В Ростове-на-Дону обвиняемые по делу "Урванского джамаата" выступили с последним словом

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Обвиняемые по делу "Урванского джамаата" сегодня на заседании Северо-Кавказского окружного военного суда попросили судей вынести справедливое решение.

Как ранее сообщал «Кавказский узел», по делу проходят восемь жителей Кабардино-Балкарии, обвиняемых в причастности к незаконному вооруженному формированию, убийстве и посягательстве на жизнь сотрудника милиции. 9 сентября гособвинитель потребовал для обвиняемых от 18 лет до пожизненного лишения свободы в колонии строгого режима. По мнению адвокатов, их подзащитные  не входили в незаконное вооруженное формирование.

В своем обращении к суду подсудимые Алим Битохов и Алим Хубиев попросили не назначать им пожизненный срок, как того требует сторона обвинения.

«Я хочу попросить прощения у всех родственников погибших за свои преступления. Жаль, что они не присутствуют на заседании, так как хотелось, чтобы они это слышали», - заявил в своем последнем слове Алим Хубиев.

Он добавил, что невиновен в убийстве оперуполномоченного Урванского РОВД Арустама Альборова: «Я вообще никогда не покушался на жизнь сотрудников правоохранительных органов. В своих преступлениях вину я признаю. Но прошу суд не назначать мне пожизненный срок. Чтобы я мог вернуться домой и попытаться стать нормальным членом общества».

Свои сожаления высказал и подсудимый Анзор Боготов. «Я сожалею, что присутствовал при преступлениях. Да, я возил Битохова в Северную Осетию, я покупал им некоторые лекарства, но я не участвовал в нападении на инкассаторов (речь идет о нападении на инкассаторов компании "Роснефть" 2 июля 2008 г. -  Прим. "Кавказского узла"). Сожалею, что не сказал об этом преступлении, но я боялся за свою жизнь и семью. Всех обвиняемых по этому делу я не знал. Со многими познакомился уже при аресте только. Дома у меня остались малолетние дети. Я хочу воспитывать их, чтобы они были образованными, а не бегали по горам с оружием. У моей жены онкологическое заболевание, так что детям можно рассчитывать только на меня», – сказал Боготов.

Подсудимый Рустам Жилов также отрицает, что являлся членом незаконного вооруженного формирования.

«В банде я не состоял. Убийств я не совершал. Я спокойно жил, работал и зарабатывал деньги. Я исправно посещал мечеть – но разве это преступление? Я не участвовал в нападении на инкассаторов и об этом свидетельствуют показания многих», - утверждает Жилов.

Свою вину не признает и обвиняемый Амир Исаков: «Я был задержан спустя месяц после задержания Битохова. Я знал, что их задержали и что нашли у них оружие. И если бы я был участником их группировки, я бы скрылся. Но я не прятался. По данному делу я скорее мог проходить как свидетель. Мне так следователи и говорили, но все равно обвиняли. Я никаких преступлений не совершал, в результате моих действий не пострадал ни один человек. Я не признаю свою вину».

На заседании суда подсудимый Рустам Каранашев попросил судей обратить внимание на нарушения, которые якобы допустила сторона обвинения.

«После всего услышанного в суде могу точно сказать, что обвинение так и не разобралось, где правда, а где ложь. Даже мы сами запутались. Представителей обвинения даже не волновало, что они решают судьбы молодых людей. Да, я приобретал оружие – это мое единственное преступление. Я признаю свою вину и готов понести наказание», - заявил в своем последнем слове Каранашев.

Подсудимый Роман Сохов не понимает, почему сторона обвинения потребовала лишить его свободы на 12 лет.

«Я не убивал инкассаторов, не стрелял в них – за что обвинение запросило для меня 12 лет лишения свободы? У меня высшее образование, обеспеченная семья. Я прилично зарабатываю. Мне жаль погибших ребят, но к этому я не имею никакого отношения. Я никогда и никому не желал смерти. Следователи говорили, что меня надо отпустить, так как я невиновен. А потом сказали, что на суде меня точно отпустят», - говорит Роман Сохов.

Обвиняемый Мухамед Шовгенов признался, что знал преступников, однако сам в группировке не состоял.

«Я виноват только в том, что я знал преступников. Но я знаю половину жителей своей республики - это тоже преступление? Я прошу не назначать мне наказание за те преступления, которые я не совершал. Дома меня ждет семья и трое детей. Их нужно воспитывать и кормить. Я нужен дома», - сказал судьям Мухамед Шовгенов.

Заслушав всех подсудимых, состав судей удалился в совещательную комнату для подготовки приговора, который должен быть оглашен в 10 утра 29 сентября.

Напомним, процесс должен был проходить в Кабардино-Балкарии. Основанием для переноса процесса в Ростов-на-Дону стала угроза личной безопасности участников судебного разбирательства, их родственников или близких.

По версии следствия, 5 декабря 2007 года в селе Старый Черек Урванского района члены джамаата убили оперуполномоченного отдела уголовного розыска криминальной милиции ОВД по Урванскому муниципальному району, а 2 июля 2008 совершили разбойное нападение на сотрудников ОАО НК "Роснефть", в результате которого был убит сотрудник службы безопасности этой организации Мурат Болиев и еще два человека ранены.

В мае 2008 года участники группировки за нарушение дисциплины убили одного из своих членов. 2 июля 2008 года на окраине села Черная Речка Урванского района они совершили убийство жителя города Прохладного. 30 октября 2008 года в городе Нальчике они совершили посягательство на жизнь сотрудников МВД по Кабардино-Балкарской Республике.