В Грузии проходит выставка, посвященная репрессированным женщинам

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Тбилиси в Центре культурных взаимосвязей "Кавказский дом" проходит выставка, посвященная репрессированным женщинам Грузии советского периода.

Выставка открылась 14 ноября. Экспозиция охватывает период с 1921-го по 80-е годы. На стендах представлено 112 экспонатов - фотографий, документов, образцов рукоделий, выполненных женщинами в лагерях, писем родных и друзей.

Вывешены 21 фотография расстрелянных женщин. Среди них Вера Асатиани (мать поэта Ладо Асатиани, погибла в Ташкенте), Ольга Окуджава (тетя Булата Окуджавы, жена поэта Галактиона Табидзе, расстреляна в 1941 г.), Мариам Орахелашвили (участница борьбы за советскую власть на Кавказе, министр просвещения Грузинской ССР, расстреляна в 1938 г.), Хатуна Чичинадзе, Лидия Гасвиани, Ольга Гомартели-Сванишвили, Манона Цинцадзе-Салуквадзе, и другие.

Организатор выставки - грузинское общество ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу), которое функционирует с 1992 г.

По словам председателя ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Гурама Соселия, идею данной экспозиции дал настоятель одного из тбилисских православных храмов отец Константин, побывавший два года назад в Казахстане, где освятил места символического захоронения репрессированных женщин из Грузии в г. Акмолинске, в т.н. АЛЖИРе (Акмолинском лагере жен изменников родины). Усилиями грузинского посольства там был установлен памятник жертвам репрессий - стела и грузинский крест.

"Отец Константин привез из Акмолинска списки грузинских женщин и их фотографии, что и послужило идеей выставки и стимулом для наших дальнейших поисков, - говорит Г.Соселия. - Мы начали собирать списки репрессированных женщин у себя дома. А продолжили на проспекте Руставели весной этого года, во время акций протеста оппозиции, когда улицы были перекрыты палатками, т.н  "камерами". Мне выделили одну такую камеру, и я два месяца сидел в ней и собирал экспонаты. Каждое утро приходил туда, как на работу". Собранные экспонаты и стали стержнем этой экспозиции.

На открытии выставки пристутствовали дети репрессированных женщин, представители общественности, в том числе и международной, неправительственных организаций, журналисты.

Среди выступивших были: Миндия Салуквадзе - бывший председатель грузинского общества ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу), чья мать была арестована, когда ему было четыре года; Леван Бердзенишвили - член Республиканской партии, бывший политзаключенный 80-х годов, Гарри Аугст - президент Ассоциации немцев Грузии, Пиримзе Белтадзе -  руководитель общества "1924-й год", писатель Резо Гверенчхиладзе, написавший книги о жертвах  сталинских репрессий и другие.

Были показаны отрывки из художественных фильмов "Вальс на Печоре" и "Несколько интервью по личным вопросам" режиссера Ланы Гогоберидзе, в которых затрагивается тема репрессий грузинских женщин.

Некоторым из репрессированных женщин из Грузии посчастливилось пережить ужасы лагерей и вернуться. В живых остались Варвара Кегурадзе, Элла Маркман (она живет сейчас в Москве) и Фрида Майер (она живет в Канаде и написала книгу воспоминаний, представленную в витрине выставки).

Комментируя событие, член Республиканской партии Леван Бердзенишвили сказал, что эти грузинские женщины - невинные жертвы, многие из которых пострадали от сталинского террора просто оттого, что не отказались от своих мужей-политзаключенных. "Поскольку был издан указ, по которому жены политзаключенных объявлялись врагами народа. Не было никакого суда, вопросы решали только "тройки". И не было ни одного случая оправдания", - говорит Бердзенишвили.

Сам Леван Бердзенишвили - тоже бывший политзаключенный, отбывававший наказание в Дубравлаге (Мордовская АССР, поселок Барашево, ЖХ 385/3/5) в 1983-87 годах.

"Я сидел в советской тюрьме, которая была намного лучше, чем советская тюрьма 30-х годов. Я голодал, но не умирал с голоду. Меня физически никто не трогал, да и три года не очень много, в принципе. По сравнению с тем, что видел Шаламов, Барашево было пионерским лагерем, но и этого было достаточно, чтобы увидеть, что это такое и рассказать так, чтобы люди впали в ужас. Я сейчас пишу воспоминания - рассказываю о тех хороших людях, которые встречались мне в лагере", - отмечает бывший политзаключенный.

По мнению Бердзенишвили, "в обществе не было покаяния".

"Я удивлен, что сегодня пришли только те люди, которые были в качестве заключенных или их детей. Это люди, ущемленные в правах, люди, забытые властью. Нет на этой выставке ни одного представителя грузинских властей. Оппозиционеров вижу, своих коллег из партии, Гурама Беришвили, он тоже из семьи репрессированных... Мы все оттуда родом... Но нет представителей грузинских медиа, не видна ни одна камера телевидения", - отметил бывший политзаключенный.

Бердзенишвили предположил, что властям неинтересна эта тема, поскольку существует "Музей советской оккупации", где выставлено то, что "нужно им для политических целей".

"Им  неинтересно, что были люди, которые страдали. Эти пострадавшие имеют сегодня какие-то гроши на основе грузинского закона 1997 года о репрессированных ("О признании жертв политических репрессий"), но власти ратуют за то, чтобы увеличить пенсию тем, кто их сажал и убивал, а  этим оставить 62 лари (около 37 долларов США). Так что, на самом деле, эти люди остаются репрессированными и при нынешних властях", высказал мнение бывший политзаключенный.

Он заявил, что бывшие репрессированные должны бороться за свои права, должны показать, что не допустят подобных репрессий в будущем.

"Надо выходить на телевидение, надо просвещать молодое общество. Если мы сможем все это показать - хорошие передачи, то народ поймет. Вот сегодня говорили о детях и внуках тех сатрапов, которые репрессировали, и которые тоже считают себя жертвами того режима. Я никогда не буду считать своего майора Шалина из лагеря жертвой режима, потому что он сапогом в живот избивал женщин. Я не могу сказать, что это жертва", - заявил Бердзенишвили.

Бывший политзаключенный заявил, что в Поничала (окраина Тбилиси, где были расстреляны многие жертвы репрессий - прим. "Кавказского узла".) надо выделить хоть какое-то место, чтобы люди могли придти, положить цветы и сказать, что они помнят. По его мнению, детей также надо привозить туда и говорить, что эти люди пали жертвами только потому, что просто были людьми.

Напомним, что марте 2008 года Гурам Соселия заявил, что в Грузии осталось примерно десять человек, которые прошли через сталинские лагеря, и государство о них не вспоминает.

"Нам отменили все льготы, а у чекистов пенсия раз в десять больше нашей", - отметил Гурам Соселия.

По данным Общества ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу), насчитывается порядка восьмисот тысяч пострадавших от репрессий. В их число входят не только сами репрессированные, но и их дети, которые в результате преследований остались без опеки родителей.

Как уже сообщал "Кавказский узел", в городе Гори, на родине Иосифа Джугашвили, находится и Дом-музей Сталина. После грузино-российской августовской войны там было решено создать "Музей российской агрессии".

Памятник Сталину, стоящий в центре Гори несколько десятков лет, долгое время остается предметом дискуссий политиков и общественности. Осенью 2008 года в Грузии обсуждался вопрос о переносе памятника Сталину из Гори в "Музей советской оккупации" в Тбилиси.

Международное общество ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу), стремящееся сохранить память о жертвах политических репрессий, не раз выступало с резкой критикой попыток политической реабилитации Сталина и против кампаний по "восстановлению доброго имени" покойного советского вождя. Правозащитники убеждены, что даже если признать, что Сталин действительно был самым гениальным полководцем всех времен и народов, принесшим СССР победу над Германией, он и в этом случае остается одним из крупнейших преступников ХХ столетия, автором и руководителем беспрецедентного по масштабу государственного террора.