хакулову. Защита намерена ходатайствовать перед судом об исключении экспертного заключения из списка доказательств, рассказала адвокат после заседания корреспонденту "Кавказского узла".

Экспертиза затруднена тем, что вовремя анализы взять не удалось, согласна адвокат.

"Если бы после гибели младенца успели взять кровь для исследования, можно было бы точно диагностировать. Но эксгумация была проведена через 38 дней, и по результатам анализов специалисты не смогли уточнить, был ли на самом деле сепсис. Поэтому ведущие неонатологи судмедэкспертизы Санкт-Петербурга дали однозначный ответ в своих заключениях об отсутствии такого диагноза", – подчеркнула Шак.

Старченко: на Хакулову повесили вину

Статья в защиту Арины Хакуловой вышла в 26-м номере "Медицинской газеты" от 15 апреля 2016 года. В ней приводится позиция Национальной медицинской палаты, согласно которой Хакулова "стала заложником ситуации и вынуждена нести ответственность не за свои ошибки".

"Все действия врача были направлены на спасение жизни ребенка. И она эту цель реализовала", – цитируют в статье сопредседателя комиссии независимой медэкспертизы Национальной медицинской палаты Алексея Старченко.

Алексей Старченко рассказал корреспонденту "Кавказского узла", что проанализировал заключение московской экспертизы и считает ее выводы ложными.

"Здесь нашли слабое звено – Хакулову. Решили вину повесить на нее. Виновных в гибели ребенка нужно искать в РДКБ, куда был переведен новорожденный в нормальном состоянии", – убежден он. 

Напомним, Алексей Старченко 3 марта 2015 года выступал в суде по приглашению защиты. Диагноз "ранний неонатальный сепсис" младенцу поставлен бездоказательно, а Хакулова применяла все имевшиеся в ее распоряжении современные методы лечения, заявил он.