Путник и путницы

Вчера смотрел фильм североосетинской киностудии  - «И оглянулся путник» с   Анатолием Дзиваевым в главной роли. Ведь играл же хорошие роли, воплощал образы талантливых писателей а не кровожадных упырей, как сейчас, играя Сосо Джугашвили.

 Фильм   снимался еще в советские годы, наверно в году 82-м. Я даже стал свидетелем  этого процесса, потому как пару эпизодов  снимали в Джаве, в «Молодежном лагере»,  в деревне Кроз, где я в то время обитал.  Снимали, помню,  там что, бы показать тусовку молодежную, дискотеку, отдых на природе. Но в фильм эти кадры, почему то,  не вошли,  вошли лишь  пара кадров, которые легко было снять и в Северной Осетии. Но я, тогда еще,  подумал, что режиссер наверно специально привез съемочную  группу на юг Осетии, и что это был такой шаг к единению, что бы фильм снимался и на Юге, что бы  он был почти совместный.  Я тогда, по-моему,  впервые   увидел «северян», и главное услышал североосетинскую речь. В общем,  здорово  было и гордо, что снимается осетинский фильм. Современный, актуальный. С  мистикой  в виде встречи со святым  Уастырджи и даже с некоторым эротическим налетом.   

Но только почему у героинь фильма такие имена? Они вроде своей ярко выраженной кавказской наружностью более навевают на   Фатим, Азау или Ацырухс. Но нет – режиссер и сценарист назвали их Лена, Зина и Люся. Словно они больше соответствуют их драматичной, по фильму, судьбе.