"Кавказский узел" опубликовал полную версию доклада "Источники конфликтов и развития на Северном Кавказе"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Современные проблемы Северо-Кавказского региона и их влияние на события, формирование и функционирование многоукладной экономики СКФО анализируются в докладе "Источники конфликтов и развития на Северном Кавказе", составленном на основе исследований в Ставропольском крае, Дагестане, Чечне, Северной Осетии, Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии. "Кавказский узел" публикует полную версию доклада.

Доклад содержит анализ подходов к оценке проблем Северного Кавказа, развития общественной и политической обстановки, экономических реалий региона, включая бюджетный рынок и рынок насилия, феномен очаговой модернизации. Каждая сформулированная проблема рассмотрена подробно, на живых примерах.

Ранее в материалах "Кавказского узла" освещались некоторые отдельные моменты этого доклада.

В частности описывался феномен "очаговой модернизации", которая, по словам руководителя Центра социально-экономических исследований регионов RAMCOM Дениса Соколова, также являющегося одним из соавторов доклада "Источники конфликтов и развития на Северном Кавказе", состоит в том, что ряд поселений и отраслей начинают бурное развитие благодаря инициативе "снизу". При этом, как считает Соколов, существует большая вероятность негативного влияния масштабных инвестиционных проектов с госучастием для уже существующих малых экономических единиц. Неоднократно в материалах "Кавказского узла" говорилось о важности в первую очередь институциональных реформ на Северном Кавказе, а также о том, что в условиях ослабления государственных институтов возникают институты негосударственные. О необходимости проведения земельной реформы говорила в интервью "Кавказскому узлу" руководитель Лаборатории проблем муниципального развития "Политическая экономия и региональное развитие" Института экономической политики им. Е.Т.Гайдара Ирина Стародубровская.

В полной версии настоящего доклада авторы отмечают, что государство часто не просто разрушено, а приватизировано политическими группами, самым эффективным инструментом регулирования отношений в обществе стал шариат, а "постколхозные" общества замещаются джамаатами. Основные уклады для современного Северного Кавказа - бюджетный рынок, глобальный рынок, локальные потребительские рынки, при этом можно говорить о доминировании двух рынков-паразитов: бюджетного рынка и "рынка насилия".

По мнению экспертов, практически все «очаги экономического развития» своим происхождением обязаны советским предприятиям или колхозным инициативам — их мощностям или технологиям, а реализация инвестиционных проектов сверху часто приводит к обратным результатам в связи с их оторванностью от  социальной текстуры и городской предпринимательской среды.

В опубликованном на "Кавказском узле" полном варианте доклада все эти явления раскрываются более подробно и комплексно. Структурно доклад разбит на четыре части.

"Северный Кавказ: отделить нельзя сохранить"

В главе "Северный Кавказ: отделить нельзя сохранить" авторы исследования указывают, что институты государства, в частности силовые и органы правосудия, в регионе зачастую разрушены или приватизированы политическими группами, что формирует два масштабных рынка-паразита – бюджетный и "рынок насилия".

В качестве основных проблем региона авторы доклада выделяют отсутствие институциональной среды, адекватной современной экономике, в которую включают незащищенность собственности, контрактов, наследование, бюджетный рынок, трансформацию системы социальной поддержки и института заработной платы в патрон-клиентские сети, а системы правосудия – в "рынки насилия".

"Весь политический процесс в республиках сведен, во-первых, к борьбе за должности и капитализацию обладания ими, во-вторых, к удержанию этих должностей в своих руках", - пишут авторы доклада.

Базирующиеся на неверных выводах масштабные инвестиционные программы не решают проблемы, но лишь создают новые, указывают авторы доклада. При этом авторы замечают, что "иногда и хорошо, что реальные деньги остаются на месте".

"Например, если бы ГК КСК удалось изначально задуманное – перенести хотя бы 30% своей виртуальной презентации «в натуру»,  то и Приэльбрусье, и Домбай были бы уничтожены. Во время строительства объектов кластера инвестиции в действующие, «дикие» площадки были бы заблокированы. А после запуска, пусть даже только Архыза на 17 тысяч «горнолыжных коек», пришлось бы где-то брать горнолыжников. И их бы взяли - у Приэльбрусья и Домбая – административно или по-военному, с помощью КТО, закрыв «неправильные» курорты, чтобы развивались правильные, создающие новые рабочие места и налогооблагаемую базу. А противников, особенно сопротивляющихся, в лучшем случае рассеяли бы по стране", - предполагают эксперты.

"Институциональные источники насилия"

В главе "Институциональные источники насилия" авторы доклада делают вывод, что вмешательство городской экономики и бюджетного рынка в сельский уклад при отсутствии института правосудия ведут к росту насилия, а колхозные и "постколхозные" типы общества в условиях ослабления государства замещаются джамаатами.

В данном разделе особое внимание уделяется формированию насильственных практик в сельском обществе. В качестве примера авторы доклада приводят исторические, политические и социальные предпосылки формирования обстановки в Унцукульском районе Дагестана в ее современном виде, отмечая в итоге, что, "возможно, так называемая "гимринская группа" является неизбежным ответом джамаата на политическую и экономическую дискриминацию с одной стороны, и поступление значительных средств на рынок насилия с другой".

"Пусковым же механизмом «ухода в лес» новых рекрутов является страх унижения и физической расправы, которым подвергаются почти все молодые мусульмане салафитского толка на Северном Кавказе", - отмечается в докладе.

Ситуация, связанная с этническим фактором, в докладе анализируется на примере сравнения сельских сообществ Восточного Ставрополья и Дагестана. Авторы документа при этом приходят к выводу, что без участия этнических и религиозных организаций сложно представить себе систему коллективной безопасности, так как государственные институты, по Конституции призванные обеспечивать независимый суд и исполнение решений, окажутся "как бы без приводных ремней".

При этом эксперты предполагают, что без формирования института собственности на землю и обеспечения со стороны государства при доступных для большинства домохозяйств издержках защиты собственности, жизни и контрактов, отток старожильческого сельского населения продолжится. Постепенное замещение одних («постколхозных») сообществ другими («постджамаатскими») приведет к тому, что политические институты Ставропольского Края и других, включенных в миграционные процессы регионов, тоже трансформируются.

"Очаговая модернизация"

В третьей главе - "Очаговая модернизация" - авторы доклада, рассматривая ряд примеров, указывают, что развитие очагов роста зависит от уровня урбанизации и проведения земельной реформы, формирования частной собственности на землю и гарантии ее неприкосновенности.

Отмечается, что на фоне общего упадка сельскохозяйственного и промышленного производства на некоторых территориях и в некоторых отраслях экономика не просто сохранилась, но и существенно выросла за последние 20 лет.

Самая распространенная модель экономики на Северном Кавказе – это «приусадебная экономика»: доходы от приусадебных участков составляют от 50% процентов общих доходов домохозяйств, а в очагах развития эта доля значительно выше, говорится в докладе. "Прочие виды доходов [...] - скорее способы приусадебную экономику поддержать", - утверждают эксперты, отмечая при этом, что "приусадебная экономика" на Северном Кавказе, "это в большинстве случаев способ выживания, а не стратегия процветания".

При этом авторы доклада обращают внимание, что "неформальная экономика на Северном Кавказе, особенно в Дагестане, в регионе Кавказских Минеральных Вод поражает своим разнообразием". Более подробно очаги модернизации на Северном Кавказе авторы доклада рассматривают на примерах "обувного кластера" в Махачкале, "откормочного бизнеса" в Дагестане, выращивания овощей и фруктов в Дагестане, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Ставропольском крае.

"Может ли Северный Кавказ стать "внутренней Турцией"

Четвертая часть доклада "Может ли Северный Кавказ стать "внутренней Турцией" посвящена практическим решениям, основанным на представленной в предыдущих трех разделах картине. 

Для создания условий поддержания существующих очагов экономического роста, как считают авторы доклада, необходимо сделать региональные элиты либо союзниками в проведении институциональных реформ, либо нейтрализовать их неизбежное сопротивление. При этом местное сообщество должно будет при поддержке государства построить в обмен на инвестиции и импорт технологий систему защиты инвестиций, контрактов и собственности, а гарантией защиты должны стать поддержка и контроль деятельности судебной системы, в том числе института мировых судей и третейских судов.

Инвестиции предлагается направляться на поддержку существующих очагов развития легкой, пищевой промышленности, индустрии строительных материалов и сельского хозяйства. Однако к инвестированию на Северном Кавказе, считают авторы доклада, требуется тщательный подход.

"Если мы просто инвестируем в производство обуви, кожи или в закупку оборудования, получателями инвестиций окажутся лица, связанные больше с администрацией, чем с сетью обувщиков. И мы, таким образом, создадим "подавляющую конкуренцию", - говорится в докладе.".

"Поддержка городской промышленности и сельского хозяйства - задача не тривиальная и требует тщательного изучения statusquo и, главное, механизмов его поддержания и возможного развития", - делают вывод исследователи.

В качестве конкретных рекомендаций по купированию насильственных практик авторы доклада предлагают набор специализированных инструментов, которые могут быть применены уже сегодня.

Указывая на то, что земельные отношения и их регулирование – идеальный инструмент для расширения пространства светской юрисдикции, предлагается создать специальную земельную комиссии при администрации, к примеру, структуры при полпредстве президента в округе; спроектировать земельную реформу с обязательным участием Минсельхоза России как одного из заказчиков и продвигать ее основных принципов среди целевой аудитории, в качестве которых указываются лидеры сообществ.

"Кавказский центр проектных решений" и RAMCOM запланировали на конец апреля трехдневный "круглый стол" в Ставрополе с участием заинтересованных представителей сообществ для подробной постановки проблемы и получение материалов для прогнозирования как развития земельных конфликтов, так и последствий различных проектных и нормативных решений.